Допустим, у тебя получилось, ты грохнул «предателя». Что дальше, как объяснишь гибель своего политического противника Совету? Ты же понимаешь, что они не примут никакие твои объяснения. Просто потому что ты — Великий и Ужасный льер Бримс, мастер обмана, коллекционер чужих секретов и заказчик бесчисленных убийств…
Архимаг продолжил смеяться.
— Тебя убьёт К’ирсан Кайфат, — ледяным тоном сообщил льер Бримс. — Следователи найдут доказательства того, что он получил от предателей в наших рядах сведения о взятых тобой в секретном архиве документах. Очень нужных для Императора Сардуора документах! Настолько нужных, что Кайфат решится придти за ними лично. — На этих словах Магистр развёл руками. — И схлестнётся с тобой… следы Запретной волшбы, сам понимаешь, найдут все желающие.
— Мудрёно, но могло и сработать, — оценил Архимаг.
Он ещё продолжал говорить, как льер Бримс, не меняясь в лице и сохраняя полнейшую неподвижность, принялся молниеносно укутываться во всевозможные Щиты. Великий маг, используя одну лишь ауру и силу своего разума, попеременно активировал оборонительные амулеты и накладывал чары, причём проделывал всё настолько ловко, что вся эта череда колдовских действий казалось одним единым заклинанием.
Виттор со своей атакой явно запоздал. С потолка, с пола, со стен на его бывшего друга обрушились дуги энергетических разрядов, по которым, точно по дорожкам, потекли рекой сжатые в плотные структуры иных заклинаний. Льер Бримс, а вместе с ним и вся его часть комнаты оказалась погребена под облаком стихиальной волшбы. Мебель, стеновые и потолочные панели, напольное покрытие — всё исчезло, растворилось в хаосе разбушевавшейся магии. На первый взгляд даже казалось, что материя попросту распадается на элементы, исчезает из бытия!
Но был в этой буре бушующей энергии один островок стабильности, и ничто не могло нарушить его покой. Льер Бримс управлялся со своей защитой со сверхъестественным мастерством, словно был он не Великим магом — их в одном только Нолде несколько сотен — а каким-нибудь неизвестным полубогом чародейства. Мало того, он успевал не только отбиваться от убийственного вала атак, но и выстреливать во все стороны исследовательскими заклинаниями, явно подготавливая смертельно точный ответ.
И лишь одно направление его не интересовало — во всё так же сидящего в кресле льера Виттора не прилетело ни одно плетение Магистра.
— Старина, а ты действительно могуч. Никогда не видел тебя таким, выкладывающимся на полную! Даже страшно как-то становится… — сообщил Архимаг издевательским тоном. Он очевидно не сомневался в том, что будет услышан. — Кстати, пока ты здесь мастерство демонстрируешь, уже начались аресты среди твоих сторонников. Наказующие, Охранители… Кстати, среди последних удивительно много не только твоих единомышленников, но и яростных врагов. Старая гвардия до сих пор не простила Магистру Наказующих смерть их прежнего Магистра!
Архимаг замолчал, ожидая реакции. Но её не последовало. И в его сторону всё так же не было брошено ни одного заклятия.
— Бримс, я тебя не узнаю. Ты так и будешь в обороне отсиживаться? Надеешься победить не атакуя? — с ощутимым раздражением вдруг спросил льер Виттор.
И лишь тогда магия принесла ответ Магистра.
— Кого атаковать? Кровного Двойника? — прозвучало насмешливое. — Или ты думал я не распознаю подмену? Трус вроде тебя ни за что не рискнул бы встать против меня лицом к лицу!
Услышанное заставило Архимага вздрогнуть и резко помрачнеть. Он даже как-то неверяще посмотрел на Бримса, а затем беззвучно выругался.
— Тогда какого ты… — с досадой произнёс он или, скорее, его чародейский двойник, не обратив внимания на обвинение в трусости. Затем догадливо кивнул: — Портал. Тебе нужен мой портал… Понял, где я сейчас обретаюсь, и решил не ломать барьер, а войти через парадный ход… Смело, но глупо! — Клон зло рассмеялся. — Мои Светлые союзники сильно помогли с подготовкой этой ловушки. Она рассчитана именно на тебя, на твои способности и возможности. Великому Бримсу отсюда не вырваться. И уж точно не добраться до меня!
Льер Виттор ещё продолжал говорить устами Кровного Двойника, когда силовой кокон вокруг льера Бримса замерцал и принялся расширяться, странным образом успокаивая буйство враждебной магии. Какие-то чары рассыпались ворохом безобидных искр, какие-то вырождались в бессмысленные неопасные плетения, какие-то и вовсе поглощались волшбой Магистра.
— Откуда такая уверенность, Виттор? Не спорю, ты хорошо поработал. Я рассчитывал, что разговор с тобой окажется несколько… проще, но ты сумел удивить, — раздался изменённый магией голос Бримса. — Недооценил я тебя, недооценил! — С поверхности кокона сорвались несколько протуберанцев энергии, вонзившись в потолок и стену. Без видимых, впрочем, последствий. Однако то была не заслуга строителей убежища, а результат стараний Архимага. Причём сосредоточившись на управлении магической начинкой ловушки, он едва не потерял контроль над клоном: тот на какой-то миг словно бы окаменел, став похожим на куклу… Что не укрылось от взгляда Магистра Наказующих. — Понятно, что быстро я точно не освобожусь, но и бункер станет ловушкой не только для меня. Чудовище сидит на цепи лишь до той поры, пока за ним присматривает охотник… Ты всё ещё считаешь, что поймал меня, старый друг?
В ответ раздался искусственный каркающий смех льера Виттора. Он явно пытался показать, что именно он является хозяином положения, но получалось плохо. Чувствовалось, что не только Бримс недооценил противника.
— Хочешь сказать, что пока держу тебя здесь, я уязвим для атаки? Намекаешь, что тебя страхует кто-то снаружи? Как-то не верится. Ты слишком умён и осторожен, чтобы идти убивать Архимага при свидетелях. Мало ли, вдруг кто проговорится, и слух дойдёт до Совета. И тогда Скипетра тебе не видать как своих ушей! — Лицо двойника Виттора исказилось, и он зло произнёс: — Нет, дружище, ты один, всегда один!.. Однако кое с чем соглашусь: затягивать наше маленькое противостояние, верно, не стоит.
Время разговоров закончилось. Архимаг больше не собирался изображать сибарита, лениво наблюдающего за идущей под самым его носом борьбой, а решил целиком сосредоточиться на сражении. И первым признаком изменений в стратегии Виттора стал клон, взорвавшийся облаком кровавых брызг. Тратить Силу на поддержание существования ставшей бесполезной куклы, когда та может пригодиться в бою, было откровенно глупо. А Архимаг дураком точно не был. Его можно считать трусом, предателем или слабаком, но точно не дураком.
Следующим шагом после отказа от Кровного Двойника стало прекращение поддержки действий заклинаний первого удара. Ну или скорее тех плетений, что ещё не были разрушены льером Бримсом, но продолжали тянуть магию из своего создателя. Ответная реакция опального Магистра последовала незамедлительно.
