Великая ведьма слегка наклонила голову, выражая свое согласие. Не сводя с Тай внимательных серьезных глаз, она начала свою речь:
— В честь нашей крепкой дружбы и давней симпатии я никогда не отказываюсь от приглашения уважаемого Чародольского Князя. Пожалуй, Чаклун — это единственное мероприятие, которое мне приятно посетить в мире людей. В связи с тем, что мою особу видят в первых рядах зрителей, в народе сложилось ложное впечатление, будто я выискиваю на турнире новых воспитанников. Наблюдаю за состязаниями, чтобы… кхм… прощупать на способности талантливую молодежь.
Госпожа Чакла замолкла, давая Тай возможность осознать сказанное. На бедную девушку было жалко смотреть — она совершенно упала духом.
— Но… еще несколько десятков лет назад я отказалась от новых учениц. Во-первых, потому что мне уже есть с кем работать. Число моих воспитанниц давно перешло положенную по закону дюжину… Во-вторых, я никогда не искала бы таланты в конкурсных бегах, где любое совпадение, случайность или же плохое физическое состояние могут сыграть роковую роль… Даже несмотря на то что вы очень хорошая и действительно способная девочка, милая… но все же должны понять мою позицию… Любой забег, любые состязания на право быть лучшим — это всего лишь игра, где многое зависит от удачного расклада судьбы. Вот почему вы должны использовать свой великий шанс, который выпадает один раз и далеко не каждому, с большой осторожностью. Пожелайте то, чего вы действительно хотите. Сегодня решится ваша судьба, юная чара. Вы уж простите мою старую голову за излишний пафос. Прежде чем озвучить ваше желание, еще раз все хорошенько обдумайте.
— Да, мы не торопим, — улыбаясь, подтвердил полудух. — Если надо, можете подумать дня два-три, даже недельку…
— Нет, я хочу сейчас.
Видя, что все взгляды обратились к ней, Тай встала. Ее веснушчатое личико сильно побледнело, а в глазах появился лихорадочный блеск. Девушка решительно сжала кулаки.
— Я родилась… Нет, не так… Я с самого детства мечтала стать чарой, — немного сбивчиво начала она свою речь. — И всегда хотела учиться чародейству у самой великой из всех чар — уважаемой госпожи Чаклы. Это желание, ради которого я прошла через много трудностей, преодолела сложные препятствия, — косой взгляд в сторону полудуха.
Стригой мгновенно ответил ехидной усмешкой, и девушка вновь смутилась.
— Так вот, — растерянно продолжила она, изо всех сил пытаясь как можно точнее оформить свою мысль. — Желание учиться высшему магическому мастерству было моей самой заветной мечтой всю жизнь… Но сейчас я хочу попросить о другом.
Если бы Тай видела, как вытянулось лицо полудуха, несчастная упала бы в обморок от шока. Но она смотрела не на князя, а на ведьму Чаклу. Великая волшебница сохраняла невозмутимость, но и сама поглядывала на рыжую чару с холодным любопытством.
Воцарилось глубокое молчание. Пан Седрик неестественно выпрямился, глядя только на полудуха, будто вздумал в эту минуту заклясть его на веки вечные.
— И что же вы хотите, чара Тай? — ледяным тоном спросил Стригой. — Мне все интереснее, какие же помыслы вы собираетесь вложить в одно-единственное желание.
Последнюю фразу он произнес, старательно подчеркивая каждое слово.
Но Тай действительно приняла решение:
— Я бы хотела попросить вас… Вы только не сердитесь, но… Вы должны помочь Каве разгадать тайну Златограда. Это и есть мое желание.
Девушка глубоко вздохнула, переводя дух. Выглядела она весьма жалко; казалось, еще чуть-чуть — и бесстрашная рыжая чара зальется горькими слезами, как маленькая девчушка.
— Как мило.
Чародольский Князь больше не улыбался.
— Значит, я должен помочь Каве осуществить свою же собственную заветную… хм… мечту, не так ли?
— Да-а, — прошептала в отчаянии Тай.
— Как же это мило с вашей стороны.
Не выдержав его гневного взгляда, она зажмурилась.
— И каким способом? — холодно поинтересовался князь. — Если я как раз не знаю, как это сделать.
Пан Седрик встал:
— Каве сама откроет сундук твоей матери и сделает то, что должна.
— Может, это вы победили в Чаклуне, уважаемый? — огрызнулся князь. — Пусть девушка говорит за себя.
Но Тай, уже справившись с собой, повторила за драконорогом слово в слово.
Чародольский Князь поднялся, обошел стол и приблизился к девушке.
— А как же ваша мечта, дорогая чара? — зло и насмешливо спросил он. — Имеет ли то, за что вы просите, столь дорогую цену? Во имя чего вы действуете?
Лицо Тай болезненно сморщилось, словно она проглотила пачку лимонной кислоты:
— Ради дружбы.
— Вот как? Ради той самой дружбы, которой и месяца нет, не так ли?
Тай глянула на него исподлобья, словно загнанный зверек:
— Время — понятие растяжимое!
— Вот именно, — не сводя с нее взгляда, произнес полудух. — И бросить свою мечту, мечту всей вашей жизни, под ноги… Вас используют и выкинут, дорогая ведьма. Вот такая у вас дружба… Одумайтесь, пока еще не поздно. У вас остался крохотный шанс всё-всё-всё исправить… Вы можете загадать заново…
— Нет! — воскликнула Тай, и ее голос закружился эхом где-то высоко под потолком.
Губы Чаклы тронула мимолетная усмешка. Волшебница с большим интересом прислушивалась к беседе. Впрочем, как и остальные.
— Это не только вопрос дружбы, — быстро-быстро заговорила рыжая чара. — Это и вопрос доверия. Я… я всем сердцем доверяю Каве. Она бы не задумала плохого, в отличие от… — Тай запнулась. Дернув щекой, она смущенно продолжила: — Я верю в ее цель. Она… она гораздо важнее моей… Поэтому моя мечта кажется мне маленькой рядом с тем важным делом, которое Каве взвалила на свои плечи. Я хочу помочь ей справиться… Верю, что важно дать возможность…
— Каве умрет ночью!!!
Голос полудуха громыхнул по залу не хуже настоящей грозы.
— И что вы тогда будете делать, дорогая чара? — прошептал он в абсолютной тишине. — Ваше желание пропадет впустую…
Тай беспомощно оглянулась. Но никто не спешил подсказывать. Это решение должна была принять она сама. Как победительница Чаклуна.
Где-то гулко пробили часы: раз, другой, третий… Невольно Тай подняла голову, отыскивая источник боя, и встретилась взглядом с полудухом.
В его глазах полыхали гнев, ярость, бешенство — и все из-за нее… Она пошла против самого правителя, подставила себя под удар. Второго раза он не простит.
— Я хочу, чтобы Каве разгадала тайну Златограда, — отчеканила девушка, — и вы бы помогли ей в этом, великий князь.
— Это ваше окончательное решение?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
