— Мы выясним завтра, — зашагал спиной охотник за мистикой. Он медленно вышел из ванной, освободил проход для Сэмюэля и забрел в гостиную. Герман не отрывал взгляда от парня. — А пока переночуете у нас.
— Меня уволят! — не унимался он. Сэмюэль случайно убил Андреа и призвал фею. Все ради работы. Парень не видел своей жизни без завода. Откуда возьмутся деньги на квартиру и продукты? Одежда сама не прилетит. А лекарства? Что если Сэмюэль заболеет?
Он услышал треск. Отдаленный и глухой.
Работа яичной скорлупой защищала рассудок, дарила уверенность и оберегала разум. После укуса защита пошатнулась. Увольнение зажало скорлупу в тиски, но убийство Андреа ослабило их. Призыв Амелии не сыграл роли. Сладкие речи обнадежили и не оправдались. Сэмюэль вышел в ноль.
Подозрение в убийстве ударило тяжелым молотом. Полностью раздробило защиту, и содержимое — хрупкий рассудок — расплескалось вокруг.
Парень сжал челюсти. Зубы болезненно заскрипели.
— Без глупостей, — предупредил Герман. — Обещаю, когда подозрения снимут, вы вернетесь на работу.
— Чушь! — выкрикнул Сэмюэль. — Это клеймо! Со мной никто не захочет иметь дело!
— Все зависит от вас, — помотал головой офицер. — Гнев не ваш друг, мистер Берислави. Сейчас у вас все равно нет выбора.
Нет выбора. Слова эхом разнеслись в мыслях. Нет выбора. Выбор. Сэмюэль потерял его давным-давно. После призыва Амелии? Нет. Тогда он искал исцеление. После убийства Андреа? Мимо. Парень только защищался. Нет. Выбор Сэмюэль потерял после укуса Немо. Даже раньше. После дневника. Проклятая книга определила весь путь.
«Ненавижу, — отозвалось в мыслях. — Ненавижу».
Он бросил взгляд на офицера. Герман выглядывал из прохода в гостиную, светил парню под ноги. В правой руке блестел пистолет.
«Нападать глупо, — решил. — Что делать?»
— Вы идете? — поторопил охотник за мистикой.
— Да, — бросил Сэмюэль и захромал вперед.
«Не сбежать из-за хромоты. Не отбиться из-за слабости. У меня действительно нет выхода», — мысленно усмехнулся он.
Замер и обернулся. Тьма уже поглотила ванную — Герман двигал круг света за парнем. Мрак укрыл кровавое месиво внутри, но оно отпечаталось в памяти.
«Мистер Нейви был здесь. Расчленил тело и убрал куда-то, — понял Сэмюэль. — А книги?»
Герман ничего не сказал про книги. Значит, Дерек забрал их. Унес вместе с останками.
Парень прикусил губу. Он разочаровался в себе. Не столько само убийство, сколько отношение родного человека волновало Сэмюэля. Только сейчас пришло осознание: он боялся потерять Дерека. Единственного человека, на которого полагался.
Взгляд устремился вперед, вдоль коридора.
«Подождите еще чуть-чуть, мистер Нейви, — подумал он. — Нас ждет долгий разговор. Я выберусь. Вы только дождитесь».
И Сэмюэль зашагал вперед.
— Что будет дальше? — спросил парень, когда они вышли из квартиры.
— Утром мы обыщем это место. Снимем отпечатки, — холодно объяснил Герман, словно зачитывал новичку инструкцию. Охотник шагнул к лестнице. — Если ничего не найдем, вас отпустят. И вы пойдете на работу.
— Ясно.
— Вы несли сюда тело рогокошки, — вспомнил офицер. — Стойте на месте. Сейчас подниму портфель.
Сэмюэль замер. А Герман спустился на первый этаж. Охотник за мистикой ни разу не обернулся на парня. Настолько он верил, что тот не сбежит. Напрасно.
Когда голова офицера нырнула во тьму, Сэмюэль окинул взглядом лестничную клетку. Темнота плотной шторой укрывала все. Парень видел бьющие из дыр в полу лучи света. Посмотрел на стены. В черных полотнах зияли темно-желтые кляксы. Он с трудом заметил их.
«Глупо, — подумал Сэмюэль. — Разобьюсь или чего похуже».
Через минуту Герман поднялся на второй этаж. В правой руке вместо пистолета он держал портфель.
— Держите, — протянул охотник за мистикой.
Парень принял портфель, поставил на пол и вытащил за хвост тело Амелии. Запаха не было, как и сказал офицер. Лапы маятником болтались из стороны в сторону, голова подрагивала. Тело больше походило на чучело, нежели на труп.
— Посветите в тот угол, — ткнул пальцем Сэмюэль. И Герман направил луч на дальний угол. Тьма расступилась, являя двух мертвых рогокошек.
— Кладбище? — спросил охотник за мистикой. В голосе не проскочило удивления. Только легкая усталость.
— Да, — ответил парень. — Животные умнее, чем кажутся.
Он осторожно положил Амелию рядом с остальными.
«Вернусь позже», — подумал Сэмюэль и захромал к офицеру.
Где-то в темноте, на полу, лежала Дими. Но парню не хватило сил перенести ее. Вина перед Дереком крепко связала руку. Поэтому оставил как есть.
Они спустились на первый этаж и побрели по улице Никелова прочь от Свалки неудач. Герман подстраивался под медленную скорость Сэмюэля, а парень энергично хромал вперед. Он торопился до полуночи. Чем быстрее они придут в участок, тем больше времени у него останется на задуманное.
Вскоре из мрака показался перекресток, и офицер обыденно свернул на улицу Гнисенова.
Если завод считался сердцем Пейлтауна, то Гнисенова по праву называли мозгом.
Первой встретила посетителей графская поликлиника. Полные трещин белые стены, моргающие в безумном ритме лампочки на углах, скрипящие от гуляющего ветра двери. В
