О современном конфликте элиты и масс говорил также К. Лэш (1932–1994). Он изменил известную формулу Ортеги-и-Гассета (1883–1955) «восстание масс» в «восстание элит». Более того, поведение современных элит он оценивал как предательство, поскольку основная задача транснациональных элит, с точки зрения Лэша, не управление и ответственность за судьбу общества, а ускользание от общей судьбы. Имущественное расслоение все больше приводит к размыванию среднего класса – основы национального государства. Лэш предсказывал: «Международный язык денег заговорит громче, чем местные диалекты» [179] .
Очень интересные идеи в рамках геоэкономической парадигмы развивает отечественный исследователь А. И. Неклесса (род. 1949). Он констатирует системный кризис мира капитала и говорит о формирующейся новой картографии мира. Гексагональная модель Неклессы основана на феномене слияния политики с экономикой в современном мире: экономика меняет внутреннее содержание, ей уже тесно в рамках прежних смысловых конструкций. Она начинает проявлять себя не только как способ хозяйствования, но и как доминирующая система управления обществом, как политика и даже идеология наступающей эпохи, становясь, по сути, новой властной системой координат. Новое мироустройство складывается в результате не военных, а геоэкономических конфликтов , постепенно замещая национально-государственную модель. В переходной модели национальные государства сопрягаются с разными сообществами-интегриями. Привычные оси «Запад-Восток» и «Север-Юг» у Неклессы расщепляются, и появляется сложная шестиярусная модель, состоящая из четырех регионов (Атлантический мир, Евразия, Тихоокеанский мир и Индоокеанская дуга) и двух транснациональных областей (Квази-Север и Глубокий Юг). Правила игры в этой модели определяет ведущая экономика Нового Севера. Она же порождает особую культуру «новых кочевников», новую контролирующую и управляющую элиту. Неклесса связывает новые конфликты именно с появлением «нового класса» – «людей воздуха», как он их называет. Они не связаны с материальным производством, сфера их деятельности имеет виртуальный, «воздушный» характер.
Таким образом, основной конфликт современного общества Неклесса видит внутри элит – это конфликт управляющих элит и производителей нового знания. А наибольшая опасность исходит, по его мнению, от Глубокого Юга — мирового андеграунда, зоны теневой глобализации и криминальных тенденций. Наряду с криминализацией политики происходит политизация различных криминальных структур.
Неклесса подметил еще одну очень характерную для современных конфликтов черту: если в конце XX в. исследователи были заняты поисками механизмов наилучшего регулирования или разрешения конфликтов, то сегодня все чаще звучит словосочетание « управление конфликтом ». Особый интерес представляет деструктивное управление , т. е. управление не для урегулирования или для разрешения, а совсем наоборот, скорее в целях мобилизации для участия в конфликте. Только если прежде людей мобилизовали для участия в регулярной армии, сейчас – для вовлечения в сети экстремизма. В целом можно сказать, что все большее значение начинает приобретать моделируемый конфликт, который может выполнять как конструктивную, так и провоцирующую функции в развитии социально-политических процессов. Как никогда значимой становится когнитивная составляющая конфликтов, обозначенная в известной теореме У. Томаса : если ситуация определяется как реальная, она становится реальной по своим последствиям. Соответственно, если ситуация определяется как конфликтная, она становится конфликтом. Сегодня стало возможным создание образов несуществующих конфликтов, которые могут восприниматься как реальные и поэтому порождать вполне реальные политические последствия.
Подведем итог нашему экскурсу в современные теории конфликта, сравнив характеристики прежде всего глобальных конфликтов современности. Устойчивое деление мира на Запад и Восток дополняется оппозицией «Север-Юг». Глобальные конфликты в этих измерениях отличаются как по типам, так и по характеру протекания. Характеристики глобальных конфликтов по критерию периода конфронтации можно представить следующим образом (см. табл. 19.1).
Таблица 19.1. Характеристики глобальных конфликтов
Из этого краткого описания видно, насколько радикально изменился характер конфликтов в начале нового века. И концептуальные поиски современных исследователей отражают лишь некоторые из этих видоизменений. Однако общая тенденция достаточно определенна: парадигма конфликта все более утверждает свою эвристическую значимость.
Напомним: в 2005 г. Нобелевская премия в области экономики была присуждена Р. Ауманну (род. 1930) и Т. Шеллингу (род. 1921) за вклад в объяснение феноменов сотрудничества и конфликта через анализ теории игр. Примечательно, что в этой формулировке слова «сотрудничество» и «конфликт» являются как бы однопорядковыми. Т. Шеллинг в своей книге «Стратегия конфликта» (1960) показал, что информация играет ключевую роль в стратегическом взаимодействии, в котором исход зависит не только от сделанных ходов, но и от тех, которые могли бы быть сделаны. И возможное неизвестное возмездие часто бывает более эффективно, нежели известное неотвратимое возмездие. Шеллинг – основоположник теории сдерживания, на которой базируется ядерная стратегия США. Неслучайно его книга стала не только настольной книгой лидеров мировых держав, но и учебником по многим дисциплинам – от международных отношений до корпоративного менеджмента.
Р. Ауманн посвятил свои исследования изучению теории бесконечных повторяющихся игр, или того, каким образом можно поддерживать определенные результаты в отношениях в течение длительного времени. Ауманн сформулировал и доказал теорему, которую он назвал народной. Применительно к сфере бизнеса эта теорема утверждает, что если в одной игре нечестное или агрессивное поведение одного из игроков приводит к кратковременному успеху (выигрышу), то при его повторении в серии игр оно неизбежно приведет к поражению. Современная политика, делая ставку на конфликт, все чаще использует бизнес-технологии и игровые элементы, поскольку сегодня побеждает не тот, кто сильнее всех, а тот, кто обладает стратегическим мышлением и информацией, кто умеет просчитывать ходы на несколько шагов вперед.
Основные понятия: конфликтная парадигма; конфликтно-сетевая парадигма; структурно-функциональная теория и позитивно-функциональная теория; «зиммелевский парадокс»; реалистический и нереалистический типы конфликта; разрешение и регулирование конфликта; управление конфликтом и деструктивное управление конфликтом; моделируемый конфликт; структурное насилие и структурные конфликты; конфликт и теория базисных человеческих потребностей; относительная депривация; «традиционное» и «расширенное» мироподдержание; «столкновение цивилизаций»; теорема Томаса; «конфликты нового поколения»; понятие «гибкой силы»; теория асимметричного конфликта, противостояние элиты и масс; геоэкономические конфликты.
Вопросы для самоконтроля
1. Как трактуется конфликт в структурно-функциональной теории Т. Парсонса?
2. Что является основой конфликта, с точки зрения Р. Дарендорфа? Какие условия необходимы для успешного регулирования конфликтов по Р. Дарендорфу?
3. От каких факторов зависит выполнение позитивных функций конфликтов по Л. Козеру? Какие функции должны выполнять конфликты по Л. Козеру?
4. Проанализируйте, как концепт насилия используется в разных теориях для описания конфликтов.
5. Чем, с вашей точки зрения, объясняется популярность концепции «столкновения цивилизаций» С. Хантингтона?
6. Чем «конфликты нового поколения» отличаются от классических?
7. Что такое «парадокс асимметрии»?
8. Какое значение имеет теорема Томаса для понимания специфики современных конфликтов?
9. Раскройте смысл понятия «гибкая сила» Дж. Ная.
10. Что является ключевым в новой картографии мира в трактовке А. И. Неклессы?
И. Какой термин более точен – «разрешение», «регулирование» конфликта или «управление» конфликтом? Аргументируйте свою точку зрения.
12. Чем «расширенное» мироподдержание отличается от «традиционного»?
Литература
Аклаев А. Р. Этно-политическая конфликтология. Анализ и менеджмент. М., 2005.
Бауман 3. Текучая современность. СПб., 2006.
Валлерстайн И. Конец знакомого мира. Социология XXI века. М., 2003.
Гарр Т. Р. Почему люди бунтуют. СПб., 2005.
Глухова А. В. Политические конфликты: основания, типология, динамика. М., 2000.
