за странное имя?
– Потому что без боя не хотел сдаваться, потому что за жизнь боролся.
– Так назови его Бой. И коротко и слуху приятно. А кот твой не будет его гонять?
– Наоборот, боюсь, что кот его возьмет под свое крыло и будут у меня жить не Васька и Бой, а два бандита.
На развилке Алексей приказал остановиться.
– Так, Володь, быстро довозишь Дашу и обратно, понял? Я пока пешком пройдусь.
– Товарищ майор, да тут дел-то на пятнадцать минут, давайте уж все вместе, – начал канючить водитель, – темнеет уже, куда вы в одинокого собрались?
Леша только строго посмотрел на него и, попрощавшись с Дашей, захлопнул дверь. Водитель раздраженно цокнул языком, и вывел машину с обочины на дорогу. Когда они отъехали, девушка оглянулась и увидела, как статный высокий майор повесил голову, ссутулился и медленно побрел по обочине дороги.
– Что-то опять у командира не заладилось, – расстроено сказал Сергей, – опять на кладбище к своим пошел.
– С чего ты взял? – удивилась девушка.
– Да чего тут гадать, я уже изучил его как свои пять пальцев, вон, по фигуре видно, когда ему плохо, когда уже сил ни на что не хватает, едет на кладбище и сидит там. Сидит и разговаривает сам с собой. Раньше чуть ли не каждый день туда ездил, а сейчас очень редко. Да и кладбище тут, в полутора километрах от дороги. Даш, забрала бы ты его к себе, а? Пусть бы он у тебя, что ли, жил. Честное слово, я не против вставать на час раньше и ехать за ним в Дормидонтовку. Тяжело ему одному.
– Да я-то чего? – опешила девушка. – Я-то не против, только отношения у нас не дошли до такого уровня, чтобы ему оставаться.
– И не дойдут, если сама в свои руки дело не возьмешь, – проворчал Володя.
– Слушай, и откуда ты такой умный, – возмутилась Даша, – молод ещё, чтоб так о жизни рассуждать.
– Я не умный, – искренне ответил парень, – я наблюдательный. Просто ненормально это, когда единственные люди, с кем можно поговорить, лежат на кладбище.
Они действительно доехали до Дашиного дома за пятнадцать минут, Даша, переживая за Алексея, буквально выпрыгнула из машины и отправила машину обратно. Володя, видно тоже тревожась за командира, без лишних слов развернулся на пятачке и помчался в город.
День уже закончился и на улице начало темнеть. Девушка вошла во двор, и спустив с рук щенка, подтолкнула его к дому:
– Ну, малыш, вот твой дом. Давай двигай, осваивайся, только сразу предупреждаю, кур моих не обижай, – Бой, ступив лапами на твердую почву, сразу же завилял хвостом и начал обнюхивать всё вокруг, – блин, ты же голодный, тебя ж кормить чем-то нужно, – вдруг всплеснула руками Даша, – а чем же мне тебя кормить? Додо, ты где? – позвала она домового, тот мгновенно проявился на лавочке под окном.
– Да тута я, – ответил он недовольным тоном, – гляжу, какого ты дармоеда в дом притащила. Тебе что, не хватает прожорливого кота?
– В нашем доме дармоедов нет, каждый приносит какую-то пользу, – ответила девушка, – территория наша расширилась, её нужно охранять. От поджигателей, например. Тебе одному не управиться, так что, как говорится, сам бог тебе помощника прислал. Только я не знаю, чем его кормить.
– Чем, чем, что сами едим, то и ему давай.
– Боюсь я, что на такой еде он много не протянет, ему же мясо нужно, ну, не знаю, витамины какие-нибудь там… А мы в основном кашами да макаронами питаемся.
– Да вон он, уже нашел, что ему пожрать, – недовольно пробурчал Дормидонт.
Щенок сидел и с большим удовольствием грыз хвост огромной морковки.
– Ты чего морковь никуда не убрал? – напустилась на домового Даша.
– Да куда мне её убирать, – развел руками Додо, – три штуки в наш подпол убрал, три в дом Василия, четыре поместилось вот в этот, – он указал на соседний дом, – а там как будто и не убыло. Всё, больше некуда.
– Тане, по-хорошему, нужно дать моркови, – начала рассуждать девушка, домовой громко и недовольно фыркнул, – да Аньке предложить. Пойду и, правда, Ане предложу. А ты за собакой присмотри, да не так, как с морковью. Пацана, кстати, зовут Бой, потому что боец, потому что с нечистой силой бился.
– Ух ты, – домовой посмотрел на щенка с большим уважением, – ладно, присмотрю, – он слез с лавочки, подошел к Бою и начал гладить его. Тот, не отрываясь от моркови, завилял хвостом.
– Ну, кажется, подружились, – вздохнула с облегчением девушка, и направилась к калитке, ведущей в Анин двор.
– Дашка, привет, – подруга встретила её вопросом, прямо с порога, – чего это с Татьяной нашей, не знаешь?
– А что с ней такое? – переспросила девушка.
– Я приехала после работы и сразу к ней кинулась, дитёнка посмотреть, на счет вечера договориться, ну и, опять же, на счёт пирожных спросить, а то люди ходят, спрашивают, когда она опять работать начнет. А она мне с такой злобной рожей дверь открыла, что меня аж чуть с крыльца не скинуло, – девушка непроизвольно улыбнулась, – нет, чего ты лыбишься, я правду говорю. Меня аж чем-то горячим обдало, и ноги сами по лестнице вниз повели, ведьма, самая настоящая ведьма, – Даша не удержалась и расхохоталась, – Дашка, ну чего ты ржёшь, приютили сиротку на свою голову. Она нам ещё покажет финты ушами.
– Ань, да не лезь ты к ней, хочет одна сидеть дома, пусть сидит и жрет свои пирожные сама.
– Да что с ней такое случилось-то? Вчера же по телефону разговаривали, ещё все нормально было.
– Честно? Плевать, мне тут своих забот хватает, тут вокруг такие чудеса творятся, что голова кругом идёт.
– Про чудеса это точно ты подметила, у нас в деревне прям беда, будто кто-то вирус какой подхватил. Помнишь, бабки вечно на лавочке под магазином сидели? Подрались! Всю жизнь душа в душу жили, слова друг о друге плохого от них не слышали, а тут передрались, да так, что всех в больницу увезли. Батя Санин в колодец упал, еле спасли. Понимаешь, туда
