угля не знающие сострадания. Длинные когти, острые, как бритва, готовы в любой момент разорвать плоть врага. Хвост, шипованный, длинный и гибкий, обвивал основание трона, словно змея, готовая к смертельному укусу. Каждый его изгиб — символ скрытой угрозы, напоминание о том, что даже в покое королева остается смертельно опасной.
Ее одеяние — не роскошные ткани, а искусно сплетенные металлические пластины, повторяющие изгибы чешуи. На груди сверкал массивный кулон с бирюзовым камнем, словно бы это был источник ее силы.
Но самое пугающее — это аура, окружавшая королеву. Воздух вокруг нее словно сгущался, наполняясь едва уловимым гулом, от которого зудели кончики пальцев и шумело в ушах. Казалось, само пространство подчинялось ее воле, искривляясь и пульсируя в такт ее дыханию.
Иви невольно сглотнула, пытаясь осмыслить то, что предстало перед ее глазами. Королева была не просто ящером, а чудовищем. Холодная рептилия. Полуящер, полуженщина, сочетающая в себе смертоносную красоту и первобытную ярость.
Она не шевелилась, но каждый мускул ее тела был натянут, как струна. Она наблюдала. Оценивала. Готовилась. И в этом безмолвном взгляде читалось одно: здесь правит она — и никто иной.
Глава 32
— Я ждала вас, — протянула она, в ее кровавых глазах застыло предвкушение жестокого развлечения, из-за которого по спине побежали мурашки. Было странно, почти противоестественно видеть, как ящер говорит на арионском языке. Ее вытянутая морда, массивные челюсти, иное строение глотки — все это, казалось, должно было мешать членораздельной речи. Но королева произносила слова четко, без запинки, не коверкая ни единого звука. Ее голос звучал низко, гортанно, с едва уловимым шипением на согласных.
У ног королевы сидели восьмилапые чудовища. Но эти особи были гораздо крупнее тех, с которыми сталкивалась прежде стражи. Королева погладила одну из тварей по голове.
— Наблюдая за вами, я многое узнала о людях, — произнесла королева-ящеров, медленно склонив голову набок. Ее чешуйчатая шея изящно изогнулась, а в глухом, шипящем голосе звучала нескрываемая любознательность.
Пауза повисла в воздухе, густая и напряженная, словно предгрозовая тишина. Затем ее длинный когтистый палец резко вытянулся, указывая прямо на Лику.
— Но она… — в этом «она» прозвучала особая, почти осязаемая тяжесть, — не похожа на других представителей своей расы. Откуда же у тебя Дар Зова?
Лика не отвела взгляда. Ее лицо оставалось спокойным, лишь в глазах мелькнул отблеск внутреннего напряжения. Она произнесла четко, без колебаний:
— Подарок мага.
И замерла, внимательно следя за реакцией королевы. И реакция не заставила себя ждать.
Морда гидры исказилась гримасой ярости — чешуя на скулах затрепетала, а кровавые глаза, до того мерцавшие холодным огнем, опасно сузились, превратившись в две узкие щели. В воздухе явственно запахло раскаленным камнем и древней злобой.
— Да что ты говоришь! — ее голос прорвался сквозь стиснутые зубы, звуча как скрежет камня по металлу. В нем слились ярость и едва сдерживаемое презрение. — Неужели ты действительно думала, что сможешь вот так просто прийти сюда и разделаться со мной?
Королева резко выпрямилась, и в этом движении проступила вся мощь ее нечеловеческой природы.
— Вы все… — она медленно повела головой, обводя каждого из присутствующих пронизывающим взглядом кровавых глаз, — слишком самонадеянны.
Лика лишь небрежно пожала плечами, и на ее лице промелькнула легкая, почти беспечная усмешка.
— Ну, если честно, я так и думала, — произнесла она, слегка склонив голову.
— Ты не настолько сильна, чтобы мне бояться тебя, — ответила королева, и на ее белоснежной морде мелькнула усмешка, удивительно точно копирующая человеческую мимику. — Ты всего лишь тень того, кем могла бы стать.
— А еще я хотела предупредить вас, что у мага, с которым вы сотрудничаете иные планы, в том числе и на вас… — Лика выждала паузу намереваясь снова увидеть реакцию королевы. — У мага планы — он хочет убить вас и править вашими ящерами… со мной.
Слова повисли в воздухе, словно ядовитые испарения. В зале воцарилась мертвая тишина. Каждый из присутствующих ощутил, как хрупкое равновесие между угрозой и вызовом рухнуло, открыв путь к неизбежной развязке.
Королева медленно приподняла верхнюю губу, обнажая ряд острых, как бритва, зубов. Ее дыхание стало тяжелым, прерывистым. В этом мгновении всем стало ясно: маг действительно был здесь, и королева знала его слишком хорошо — знала и сотрудничала.
Словно из ниоткуда возникли ящеры, они скользнули в зал и плотным кольцом окружили группу стражей. Замерли, вытянув шеи и обнажив острые клыки. Их глаза, мерцающие в полумраке, не отрывались от королевы, ожидая лишь ее приказа.
«Нам конец», — пронеслось в голове Иви, и она невольно закрыла глаза. Перед внутренним взором промелькнули обрывки планов, долгих обсуждений, осторожных расчетов по уничтожению королевы, но все это теперь казалось бессмысленным, рассыпалось в прах. Что делать?!
Она украдкой взглянула на мужа. Он чуть повернул к ней голову — и в этот миг уголки его губ приподнялись в едва заметной улыбке. У Рейза есть план? — мелькнула надежда.
Иви перевела взгляд на Лику и Шакала. Они стояли рядом, сосредоточенные, напряженные, но при этом не размыкали рук. В их сцепленных пальцах читалась не просто поддержка: это было молчаливое обещание — мы вместе, что бы ни случилось.
Рядом Канмин едва сдерживал ухмылку, в его глазах плясали озорные огоньки, будто он находился на увлекательной игре. А вот Айс… Его лицо искажала кровожадная улыбка. Он не сводил с королевы пристального, вызывающего взгляда — в нем не было ни страха, ни сомнения, лишь холодная, расчетливая ярость.
— Ты! — резкий, как удар хвоста, голос королевы разорвал напряженную тишину. Она ткнула вытянутым пальцем с острым когтем прямо в Айса. — Я помню тебя. Твоя смерть будет медленной и мучительной. Молись своим богам, потому что умирать ты будешь очень и очень долго.
Айс сплюнул под ноги и окинул ее насмешливым, почти издевательским взглядом.
— Ваша подружка очень кричала, когда я перерезал ей горло, — произнес он ровным, бесстрастным тоном.
Королева яростно зашипела, ее чешуйчатая шея вздулась, но она не сдвинулась с места. В этом застывшем мгновении читалась борьба — между желанием разорвать наглеца на части и необходимостью держать себя в руках.
— Ты намеренно ее злишь? — тихо, но отчетливо спросил Ашар, бросив на Айса предостерегающий взгляд.
Айс лишь криво улыбнулся, его глаза по-прежнему не отрывались от королевы. В этой улыбке было все: вызов, презрение и холодная уверенность человека, который знает — игра только начинается.
Королева некоторое время испепеляла всех взглядом, словно пытаясь прожигать дыры в душах присутствующих. Ее глаза, пылающие нечеловеческой яростью, обводили собравшихся один за другим — никто
