– Вы окружены людьми, которые хулят вашего брата и чтят память вашего мучителя, – с горечью заметила я. – Это нелегко, ваше высочество.
– С твоей помощью я справлюсь. Для всех я буду послушной скромницей, но в своей опочивальне хочу оставаться собой.
В дверь несмело постучали. Екатерина ласково сжала мне пальцы, кивнула на дверь, и я впустила в опочивальню того же пажа, который приходил в мастерскую на рю л’Эгюий.
– Для ее высочества от герцогини Бургундской, – испуганно прошептал он, не узнав меня в нарядном платье и чепце. – Послание срочное, иначе я не осмелился бы… – Его голос осекся. Я благодарно улыбнулась ему и закрыла дверь.
– Что там, Метта? – спросила Катрин.
Я вслух прочла короткую записку: «Сестра, мы с супругом завтра отправляемся в Бургундию, чтобы завершить дела с наследством его отца. Я иду попрощаться с нашей матерью королевой, после чего приду в ваши покои. Полагаю, вы не откажетесь принять свою сестру, Мишель, герцогиню Бургундскую».
Екатерина поджала губы, раздраженно закатила глаза, торопливо встала и забрала у меня письмо.
– Пригласи Агнессу, Метта. Без нее мне не обойтись. Знаешь, Мишель очень переменилась…
Мишель, герцогиня Бургундская, и в самом деле оказалась ни капли не похожей на робкую девочку, которая покорно ушла вслед за королевой из розария дворца Сен-Поль. В мастерской Жака я научилась отличать дорогие ткани от дешевых и сразу поняла, что траурный наряд Мишель сшит из роскошной материи, а гагатовый бисер отделки прибыл из далекой Кастилии, недавно освобожденной от мавританского владычества. Очевидно, для новой герцогини годилось все только самое лучшее.
В дверях Мишель остановилась и неторопливо оглядела комнату. На бледном лице, скрытом черной вуалью, проницательно поблескивали яркие сине-зеленые глаза.
– Ах, Екатерина, хорошо, что вы одна, – сказала Мишель, считая нас с Агнессой ничтожествами, не стоящими внимания. – Надеюсь, вы подыщете себе траурный наряд. Это отвратительное облачение вас недостойно.
Я вздрогнула и отступила к стене, отчаянно желая слиться с изображением, вытканным на шпалере. Невзрачные черты Мишель не имели ничего общего с обликом королевы, но манерами герцогиня Бургундская невероятно напоминала свою мать, хотя почти не проводила времени в ее обществе.
Не поднимаясь с кресла, Екатерина невозмутимо указала на резной табурет, который предусмотрительно велела поставить рядом.
– Добро пожаловать, сестра, – церемонно произнесла она. – Садитесь. Мое облачение приличествует обстоятельствам. Сожалею, что вы нас покидаете. Значит, герцог не стал дожидаться, пока тело его отца привезут в Дижон?
– Ах, тело герцога нам до сих пор не вернули! – воскликнула Мишель, осеняя себя крестным знамением. – Вот еще одно свидетельство трусости Карла. Он отрицает причастность к убийству своего дяди и отказывается признать, что ему известно, где тот похоронен.
– Карл был бы более сговорчив, если бы ваш супруг не стремился отправить его на эшафот, – тихо проговорила Екатерина. – Но давайте не будем спорить. Вернетесь ли вы в Труа после того, как отслужат похоронные мессы?
– Да, конечно. Филипп желает, чтобы я оставалась с вами, пока он ведет переговоры с англичанами. – Мишель жестом отказалась от предложенного Агнессой кубка с вином. – Я предпочла бы родниковую воду, – сухо сказала она. – Вино я пью только за здравие.
– И когда священник предлагает кровь Христову, – лукаво заметила Катрин.
– Это уже не вино, сестра, – отрезала герцогиня. – Вас поставили в известность, что с англичанами снова обсуждают возможность брака между вами и королем Генрихом?
– Вы пришли заручиться моим согласием? – спросила принцесса. – Что ж, если я откажусь, то Филиппу не удастся заключить с англичанами перемирие, которого он так отчаянно желает.
– Вы преувеличиваете, – натянуто улыбнулась Мишель. – Филипп считает договор с англичанами лучшим способом приструнить нашего воинственно настроенного сводного брата и его сообщников. Вы вряд ли откажетесь от брака, который сделает вас королевой.
– Я встречалась с королем Генрихом всего один раз, – ответила Екатерина, – и он показался мне вполне приемлемым.
– Приемлемым?! – презрительно фыркнула герцогиня. – Моя младшая сестра находит короля Англии и покорителя Нормандии всего лишь приемлемым! А кто для вас неотразим, Екатерина? Император Сигизмунд? – Она поднесла к губам чашу с водой.
– Нет, он слишком стар, – беспечно отозвалась Екатерина. – К тому же он уже нашел себе новую жену. Говорят, новую императрицу зовут Барбара.
– Неразумно так легкомысленно относиться к браку, – чопорно сказала ее сестра, ставя чашу на поднос.
– К браку с королем Генрихом я отношусь со всей серьезностью, – заявила Екатерина. – Увы, мне так долго его сулили, что он перестал меня волновать. Впрочем, когда вы вернетесь в Труа, то у вас будет возможность разъяснить мне все преимущества и недостатки супружеской жизни. Надеюсь, она доставляет вам удовольствие?
Мишель густо покраснела, на мгновение утратив дар речи.
– Супружество – это контракт, который накладывает определенные обязательства, – раздраженно заметила герцогиня. – Получение удовольствия к ним не относится.
– А как же дети? – осторожно сказала Екатерина. – Должно быть, отсутствие наследника доставляет массу досадных неудобств.
Мишель и Филипп Бургундский делили ложе вот уже семь лет, но до сих пор не обзавелись потомством.
Герцогиня внезапно встала и расправила складки на платье.
– Остерегайтесь легкомыслия, Екатерина, – провозгласила она. – Королеве легкомыслие не пристало. Мне пора. Мы с супругом уезжаем на рассвете. Сожалею, что не смогу помочь вам выбрать фрейлин, но советую сделать это без промедления. – Она бросила красноречивый взгляд в мою сторону. – Вам пойдет на пользу общество благородных дам.
Екатерина поднялась и поцеловала ее в щеку.
– Я запомню ваш совет, сестра, – шепнула она. – И мадам Ланьер тоже. Да хранит вас господь.
30
К возвращению Мишель из Дижона Екатерина предусмотрительно выбрала новых фрейлин. Все они были дочерями рыцарей и баронов из мелких дворянских семейств – послушные и скромные девушки, которые делали все, что им велено.
– Теперь в моей свите не осталось места для шпионок Мишель, – с удовлетворением заявила принцесса.
Герцогиня Бургундская и в самом деле надеялась приблизить к Екатерине двух девушек из семейств советников ее мужа и с досадой восприняла известие о том, что все шесть фрейлин в свиту принцессы уже назначены.
