создадим нервозности, — ответил командир фрегата Скрыплев.
— Степан Ильич, что будем делать если англичане проявят агрессивность? — спросил Оленин, не отрывая глаз от бинокля.
— Дадим возможность стрелять по нашему кораблю, тогда у нас будет причина защищаться. Не переживайте Степан Артемьевич, всё будет хорошо, — улыбнулся капитан 3-го ранга.
Скрыплев действительно не чувствовал беспокойства, наоборот его переполняла спокойная решимость. Кроме экипажей на русских фрегатах находились по два взвода морских пехотинцев, у которых в служебные обязанности по боевому уставу входят штурмовые действия и охрана корабля в случае нападения. Скрыплев повернулся к вахтенному матросу и отдал приказ.
— Голубчик, пригласи на капитанский мостик артиллерийского офицера и командира штурмовой команды.
Матрос бегом спустился по трапу[124], а через пять минут на квартердек[125] поднялись офицеры, командир морпехов старший лейтенант Фёдор Михайлович Мясной и артиллеристский офицер лейтенант Пётр Яковлевич Мяхков. Младшие офицеры приветствовали капитана корабля в соответствии с уставом. Скрыплев посмотрел на молодых офицеров. Морской пехотинец в сером мундире, на голове чёрный берет. «Необычная идея государя с этими мундирами и беретами» подумал капитан 3-го ранга.
— Пётр Яковлевич, приведите орудия в боевую готовность, расчётам ожидать дальнейших указаний. А вы, Фёдор Михайлович, получайте в арсенале оружие для своих бойцов и тоже держитесь в готовности, — спокойным тоном распорядился Скрыплев.
Отдав распоряжения, капитан корабля вновь стал осматривать английские корабли. На якорь фрегат не ставили, потому его постепенно сносило волной на северо-восток. Капитан 3-го ранга Скрыплев прекрасно понимал, что его может ожидать. Англия и Франция в состоянии войны. Британцы не просто так вторгаются в Капскую колонию, а по соглашению с королём Голландии. Они вполне могли объявить эту зону театром военных действий, но такие заявления делаются официально. Насколько знал Степан Ильич, Россия такого заявления не получала, хотя может и получила, но сообщение для русской экспедиции запаздывает. Между Россией и Англией войны нет, а значит нападение на прииски русских можно вполне обозвать бандитским налётом. Понятно, что англичан такое определение совсем не волнует, они уже привыкли к тому, что творят во всём мире всё, что им вздумается. Сложив всё «за» и «против» Степан Ильич ждал реакции британцев на свои действия. Прошёл час и Скрыплев распорядился поднять часть парусов и начать маневрировать, чтобы вернуть фрегат на первоначальное место. Англичане достаточно долго наблюдали за русским кораблём, но, когда тот начал маневрировать к фрегату «Штандарт» направился английский барк. Как только англичане приблизились на шесть-семь кабельтовых, Скрыплев смог прочитать название барка «Гектор». Пока барк приближался английский сигнальщик просигналил русскому кораблю требование застопорить ход для досмотра корабля. В другой ситуации Скрыплев послал бы куда подальше англичан, но сейчас он провоцировал потенциальных противников. «Штандарт» спустил все паруса и стал ожидать подхода «Гектора». Барк остановился в одном кабельтове, англичане спустили шлюпку на воду, и к русскому кораблю отправилась досмотровая команда, а капитан русского фрегата улыбался в усы.
Английская шлюпка приблизилась к фрегату, и Скрыплев смог рассмотреть офицера британского флота невооружённым взглядом. Возглавлял досмотровую команду англичан лейтенант. Капитан 3-го ранга распорядился чтобы на борт приняли только офицера, Степану Ильичу совсем не улыбалось надрывать голос с борта корабля, он продолжал стоять на капитанском мостике, ожидая англичанина. Английским морякам совсем не понравилось, что на борт пропускают только лейтенанта, но контраргументов у них не было, кроме бурного возмущения, что, по-видимому, совсем не волновало русских моряков. Русские очень охотно посмеивались над английскими моряками, отпуская матерные шутки, не заботясь о том, понимают их англичане или нет. В матерных тирадах русских звучали слова характеризующие британцев, как распутных девок, попутно обвиняли англичан в мужеложстве, при этом морячки фрегата «Штандарт» веселились, как малые дети. Английского лейтенанта конвоировали двое морпехов, подвели к своему капитану.
— Я, лейтенант британского королевского флота Бенджамин Бербоун. Получил приказ от своего капитана досмотреть ваш корабль, а вы нагло препятствуете мне в этом, — англичанин говорил, высоко задрав голову, всем видом показывая пренебрежение.
Скрыплев усмехнулся, его не раздражала спесивость лейтенанта, скорее смешила.
— Лейтенант Бербоун, вы находитесь на борту военного корабля, командиром которого я имею честь быть. Не советую вести разговоры в оскорбительном тоне, иначе я прикажу вас выбросить за борт, как шелудивую собачонку. По поводу досмотра моего корабля. Надеюсь, вы обратили внимание, что на корме поднят «Андреевский стяг», если конечно вы не ослепли? Россия и Англия не находятся в состоянии войны. В таком случае поясните на каких основаниях вы собрались досматривать военный корабль? Что вы планируете здесь найти? Оружие? А может капитан барка «Гектор» идиот, раз даёт такие приказы? — не повышая голоса, с улыбкой на лице задал вопросы Скрыплев, стоящие рядом с ним офицеры засмеялись.
— Да как вы смете, капитан? При отказе досмотра ваш корабль будет арестован, — повысил голос Бербоун, в конце фразы сорвавшись на визг, что вызвало новый взрыв хохота русских.
— Мой корабль арестован? Вы в своём уме, лейтенант? Похоже идиотизм на вашем корабле как заразная болезнь поразил весь экипаж. Как вы, лейтенант, видите арест нашего корабля?
— По нашему сигналу из порта выйдут непобедимые корабли королевского флота и потопят ваше корыто, если вы окажете сопротивление, — раздражённо, но пафосно выкрикнул лейтенант Бербоун.
— Не боитесь, что вашу страну обвинят в пиратстве? Хотя о чём это я? Британцы всегда и во всём правы.
— Вы, капитан нарушаете морские правила, здесь зона боевых действий. Мы имеем полное право арестовать вас, ваш корабль и весь экипаж, — пафосно произнёс лейтенант и принял спесивую позу, выставив ногу вперёд.
— Он мне не интересен, выбросите его за борт, — приказал Скрыплев и отвернулся от Бербоуна.
Морпехи не стали задерживаться с выполнением приказа, подхватили англичанина с шутками и удовольствием, через несколько секунд тушка Бербоуна летела, кувыркаясь в воду. Через пять минут английского офицера вытащили из воды в шлюпку. Шлюпка с английскими матросами только начала отгребать от русского фрегата, а Скрыплев уже начал раздавать команды.
— Артиллерийский офицер, взять в прицел барк, но без команды не стрелять. Первый помощник, поднять стаксели[126], приготовиться к маневрированию. Экипажу и штурмовой команде боевая тревога.
Оба офицера тут же продублировали команды своим подчинённым, матросы забегали по палубам фрегата без суеты, но достаточно бодро, а капитан «Штандарта» вновь прильнул глазами к биноклю. Развернувшись назад, он посмотрел на манёвры фрегатов отряда, остался доволен и продолжил рассматривать барк «Георг». Наконец шлюпка англичан подошла к своему судну, и матросы поднялись на борт, некоторое время там ничего не происходило. Но вот поднялась суета на английском барке, а через пару
