лишь после того, как она укрепила силу драконов людьми. Ибо в пророчестве сказано, что однажды родится девочка-дракон, которая соберёт в себе силу людей и драконов. И она станет погибелью для дома Отуа. Либо усилит его. Судьбе было угодно, чтобы именно я стала матерью этой девочки, но Оямото забрала дочь у меня сразу после рождения и спрятала от короля Отуа в пещерах острова Серой Хмари.
По лицу Хадара прошла судорога — ведь это он подстроил нападение на Остров Хмари, чтобы освободить его пещеры для кукров.
— Почему Оямото забрала у тебя дочь? — спросила Адель, глядя на Ани с чисто женским состраданием.
— Я отказалась убить его, — просто ответила Ани, указав на Хадара. — Такова наша традиция. Люди-мужчины нужны только для зачатия. Когда ребёнок родится, нужно убить отца и выкупать ребёнка в его крови. От этого он станет сильнее.
Ани поведала об этом так естественно, что если бы кто-то сказал ей, что это дикость, она бы, наверняка, сильно удивилась.
— Но я отказалась убить его и была наказана за неповиновение. Матерь Оямото запретила мне встречаться с дочерью, я могла только издалека наблюдать за тем, как она растёт среди островитян.
— Оямото всегда была стервой, — пробормотала Мира.
— Потом на остров напали, всех жителей перебили, но дочери удалось убежать. На некоторое время она нашла приют в Сухири в храме Оямото, но затем твои воины напали на Сухири и перебили сухирийцев.
Она без страха взглянула на лесного Владыку. Тот лишь развёл руками. Мол, такова жизнь.
— Атии опять удалось убежать, — продолжала женщина. — Но король Отуа на этот раз добрался до неё, увёз к себе и с тех пор удерживает. Благодаря её дару он смог стать сильнее, добраться до Оямото и убить её.
— Туда ей и дорога, — процедил Хадар сквозь зубы.
Краем глаза Мира заметила, что Найра поднялась и, пряча лицо, торопливо скрылась в крепости. Видимо испугалась, что Ани узнает в ней ту, кто упустил девочку.
— После смерти Оямото оковы моих запретов упали, и теперь я сделаю всё, чтобы спасти дочь, — заявила Ани. — Но в одиночку победить короля Отуа я не смогу. Вы должны помочь мне, — она поочерёдно посмотрела на Владыку, Вилюна, Хадара и опять на Владыку. — Чем дольше Атия у короля, тем сильнее он становится. Отуа он хочет уничтожить Азар, потому что...
— Мы знаем, почему он хочет уничтожить Азар, — оборвал Владыка. — И собираем силы для сражения с ним.
Он нахмурился и некоторое время молчал. Вилюн наклонился к нему и что-то сказал. Мира изо всех сил попыталась расслышать, что же советует лесной маг, но ей не удалось.
— Да будет так, — громко сказал ему Владыка и вновь повернулся к Ани.
— То, что ты сейчас поведала, очень важно для нас, — сказал он. — Я благодарен тебе за то, что ты набралась смелости прийти к нам и высказать нам всё в лицо.
Мира поняла, что имеет в виду обвинение в том, что лесные убили жителей Сухири.
— Мы постараемся помочь тебе спасти дочь, — продолжал Владыка. — И не только потому, что нам всем угрожает опасность от Абрахаза. Нас тронула твоя история.
Ани молча кивнула.
— Ты знаешь, как добраться до Отуа? — внезапно спросил Хадар.
Все повернули к нему головы, удивлённые тем, с какой интонацией был задан вопрос. Глядя на Хадара в тот момент, верилось, что он даже слепой удавит Абрахаза голыми руками.
— Я могу попробовать запустить летающий храм, хотя моя кровь и не такая сильная, как у дочери, — ответила Ани. — Но король Отуа не один. Ему на помощь придут другие великие дома. Поэтому лететь в его мир нужно только с сильным войском.
Судя по лицам лесных и равнинных, они ничего не поняли.
— О каком летающем храме ты говоришь? — спросили сразу несколько голосов. В их числе, Хадар.
Тут Миру осенило. Части головоломки с храмом, крепящимся на цепях к небу, встали на свои места. И письмена, которыми были испещрены стены храма, тоже стали ей теперь понятны. Это не храм, а корабль, который может доставить прямиком к Абрахазу и для его запуска нужна кровь дракона Отуа. В идеале — кровь Атии, но от её матери возможно тоже подойдёт.
Вторя её мыслям, Ани говорила:
— В Сухири есть храм из которого можно попасть в мир, где живёт Отуа. Наверху, под крышей есть специальный алтарь в форме туловища дракона. Кровь дракона запускает действие древнего механизма, но ритуал должна совершить только избранная. Иначе ничего не получится.
Все, как по команде, посмотрели на Миру.
— Вот для чего я должна была прийти в храм с девочкой, — пробормотала она и с тревогой посмотрела на Ани: — Что будет после этого с драконом? Он... погибнет?
— Нет, достаточно нескольких капель кровь, — ответила женщина и добавила с горькой усмешкой: — Только избранной у нас тоже нет, как и моей дочери.
Мира нервно рассмеялась:
— Как раз с избранной полный порядок.
Ани смотрела на неё в недоумении.
— Разве Оямото тебе меня не показывала? — спросила Мира. — Или на это тоже был запрет?
Ярко-голубые глаза Ани расширились от изумления:
— Ты избранная?!
— Угу, — подтвердила Мира и со вздохом добавила:- Хоть о покойниках и нельзя говорить плохо, но Оямото была такой жабой!
Внезапно Ани приблизилась к ней и, упав ниц, попыталась поцеловать край её платья.
— С ума сошла?! — испуганно вскрикнула Мира и бросилась поднимать её. — Сейчас же вставай и чтобы я этого больше не видела!
Ани поднялась, глядя на неё увлажнившимися глазами.
— Для подъёма летающего дома не подойдёт нетбилон, за которым гоняется Абрахаз? — внезапно спросил Хадар.
— Нетбилон не подходит для храма, — ответила Ани.
Владыка перевёл взгляд с одного на другу и поманил к себе Адель.Когда дочь наклонилась, сказал:
— Займи народ, пока мы тут побеседуем. Организуй какие-нибудь игрища.
Адель коротко кивнула и на самом деле быстро заняла лесных игрищами. Взяв в помощницы нянек-мамок, которые по совместительству неплохо справлялись с задачами тамады, она подняла народ из-за столов и увела за ворота крепости играть в какие-то забавы. Мира почувствовала острое
