за нами. И мне кажется, на холмах, которые мы прошли, я видел и других преследователей.
– Вы тоже их заметили?
– Преследователей? – воскликнула Айрин. – Значит, за нами и вправду следят воины гор?
Мастер слез с козел.
– Похоже на то. И поэтому пора что-то предпринять. Сделаем привал!
– Привал? – удивилась Айрин, сбитая с толку душевным спокойствием мастера.
– Сначала стоит подкрепиться, на голодный желудок плохо колдуется.
– А как же маны?! И дядюшка!
– О них мы уже позаботились, – с улыбкой ответил мастер.
В отличие от Айрин, в которой постепенно росло отчаяние, мастер Маберик был само спокойствие. Он дружески поболтал с Тимином, который выглядел более нервным, чем его дядя, и настоял на том, чтобы сначала пообедать и задать корма лошадям.
У Айрин кусок не лез в горло, и так же, как она, Барен с Бо Теганом часто косились на гребень холма, где они ожидали увидеть своих преследователей. Порой ей казалось, что она замечает какое-то движение, но чаще всего это оказывался высохший куст, качающийся на ветру.
– Но ведь ветра почти нет, – пробурчал лейтенант, когда она поделилась с ним своим наблюдением. С этого момента Айрин совсем потеряла покой.
Вдруг мастер Маберик исчез внутри повозки и вскоре вернулся с книгой рун, чернилами и пергаментом.
– Время для твоих упражнений! – радостно возвестил он.
– Сейчас?
– Не могу подыскать лучшего времени.
Он разложил скрытый во внешней стене письменный стол и подвинул ей стул.
– Садись.
Что-то в его голосе подсказывало Айрин, что лучше послушаться. Она села, но то и дело поглядывала на возможных преследователей. Лейтенант тихо переговаривался с ларом Тимином. Вид у того был более обеспокоенный, чем у дяди, и тем не менее он, очевидно, был согласен с тем, что Айрин сейчас необходимо позаниматься рунами.
– Мне снова нарисовать любую руну, мастер? – беспокойно спросила она.
Мастер улыбнулся:
– Как насчёт этой?
Он раскрыл книгу и указал на место, где Айрин не могла различить ни одной руны.
– Дыши глубже, Айрин, и прекрати высматривать наших врагов. Если они нападут на нас, ты это заметишь.
Тимин пошарил в кармане и вытащил кошель, который Айрин уже доводилось видеть. Он насыпал ей в ладонь несколько ягод.
– Держи, они помогут тебе.
Мастер Маберик тяжело засопел и вырвал ягоды из его рук.
– Ты совсем с ума сошёл? Ведьмины ягоды? Ты всё ещё не понял? Магия не прощает обмана!
Племянник посмотрел на него затуманенным взглядом.
– И что? Они расслабляют дух.
– Они делают его вялым и ленивым! А теперь не мешай девушке выполнять её работу!
Лар Тимин положил руку ей на плечо:
– Ты справишься. Не бойся.
И ушёл слегка нетвёрдым шагом.
Только сейчас Айрин заметила, что лар какое-то время обращается к ней на «ты». Она вздохнула и постаралась сосредоточиться на раскрытой книге. Она заставила себя дышать спокойно – и вдруг появилась руна, спрятанная в неразберихе линий. Эту руну Айрин ещё никогда не видела. Она схватила перо, но мастер остановил её:
– Ты всё забыла? Сперва ты должна постичь значение руны.
Айрин откинулась назад, отдаваясь действию руны. Та была простой: прямая черта, которая сверху соединялась с очень короткой поперечной перекладиной, круто обрывающейся справа. Руну пересекали восемь тонких, различной длины линий. Дело усложняло то, что Айрин неожиданно обнаружила на развороте ещё три других руны, которые отличались лишь числом и направлением линий. Не обращая внимания на другие знаки, она задышала ровнее и постаралась забыть о грозящей им опасности. Руна – ни о чём другом она думать не собиралась. Но та хранила молчание, не открывала ей тайны.
Айрин продолжала дышать глубоко и спокойно. На миг её взгляд скользнул в сторону и выхватил лейтенанта, который, положа руку на меч, вглядывался в гребень холма. Он был напряжён, его обычное веселье, казалось, испарилось. Он вдруг стал выглядеть старше, взрослее. Внезапно всё стало серым. Айрин заморгала. Руна – она её разгадала!
– Туман, – прошептала она. – Это знак тумана!
– Ну, это было не быстро, – пробормотал мастер Маберик. – Ты приготовил мешок, Тимин?
– Почти, – раздался голос из красной повозки. – Мне нужны только крылья вороны и комья земли.
– Мешок? – переспросила Айрин.
– Да. Проверим, действительно ли твоя связь с магией настолько сильна, как мы предполагаем. Сейчас ты нарисуешь руну тумана.
Он придвинул ей чернильницу – совсем не ту, которую она обычно использовала.
– Это?..
– Чернила с драконьей пылью, совершенно верно.
– Но мне нужно сначала поучиться писать эту руну…
– Больше никаких упражнений, Айрин. Твоё понимание рун глубоко, намного глубже, чем у некоторых ларов. Сейчас тебе нужно только понять, что ты делаешь. Ты заключишь часть той древней энергии, которая окружает всех нас, на пергамент и тем самым изменишь мир вокруг нас. В этом тебе поможет драконья пыль – белый мост, по которому ты доберёшься до хелии.
У Айрин застрял ком в горле.
– Я изменю мир?
Мастер улыбнулся:
– Не волнуйся. Эта руна нетрудная, хотя и редко используется. Ты опустишь в ложбину и на соседние холмы прекрасный густой туман.
Айрин уставилась на перо.
– Зимой? А что, если у меня не получится?
– Почему? Мысленно представь его. Постарайся увидеть туман, прежде чем напишешь руну. Не медли, заключи магию на этом листе, спрячь нас от врагов.
Она тяжело вздохнула, обмакнула перо в чернильнице и застыла с ним в руке. Оторвала взгляд от стола и посмотрела в полные ожидания лица своих спутников. Туман. Как ей его представить? Она подумала о Хальмате осенью, когда урожай собран и стаи ворон ищут корм на голых полях; о сырой земле, дымке, тяжело висящей по утрам над деревней, запахе опавшей листвы и прелого сена. Она снова набрала в грудь воздуха и с полузакрытыми глазами нарисовала на маленьком листе руну. Не успела она опомниться, как руна была готова. Айрин отложила перо в сторону.
Мастер, бурча, взял пергамент со стола, посмотрел его на свету.
– Линии не идеальны. Тут и тут немного длиннее, а там угол опущен вниз. Ты подарила нам проливной дождь.
Племянник выхватил у него пергамент.
– Другими словами, она отличная, Айрин Дочь Ворона. Ты нарисовала свою первую магическую руну!
Айрин покраснела.
– Мне её сложить? – спросила она.
– Да нет же! Мы хотим сейчас же использовать её! – объяснил лар Тимин и тихо захихикал. Его взгляд по-прежнему казался затуманенным, что Айрин списала на действие ведьминых ягод. Лар слегка свернул пергамент, чтобы положить его в рунический мешок. Затем с сосредоточенным выражением присыпал его сверху белой пылью и закрыл.
Айрин почудилось тихое шипение.
– А теперь? – спросила она затаив дыхание.
– Дадим магии
