я ведь просила называть меня просто Аннис.
Эмоции мальчишки были такими живыми, искренними, что передавались и мне. Он серьезно кивнул.
— А ты знала, что я больше не прогуливаю школу? Не хочу быть дураком. И тебя я буду называть нейрой Аннис, так и знай! И еще, это… это мы с мальчишками однажды ночью залезли во двор лечебницы и разворотили песочницу. И качелю сломали. Но я все-все исправлю! Я бы раньше не признался, а ты помогла моему папке… — он опустил взгляд к полу и снова хлюпнул.
Я не стала ругать мелкого разгильдяя, раз уж он встал на путь исправления. Просто сказала, ободряюще тронув плечо:
— Ну что ж, тогда я буду тебя ждать. Приходи, когда сможешь. Только молоток не забудь.
И была уверена — он сдержит свое обещание.
Глава 34
— Любопытный артефакт, — нейт Грейвс собирался уходить. — Я наблюдал за процессом магическим взором и понял, что он усиливает ваши природные способности. Ваш прогресс идет семимильными шагами, но постарайтесь пока соблюдать осторожность. Все-таки сильная магия — это не шутки.
Напоследок целитель дал мне пару указаний, как следует провести последний сеанс лечения Тенсона. Он считал, что этого будет достаточно. Я же, когда наставник ушел, предложила Дайне устроиться в нашу лечебницу, хотя бы прийти и посмотреть, что да как, а потом принять решение. На днях мы уже взяли на работу трех новеньких девушек, их обучением занималась Лилит.
Дайна сначала отказывалась, все-таки страшно было уходить с тяжелой, но такой привычной работы.
— Я постараюсь прийти, спасибо, нейра Аннис. Давно хотела бросить прачечную, там такой хозяин лютый, если увидит, что присела отдохнуть, так сразу жалованье срезает. А у меня уже спина не разгибается.
По пути в лечебницу я забежала в пункт магпочты, чтобы отправить записку для нейры Мирилис. Сегодня я снова не буду ночевать дома, не хочется, чтобы она волновалась. Да и за эти дни я успела соскучиться по общительной старушке, хотелось узнать, как не беспокоит ли выгоревший источник, и как ей спится без чтения на ночь. Но оставлять надолго Марусю я не могла, меня и так целый день не было.
Я спешила со всех ног, и мне было страшно. Страшно возвращаться, потому что я успела навоображать себе всякие ужасы. Меня снедала тоска по девочке, я представляла, как она плачет, как никто не может ее утешить, и сердце сжималось от тревоги и жалости. Эта кроха больше не должна узнать предательства взрослых.
Маруся была вместе с Лилит в подсобке, где женщина перебирала белье. Девчушка сидела на полу в окружении свертков и сонно терла глаза. Увидев меня, забормотала уже привычное “мама” и поползла навстречу. Лилит наблюдала за нами искоса и по-доброму усмехалась.
— Ребеночка тебе надо. И замуж, — заключила, ловко сложив белую простынь и водрузив ее на полку. — Все девушки мечтают стать матерями. Мои-то дети давно выросли, но все равно иногда хочется маленького понянчить.
Ох, она и не догадывалась, что этот “замуж” маячит у меня перед носом, стоит лишь руку протянуть. К тридцати годам в своем мире я уже задумывалась о детях и чувствовала, что готова стать матерью, только подходящего кандидата в отцы не находилось. И тут я представила, что отцом моих детей может стать нейт Шерриан. Эта мысль заставила зардеться, словно мне было снова семнадцать.
Я напевала песенку для Маруси, не используя свой дар. Просто не хотелось, да и малышка быстро успокоилась. С ней на руках я обошла первый этаж и поднялась по лестнице. Дела и заботы не давали проводить достаточно времени со всеми детьми, но меня к ним тянуло, как магнитом.
Я вспоминала, как мы делали с ними уборку, какими деловыми и увлеченными они были, и какими счастливыми, когда мы все вместе разбирали и раскрашивали новые игрушки. Иногда я мечтала, что можно клонировать себя, чтобы все успевать, но, увы, магический прогресс до этого не дошел.
Двери в детскую палату больше не запирали на ночь, но в коридоре постоянно дежурил кто-то из женщин. Меня встретила Марни, она притворила за собой дверь и прошептала:
— Спит уже малышня. А ты что тут ходишь? Отдохни, пока есть возможность.
— Я просто посмотрю на них.
Марни покачала головой и пошла наводить порядок в стерилизационной. Сегодня должны были доставить новую разработку местных ученых — печь, напоминающую сухожаровый шкаф. Горячим воздухом в нем обрабатывались медицинские инструменты.
Все, и правда, уже спали. Даже Эллин, которая обычно подолгу лежала в постели и показывала пальцами какие-то фигурки, наблюдая за тенями на стене. Я догадывалась, что так она сочиняла для себя сказки. Привычки многих я успела выучить. Памятуя о словах нейта Грейвса и его просьбе не торопиться, решила сегодня прочесть новый параграф из книги Алеста Байна. Он содержал кучу классификаций, таблиц и схем головного мозга с описаниями типов поражений, зон и способов воздействия на них.
Но перед тем, как взяться за книгу, я переложила Марусю в кроватку, где ее обещал посторожить Уголек. Он, как настоящая радио-няня сообщал, когда та просыпалась, если меня не было в палате.
А пока надо снова зайти в бывший кабинет нейта Родеуса…
* * *
После обеда я посетила ближайший к лечебнице приют, оттуда были мальчик и девочка: шестилетний Сай и восьмилетняя Келли. В глубине души я надеялась, что встречу там человека, который не оставлял мои мысли, но смотрительницей оказалась пожилая женщина. К сожалению, сведений о родственниках этих детей у нее не было, не с кем было поговорить о течении беременности. Она еще удивлялась, зачем мне все это надо, а узнав, что я пытаюсь понять причину их недуга, долго молчала.
В лечебнице меня ждало послание, курьер принес записку, когда я ходила в приют. Я думала, что это от нейры Мирилис, но едва вскрыла конверт, поняла, что ошиблась.
Мне написал нейт Шерриан.
Интересовался, как мои дела, спрашивал, помогла ли мазь и просил прощения за то, что завален работой и пока не может меня навестить. Но предлагал встретиться и поужинать вместе, а еще подтянуть ментальные навыки.
“Дайте знать, когда у вас появится свободное время” — написал в конце.
Я сделала мысленную зарубку отправить ему ответ. Прогуляться где-то и провести несколько часов в обществе менталиста я была не против, тем более, завтра у нас опять лекция. Там и увидимся, а потом он наверняка отправится
