Читаем без скачивания Заря Айваза. Путь к осознанности - Живорад Славинский

«Интенсив Просветления» проходил в Центре «Восток-Запад», что располагался рядом со станцией метро Финчли Роуд. Когда я выходил, в метро не было почти никого. На обратной стороне пригласительной карты на «Интенсив» был нарисован простой маршрут, и я пошел вниз по улице, разглядывая номера домов. По тротуару напротив, вровень со мной, шли двое людей, один из них был светловолосым, среднего возраста и в толстых очках, другой — помладше, с длинными волосами с проседью спереди. Оба тащили рюкзаки с притороченными к ним спальными мешками. «Должно быть, они идут туда же», — подумал я. Человек в очках, словно прочитав мои мысли, махнул рукой, явно приглашая перейти на другую сторону улицы.

— «Интенсив», да? — поинтересовался он, протягивая мне руку. — Я Джефф Чендлер.

Из бормотания молодого человека я понял, что его звали Дэйвом.

— Это твой первый «Интенсив»? — спросил Джефф.

— Да, но я проходил через нечто подобное.

— Это отличается от всего того, что ты раньше переживал. «Интенсив Просветления» не из легких, но и вознаграждение за него высоко. Я психиатр и смею заверить тебя, что таким вещам в университете не учат.

Фасад старого здания, в которое мы вошли, был выложен из темного кирпича. На первом этаже находился уже закрытый книжный магазин, на втором — диетический ресторан. «Интенсив» проходил на чердаке. Пол просторной комнаты был устелен хлопковой тканью, на стенах висели большие яркие янтры, использующиеся последователями системы «Арика» Оскара Ичазо. В комнате уже собралось двадцать человек со спальными мешками, одетых в спортивную или просто в старую одежду. Судя по их разговорам, нетрудно было догадаться, что многие из них встречались друг с другом ранее. Халинга не было видно. Я был прав, участники «Интенсива» ничем не отличались от собирающихся на семинарах и тренингах по АСТ, «Арике», сциоларгии, вокруг духовных гуру, недавно прибывших с Востока.

Из опыта предыдущих курсов я усвоил, что нужно было занимать место в углу, чтобы рядом над ухом не храпел какой-нибудь из участников. Для меня не было неожиданностью, что в комнате более чем прохладно — я взял с собой толстые нижние рубашки, длинные панталоны и свитер. Высокая стройная сорокалетняя женщина с выступающими, как у кролика, передними зубами попросила нас заплатить за «Интенсив».

— Я Морин из Канады, — прошепелявила она, — я организатор этого «Интенсива».

Мы уселись на пол, собравшись вокруг кресла на приподнятой дощатой платформе, с которой Учитель должен был обращаться к нам. В комнате царило напряжение, большинство молча погрузились в свои мысли, а остальные начали переговариваться шепотом.

Халинг вошел в комнату легким уверенным шагом, слегка покачиваясь по пути, словно проверял прочность пола кончиками ступней. Он уселся в кресло и, поджав ноги под себя, осмотрел комнату. Он почти не изменился. Пожалуй, лишь набрал пару фунтов, его некогда белокурые волосы приняли серовато-пепельный оттенок, а морщины на лице стали выделяться сильнее. Молча окинув взглядом собравшихся, он заговорил, его голос, каким я его помнил, стал менее звучным и более низким, когда он переходил на медленный темп речи.

— Меня зовут Бьерн Халинг. Я буду вашим Мастером на этом «Интенсиве Просветления». Ваша единственная цель на этом Интесиве — это гнозис, или просветление, которое по своей сути, — он наклонился вперед в кресле, выделяя каждое слово, — есть прямое переживание Истины… — Сидящие рядом со мной участники наклонились, словно пытались пойти Халингу навстречу. — Нет никаких гарантий, что вы испытаете просветление, — продолжил он. — Иногда каждый переживает его на «Интенсиве», иногда никто… Создатель «Интенсива Просветления», Чарльз Пегден, больше известный под именем Йогендра, признал тот факт, что обычно около трети всех участников переживают это состояние сознания. Я согласен с ним, но не нужно загружать вас процентами. Преимущество системы Йогендры заключается в том, что вам не нужно верить ничему новому. Более того, любое убеждение, что у вас есть, представляет собой преграду, отделяющую вас от прямого переживания Истины. Не нужно менять ничего в жизни; нужно быть открытым всему, что попадает в поле вашего сознания, — он вытянул руки ладонями вверх, — тогда ваши шансы испытать прямое переживание чрезвычайно велики.

Некоторые из участников опечалились, когда услышали, что просветление им не гарантируют. Ни в пригласительной карточке, ни в газетном объявлении, нигде не было информации о таком исходе. Халинг же говорил об этом как о возможном результате.

— Мистики, святые и гностики переживали божественный свет души, — продолжил Халинг. — Тайные школы Древней Греции преследовали целью пробудить в памяти этот внутренний свет, являющийся сутью человеческого существа. Прямое переживание света называлось гнозисом, освобождающим знанием. Это инициация самой Истины. Переживая фундаментальный сдвиг в сознании, неофит вступает в храм света, изменившись навсегда. — Он снова вытянул руки, закрыл глаза и, с выражением принятия на лице, свободно произнес: — Просветление, гнозис, прямое переживание Истины — это наша невидимая церковь. Дверь к Истине отворяется сама перед открытым сердцем…

Он произносил слова так, будто бессознательно следовал за своими размышлениями, свободно переходя от одной фразы к другой, словно шагая по камням на реке. Сделав несколько глотков из стакана с водой, он положил его на столик рядом с собой и продолжил:

— Те из вас, кто пришел на «Интенсив» в первый раз, или же те, кто был уже на нем, но не получил прямого переживания Истины, будут работать над первым коаном: «Кто я?» Вихри человеческой истории не затронули этот вопрос. Для нас, на Западе, со времен Сократа и по сегодняшний день этот вопрос является главным для человека. Другие могут поработать над коанами: «Что есть „Я“, что есть Жизнь, что есть другое существо?»

После этой речи мы были предоставлены сами себе и расположились на отдых. Я не смог заснуть до утра. Я застыл. Перед глазами крутились картинки. Я сделал переоценку своих личных интересов, побудивших меня идти на «Интенсив», и оценил шансы на успех, но весь этот процесс происходил так, будто я пробирался сквозь туман. Я сходил пару раз в туалет, выпил немного воды и раскашлялся. А потом никак не мог лечь так, чтобы мне было удобно, ворочался из стороны в сторону, лежал то на спине, то на животе, но никак не мог занять удобного положения для сна. В животе образовалась неприятная пустота, ладони потели, а по всему телу бегали мурашки.

В шесть утра, когда предполагалось, что мы начнем работать, Халинг выступил с еще одной речью. Он рассказал о том, чем отличается просветление от весьма похожих, но по существу менее ценных переживаний, таких как инсайты, состояния эйфории и оккультные феномены.

— Некоторые из этих переживаний могут перетекать в просветление, но само просветление можно пережить и без них, спокойно и неуловимо, так как иногда люди даже и не знают, что они уже и без того были просветленными.

Эта часть презентации звучала нелогично. Как же так возможно, чтобы просветленный человек не знал, что он просветлен? Словно внемля моей критике, он заметил:

— Люди часто полагают, что такое невозможно или что на нашем «Интенсиве» такое просветление менее значимо, нежели в восточных системах, где оно обретается с уверенностью в пережитом… Это не так. Вы слышали историю о переживании просветления уже прославившегося Шестого патриарха дзен? Какой-то период времени он не осознавал свое неизменное состояние просветления. Мы думаем, что всегда сможем определить глубоко просветленного человека. Иногда это так, но не всегда. Шестой патриарх отправился в храм дзен, и никто из ста монахов не смог определить состояния его сознания. Его предшественник, Пятый патриарх, обнаружил в нем просветленного человека, когда дал ему решить одну задачу… она всем знакома из литературы, эту историю пересказывают и по нынешний день.

Он снова подробно объяснил нам технику, акцентируя внимание на том, что невозможно сказать однозначно, как ее следует проводить, и что каждый из нас сам это поймет.

— Просто проявите намерение к прямому переживанию объекта — себя, жизни, другого существа. Никто не может сказать вам, как это сделать, так как слово «как» указывает на процесс, а в прямом переживании истины процесса нет, — для того, чтобы помочь принять нам это странное указание, он прибегал к метафорам и дзенским и суфийским анекдотам. Он рассказывал о препятствиях, которые мы должны преодолеть, чтобы испытать просветление. — Если вы склонны к головным болям, то у вас она появится и здесь. Те, кто предрасположен к диарее или запору, бесспорно, столкнутся с ними самым неприятным образом. Если вы склонны к страхам, то испытаете здесь настоящий ужас. Важно понимать, что барьеры, препятствующие познанию истины, находятся не снаружи, они не отделены от вас. Они — часть вас самих, они — состояния, которые появляются в результате ваших попыток достичь Истины. Все ощущения сразу исчезнут, как только вы переступите через порог и покинете «Интенсив»… — Халинг окинул взглядом всю группу. Он казался расслабленным и в то же время серьезным. Кивнул несколько раз, а затем, словно вспомнив что-то важное, сказал: — В борьбе за Истину на «Интенсиве Просветления» вы должны преодолеть кризис. По этому случаю есть две простые аксиомы. Хорошо запомните их! То, что включается в момент кризиса, точно так же и выключается. Другими словами, выполняя технику, вы впадаете в кризис. Но если вы будете продолжать идти дальше, вы выйдете из него. Вторая аксиома еще проще: «Выход из кризиса идет через сам кризис!» Просто, не так ли?