то увидела на обувнице в коридоре мешочек. От него так сильно тянуло Мертвомиром, что старый зонтик в подставке трепыхался и бился, словно пойманная в силки птица. Ржавчина оставил мне немыслимое богатство. Целый мешочек, полный мертвых артефактов.
Глава 31. Время начинать новое
Иви-Ардена Левингстон сидела в полутемной таверне маленького городка на краю моря. Да что там городка. Это было жуткое поселение в два десятка домов, убогое и грязное. Да еще и промозглое, к тому же. Ардена поправила капюшон плаща, отворачиваясь от завсегдатаев этого отвратительного заведения.
Увы, у нее закончились деньги, а отец не желал ничего знать о блудной дочери. И помогать тоже не желал. Его последнее письмо было столь резким, что Ардена до сих пор не могла в него поверить. Они все от нее отвернулись. Все!
И зачем только она связалась с ренегатами? Зачем поверила Приору? Он обещал ей освобождение от ненавистного брата и глупого отца, обещал богатство и все титулы Левингстонов. Она должна стать единственной наследницей!
Ардена сделал глоток чая и скривилась. Чай горчил.
Проклятый Приор исчез. Орден Истинной Крови, который столько лет помогал Ардене, растворился, словно его и не было. И что теперь делать ей? Что делать, спрашивается?
Ардена зябко повела плечами и снова глянула в сторону торговцев, ужинающих за соседним столом. И почему ей все время так неуютно… Все время кажется, что кто-то смотрит в спину. Это чувство появилось, когда она улепетывала из Двериндариума. В отличие от других, Ардена была умна, и когда на собрание ренегатов явился ее проклятый брат-февр, моментально сообразила, что лучше сбежать. Она скрыла лицо под капюшоном и юркнула в открытую дверь раньше, чем та захлопнулась. Раньше, чем хоть кто-то успел понять, что происходит.
Убежала из Вестхольда и спряталась в одном из домов, недалеко от конюшен. За лошадьми присматривал конюх Грув и его болезненный, трясущийся и заикающийся племянник Довен. Ардена решила назваться именем Вивьен и радовалась, что поступила столь предусмотрительно. Скрыла настоящую личность, а заодно получила двух прислужников. Правда, оба они раздражали Ардену до зубовного скрежета, но она позволяла им приносить в свой дом еду и разжигать огонь в камине. Жаль, что ни один из них не годился ни на что другое. Первый был старым, а второй помешанным. Каждый раз, когда он видел Ардену, начинал трястись и бормотать что-то нелепое и несуразное, вроде: я врачеватель, я спасаю жизни, я не могу, не могу, не могу… и добавлял что-то про ее волосы, которые раньше были иными.
Ардена не слушала этого дурачка и лишь отмахивалась.
A потом пала воздушная защита острова и в Двериндариум вернулись февры. Ардене все-таки удалось сбежать, никто не заподозрил в красивой аристократке пособницу ренегатов. Ее отвезли на большую землю, но… с тех пор девушке все время чудился взгляд в спину.
И он пугал ее настолько, что она неслась через всю Империю, пока не оказалась в этой забытой всеми святыми таверне.
Скривившись, Ардена сделала еще один глоток чая. И почему это пойло такое гадкое? Неужели в этой дыре не могли найти хоть что-то, подобающее…
В горле девушки запершило, Ардена начала кашлять. Поднесла руку к горлу. И отдернула с ужасом, увидев кровь на пальцах. Кружка упала, и отравленный чай выплеснулся на пол. Яд! Кто-то подсыпал ей яд! Но как… за что? Нет, этого не может быть!
Она Иви-Ардена Левингстон! Она не может умереть вот так — в грязной занюханной таверне! Не может!
Последнее, что увидела аристократка — это горестный взгляд сумасшедшего Довена. Его губы шептали: «Простите… я должен… должен!» А потом он ушел.
И для Ардены все закончилось.
* * *
Огромное оранжевое солнце медленно таяло над шпилями Эфистоля. Ржавчина опустился на каменную площадку над городом, встряхнулся, убирая когти. На камнях вытянулась его тень — человеческое тело в юбке, крылья за спиной и витые рога, украшающие голову.
Ржавчина выпрямился, наблюдая закат. С этого места он был особенно красив.
Перевел взгляд на дома, где сейчас обитали люди. Большинство измененных уже вернули свой человеческий вид, пройдя сквозь Истинную ДвероАрку. Но не все. Кто-то не захотел. Кто-то уже не смог.
И почти все решили остаться в Нев-Арде. Им было некуда возвращаться.
С другой стороны Эфистоля жили ренегаты. Все те, кто предпочел темнице другой мир.
Их всех пропустил новый Верховный Двериндариума. Если живую Тьму можно назвать Верховным. Но вот об этом Ржавчина думать совершенно не желал.
Сам Ржавчина лишь раз задумался о разделении. Он мог бы снова стать обычным человеком… Потом дернул крылом, фыркнул и отбросил эту мысль. Может, когда-нибудь потом. Через много лет!
Он потер лицо, размышляя, как наладить жизнь в этом месте. Хорошую жизнь для всех, кто ему доверился. Надо обновить крыши в домах. Отчистить колодцы и трубы, по которым течет вода. Восстановить стену вокруг города — в лесах полно зверья. Список дел увеличивался с каждым днем, с каждой минутой. А ещё надо подумать о том, что Мор и Китти снова видели в горах следы ног. И много. Неужели его друг прав, и в Нев-Арде до сих пор живут люди? Потомки уцелевших жителей? Надо найти тех, кто прячется в лесах и пещерах. Надо разобраться и начать все сначала…
ДвероАрка сияла в зеленом лабиринте мягким золотым ореолом.
За спиной Ржавчины почти бесшумно опустился крылатый силуэт.
Парень резко обернулся, выпуская когти. И на миг обомлел. Взгляд метался по распущенным белым волосам и насмешливым алым глазам, по тонкому телу, одетому в светлые куски ткани. И по птичьим крыльям, сложенным за спиной девушки. Широким и сильным, как у альбатросов.
— Рейна? — он шагнул ближе. Невыносимо захотелось потрогать ее крылья, убедиться, что они настоящие. — Кажется, мне пора ставить возле ДвероАрки охрану. Не могу поверить, что ты это сделала!
— Или что ты теперь не единственный Двуединый? — насмешливо улыбнулась бесцветная.
Интересно, ее крылья такие же чувствительные, как у него? И так же реагируют на…прикосновение?
Ρжавчина потряс рогатой головой.
