пряталась под толстым слоем инея. У кое-кого закончились духи, и оно старательно лупило кошек ледышками. Чем не альтернатива, правда? Импортозамещение чем-то напоминает…
Я подождала, пока Инесса не вздохнула и не выпустила с рук фонтан голубоватого огня. Блаженно улыбнувшись, я кинула через огонь свою скляночку.
Всё над лужайкой исказилось рыжими всполохами, расползавшимися по воздуху. Взрывная волна вжала траву в землю. Птицы шумно поднялись на крыло.
Рыжая «лава» брызгами ринулась во все стороны. Я закрыла лицо рукой, щурясь от яркого света.
На пои плечи с шелестом опустилась пыль.
Я открыла глаза.
В радиусе трёх метров от того места, куда я швырнула свою склянку, была вывороченная земля. Всю траву на лужайке завалило пылью. Уцелевшие пантеры перепугано пялились на меня.
Инесса опустила волшебный зонт, стряхивая с него пыль. Рухнул защитный купол, окружавший Катю с Женей. Саша выглянула из-за увесистой льдины.
— Ты монстр. — молвил оборотень
— А сам-то? — пророкотала я, смакуя буквы, произнесённые клыкастой пастью
Пантера ринулся на меня. Чёрные лапы с выпущенными когтями были около моих плеч, а клыки вскоре схлопнулись бы на шее, но… я выставила вперёд руку, схватив пантеру за горло.
Дикая кошка захрипела, неуклюже болтая лапами. Я держала её на весу, глядя в синие глаза. Глаза, в которых не было ничего кроме страха.
Я посмотрела на свою руку. Вместо ноготков блестели когти, кожу скрывал плотный мех, убегавший под рукав.
— Ты…
Пантера махнул лапой, грозя полоснуть когтями. Я резко развернулась и швырнула хищника в ворота.
Всё произошло быстро.
Врата за спиной пантеры распахнулись. Между ними был густой туман, тёмный, светящийся. Оборотень влетел в него, распахнув глаза, и исчез с таким звуком, будто провалился в воду.
Врата захлопнулись, содрогнув лужайку. С барельефа посыпалась пыль.
Львы оскалились и зарычали. Воздух завибрировал, начиная искажаться. Земля под ногами дрожала. Пространство начало меняться, словно облако на ветру.
— Я своё дело сделала. — сказала Инесса Аленкорн — Бывайте.
— Надолго?
— Да.
— Тогда прощай.
Кот запрыгнул ведьме на плечо. Инесса сиганула вниз и провалилась сквозь землю.
Всё-таки странный народ ведьмы. Но не страннее нас.
Мы с сёстрами встали в круг и схватились за руки. Земля под нашими ногами растворялась, становилась эфемерной, уходила вниз. Мы ушли следом за ней.
Летели в серой темноте. Мимо проносились деревья, обломки, иногда пролетали птицы.
Серую тьму начала разбавлять синева. Вскоре синий цвет вытеснил всё кроме себя, и мы оказались летящими в небе. Ветер тербанил одежду, волосы. Встречали сыростью облака. Я размышляла, что, как и Катя, была бы не прочь напялить свитерок. Холодно, знаете ли!
Внизу раскинулся знакомый город. Некоторые окошки горели, выхватывая из темноты очертания готических домов.
— Вам случайно не кажется, что мы падаем? — полюбопытствовала Саша
— Кажется. К чему бы это?
— Разбиваться кто-то хочет?
— Не особо, если честно.
— Тогда, может, стоит что-то предпринять?
Мы сосредоточились на себе. Я нашла где-то глубоко-глубоко тихий источник, бегущий ручьём магии. Кое-как направила этот ручей туда, куда мне надо.
По нашим рукам побежала сила. Она была тёплая, вибрирующая и такая знакомая. Собравшись, она, подобно цветной жидкости, стала капать вниз. Чуть ниже нас капли искрились, как масло на горячей сковородке, брызгались, шипели, образуя сияющую полусферу. Её цвета дребезжали рябью на воде. Тёмно-красный, тёмно-синий, золотой и благородный зелёный.
Кто есть кто, интересно?
Блистающим метеоритом мы проломили крышу какого-то дома…
Посадочка была мягкая. Руки расцепились, мы разлетелись в разные стороны, но магия смягчила удар.
— Кто здесь?
Не успела я спокойно отлипнуть от пола, как мне вывернули руки за спину, приставив к горлу нож.
Ой.
— Куда их?
— Тащи к хозяину.
Что, полетать нормально уже нельзя?
Глава Тридцать Третья
Шестнадцать лет тому назад
Скрипнули оконные ставни.
В комнату забралась девочка. В штанах и рубашке, с ножом на поясе. Тёмно-каштановые волосы собраны в высокий хвост, большие глаза вспыхивают жёлтым.
Девочка закрыла за собой окно. Сняла пояс с ножом и закинула под кровать. Переоделась в домашнее платье. Уличную одежду положила к чистым вещам, будто те там и лежали.
Она взяла из стола бумагу, карандаши, запрыгнула на стул и принялась рисовать цветочек.
Открылась дверь комнаты.
— Ирбис?
— Мама, смотри, как я красиво рисую. — сказала девочка, не отрываясь от творчества
— Ты же ходила гулять?
— Не знаю.
Темноволосая женщина подошла к шкафу с чистой одеждой и уставилась на скомканные грязные штаны с рубашкой. Женщина тяжело вздохнула.
— Всё было хорошо? — спросила она
Ругать ребёнка бессмысленно. Уже всё прошло. К тому же, этот ребёнок далеко не простой, и спрятать его дома тоже непросто.
— В целом да.
— В целом?
Девочка вырисовывала у цветочка бабочку.
— Ирбис, солнышко. Расскажи, как погуляла, хорошо?
— Зачем?
— Мне интересно, как прошёл твой день.
— Тогда уж ночь.
— Можно и так.
Девочка отложила карандаш и обернулась к матери.
— Ты боишься. — сказала она
Помимо несахарного характера у этого ангелочка ещё и интуиция на божественном уровне. Насквозь видит своими жёлтыми глазками.
— Боюсь. Какой родитель не боялся бы, когда его ребёнок уходит из дома посреди ночи?
— Не знаю. Я редко общаюсь с людьми. Мне нужно больше общения, чтобы понять, что для людей является нормой. Кстати. Мам, а чем занимаются человеческие дети в моём возрасте?
— Я потом отвечу на твои вопросы. После того, как ты ответишь на мой. Договорились?
— Это сделка. Договорились.
Девочка спрыгнула со стула и забралась на кровать.
— Сходила я. Посмотрела.
— На что?
— На мой лес. Я встретила
