— Ваши драконы бежали с поля боя, колдуны потерпели поражение, Кринас и почти вся Черная гвардия уничтожены. Людоеды продержатся не более суток. Вы проиграли. Через несколько дней война станет просто воспоминанием.
Глаза Дракоса вспыхнули, и рыцарь понял, что его слова задели ренегата за живое.
Тот заговорил, едва сдерживая раздражение:
— Но вы не учли одного. Да, людоеды отступают, они по самой своей природе — хвастуны и трусы. Они лишь пушечное мясо, и ничего более. Когда станет ясно, что в моем мире они уже ничего не значат, от них не останется и мокрого места.
— В вашем мире?
— Конечно. Мой мир — это мир моей госпожи, Такхизис.
Дракос величаво и изысканно поклонился изумрудному шару.
— Но вы уже остались без армии.
— Армией руководил Кринас. Поля земли были для него только полями сражений. Прибегая к моей помощи, Кринас использовал мое могущество лишь как средство для достижения своих военных целей, вот и все.
Дракос поднялся по ступеням платформы и дотронулся рукой до изумрудного шара; в его зеленоватом свете он стал похож на покойника. Хума невольно содрогнулся.
— Мое могущество держится на магах, служащих мне добровольно или просто послушных мне. Познакомившись со мной, Сагатанус из Черной мантии удивился моей мощи. Но тогда я еще был недостаточно могущественным и мог держать под своим контролем лишь небольшую группу магов. Эти маги были из провинции, к которой я всегда относился с особым чувством, так как там я родился. — Он взглянул на Хуму: Слышали вы когда-нибудь о Колсере? Нет? Ничего удивительного. Это крохотное местечко в Истаре. Представьте себе! Величайший в мире маг родился в безвестной провинции!
— Должно быть, это льстит вашему самолюбию, — заметил Хума.
Лицо Дракоса расплылось в отвратительной улыбке.
— До чего же верно! Никто, кроме вас, не сумел этого понять. Полагаю, что вы меня поняли потому, что сами выросли в такой же дыре.
Оказывается, Дракос многое знает о нем! Хума был ошарашен. «Кто ему мог рассказать обо мне? Ведь сам он не мог узнать всего этого… Магиус? Что еще Дракос узнал от него?»
Что-то почуяв, один из волкодлаков фыркнул и подбежал к Дракосу; тот, глядя в изумрудный шар, тоже заметил нечто необычное. Хуму обдало зловонием, от него рыцаря затошнило.
Послышавшееся хлопанье крыльев заставило Дракоса и волкодлака взглянуть вверх. Циин Кровавый Губитель вернулся без разрешения своего господина!.. Было видно, что молодой дракон очень напуган.
— Господин Галан! Людоеды разбиты! Мои собратья позорно бежали с поля боя! Что делать?
Дракос возликовал:
— Пришло мое время! Наступает время хаоса, которого история не знала с века Мечтаний.
А перепуганному дракону крикнул с гневом:
— Вон отсюда! Как вы только посмели без разрешения явиться сюда, зловонное создание?!
Циин улетел, не дожидаясь второго окрика. Дракос подозвал к себе дрожащих от страха волкодлаков. Хума с отвращением и удивлением увидел, что похожие на вурдалаков чудовища сейчас просто помертвели от ужаса. Они даже не пытались сопротивляться воле своего господина. Галан Дракос поднял обе руки. От двух волкодлаков осталась лишь кучка пепла…
— Страх — это хаос. Война — хаос. Хаос дает неограниченное могущество, с которым даже боги должны считаться. Вы согласны со мной?
Хума зажмурился. Он старался не слушать Дракоса.
— Что вы намерены делать?
— Это… — маг погладил рукой шар, …это ключ к созданию тоннеля из нашего мира в адскую бездну. Это ворота для ухода из земных владении Такхизис. Поймите простую истину: когда боги приходят в наш мир — приходят в буквальном смысле, — они оказываются тенями самих себя. Не могу сказать, что они становятся совсем слабыми, но это только их бледные копии, лишенные всемогущества, свойственного богам.
Рыцаря словно бы осенило:
— Поэтому Такхизис и старается быть как можно ближе к воротам, которые она создала на земле. Она боится, что Паладайн может в том мире застигнуть ее врасплох. Однако теперь вы сделали так, чтобы она, даже находясь в нашем мире, могла действовать в полную силу.
Казалось, вся цитадель покачнулась, но Дракос не обратил на это никакого внимания. Он прищурился:
— Вы более проницательны, чем я думал. Однако скоро вы будете уже бессильны что-либо сделать.
Какой-то неясный образ, то появляясь, то исчезая, мелькал в сознании Хумы.
— Гордитесь! Сейчас вы станете свидетелем события, которое потрясет весь Кринн!
После этих слов изумрудный шар засветился еще более ярко. Галан Дракос снова надвинул на голову капюшон и взял появившийся в воздухе похожий на кость посох. Хума не отрываясь смотрел на посох ренегата.
В голове рыцаря мелькнуло: «Магиус, когда его схватили черные гвардейцы, не выронил свой посох, нет… Скорее всего он сознательно оставил его. Он ведь, как и Дракос, в любой момент мог вызвать его к себе. Что же задумал тогда Магиус? Где теперь его посох?»
Дракос высоко поднял свой посох, и пламя светильников, наклоняясь в сторону посоха, заколыхалось. В зале потемнело.
— Такхизис, великая Владычица Тьмы, пришло время открыть портал! Пришло время пропустить через него из адской бездны весь поток вашей мощи!
Хума уже не думал о посохе Магиуса. С ужасом он увидел, что стена за шаром словно в каком-то кошмарном сне стала изгибаться. Затем часть здания рухнула, и за бывшей стеной возникла огромная темная дыра. Было темно, как беззвездной ночью. Вот наконец из тьмы проступили леса, но деревья в них были мертвы. Вслед за этим возникла пустыня, усеянная костями мертвецов. Насколько хватало глаз — одни кости.
— Что это? — спросил Хума.
Рыцарю подумалось, он сам знает, что это такое. Но он надеялся, что Дракос скажет что-либо иное.
Галан Дракос повернулся к Хуме и, прищурившись, посмотрел на него:
— Это владение моей госпожи — адская бездна. — Ренегат улыбнулся.
— Она изменчива.
— Все это происходит в вашем воображении. Адская бездна воспринимается каждым такой, какой он ее себе представляет. Сейчас вы воспринимаете ее такой — такой ее и видите. Я научился воздействовать на подсознание.
Дракос вплотную подошел к Хуме. Рыцарь безуспешно пытался поднять руку. Цитадель снова затрясло, но Дракос опять словно ничего не замечал. Он поднес свои когтистые пальцы ко лбу Хумы.
— Не бойтесь, — повелительно сказал ренегат. — Я не буду тратить на вас ни свое время, ни свои силы. Я просто повлияю на ваше подсознание. Сейчас возникнет что-то вроде стены.
Хума почувствовал — в голову словно гвоздь вбили. На мгновение рыцарь потерял сознание.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
