пришлось ускорить шаг. И на этот раз дался мне подобный маневр с куда меньшими усилиями, чем прежде.
Очередные дары смерти сделали свое дело. Из моей головы окончательно исчез противный путающий мысли туман, а к ногам и рукам вернулась былая твердость. Похоже, полное восстановление уже не за горами.
Одновременно с этой радостной мыслью до ушей донесся весьма узнаваемый шум, вобравший в себя непрерывный гул и глубокий рокот бурлящего потока.
Вода! — тут же подсказал мне позаимствованный некогда опыт. Судя по плеску и шипению пены, где-то совсем рядом находился бурный ручей или небольшая река.
Вскоре нагнав Джейн, я, как и предполагал, оказался на берегу небольшой речушки.
При этом сама девушка, не став меня ждать, уже стянула со своих плеч измазанный в крови пиджак, наклонилась и окунула покрытые подсохшей бурой коростой руки в проточную воду.
— Мерзость, мерзость, мерзость, — безостановочно слетали с ее губ слова презрения, пока ладони с силой терлись друг об друга, в надежде обрести былую чистоту.
Девушка настолько увлеклась этим занятием, что, казалось, не замечала ничего вокруг. В том числе темную, длинную, вытянутую тень, подбирающуюся к ней по мелководью.
А вот я, как сторонний наблюдатель, наоборот, все подмечал. Поэтому наш с тенью рывок произошел почти одновременно. В тот момент, когда водная гладь взорвалась брызгами, из-под моих ног вылетела первая галька.
Однако, даже несмотря на столь удачный старт, мне все же не удалось в полной мере поспеть за тварью Иггдрасиля. А в том, что это именно она, у моего взбудораженного предстоящей схваткой разума не оставалось никаких сомнений. Ну не бывает у обычных земных змей такой вывернутой наизнанку зубастой пасти.
В этот момент Джейн наконец ее заметила. Но, опять же, слишком поздно. Воспользовавшись своей проворностью и невнимательностью последовательницы Бригиты, тварь проскользнула в приоткрытый в очередном ругательстве рот.
К чести Голдсмит она довольно быстро среагировала на угрозу. Руки девушки сноровисто обхватили продолговатое тело и силой дернули его от себя. Жаль только безуспешно. Влажные ладони попросту соскользнули с гладкой поблескивающей шкуры и сжали пустоту.
А юркая тварь тем временем сделала очередной рывок и еще глубже ввинтилась ей в глотку.
Прямо на моих глазах лицо девушки стало заливаться нездоровым багрянцем. Готов поспорить, еще немного и она начнет задыхаться.
Как же ей, черт возьми, повезло, что я уже рядом.
Моя катана с шелестом вылетела из ножен, и лишенное головы извивающееся змеиное тело с плеском погрузилось обратно в воду…
— Кха-кха, — судорожно ухватила себя за горло Джейн. Правда, сделал она это отнюдь не с облегчением. Ведь голова твари все еще перекрывала ее дыхательные пути.
Но что еще хуже — достать ее самостоятельно у Джейн никак не выходило.
Похоже, снова придется прийти ей на помощь.
Как следует размахнувшись, я изо всех сил впечатал раскрытую ладонь в основание девичьей шеи.
Не ожидавшая такой подлянки, Джейн тут же клюнула всем телом вперед, оступилась и кувырком полетела в холодную воду…
— Тебе что, жить надоело?! — раздался спустя пару мгновений гневный рык.
Горная речушка разлетается мириадами брызг и передо мной во всей красе предстает дочь семьи Голдсмит. Гордая, несломленная и главное, мокрая с головы до ног, в одежде, облепившей все ее стройное тело.
— Не благодари, — произнес я в ответ, старательно отводя взгляд.
Только в этот момент Джейн наконец заметила, что ее свободному дыханию больше ничего не препятствует и принялась заново ощупывать собственное горло.
— Я это запомню, — процедила она сквозь зубы, как только окончательно убедилась в сохранности своего горла.
— Не стоит, Бригантия — добродетельная богиня войны велит нам защищать слабых, — с невинной улыбкой вернул я ей ее же слова.
В этот момент Джейн наконец заметила мой блуждающий взгляд, то и дело стремящийся к одной-единственной точке. Проследив за его направлением, она опустила голову.
Ой, что сейчас будет…
Уже предчувствуя неладное, я сделал шаг назад и покрепче стиснул рукоять меча.
Однако прошла секунда, за ней вторая, но вопреки моим ожиданиям ничего ужасного не произошло. Вместо этого я стал свидетелем чего-то воистину странного. Джейн, словно меня и нет рядом, без всякого стеснения принялась отжимать прилипшую к телу блузку.
Поняв, что буря миновала, я медленно выдохнул и с облегчением расцепил сжатые на рукояти пальцы…
И тут мне в уши снова вонзился тот самый вибрирующий звук. Бз-бз-бз! Бз-бз-бз! Бз-бз-бз! И одновременно с этим с Джейн начало происходить нечто странное…
Глава 31
— Ты не можешь сейчас выйти! — непонятно к кому обратилась последовательница Бригитты.
Почему непонятно? Да хотя бы потому, что в обозримом пространстве, кроме нас двоих, никого нет. И если так подумать, обращалась Джейн к кому угодно, но точно не ко мне. Да она даже не смотрела в мою сторону! Ее взгляд, как завороженный, все это время не отрывался от циферблатов часов.
— Да, я прекрасно помню наш уговор… — снова заговорила неизвестно с кем Джйен. — И про расписание тоже. Но сейчас не время. К тому же здесь свидетель, — уже тише в самом конце добавила она.
А вот насчет свидетеля здесь иных толкований быть не могло. Это она точно обо мне. Но все еще оставался главный вопрос: с кем она, черт возьми, разговаривает?
Однако вместо ответа на этот далеко не праздный вопрос мне досталась очередная порция удивления. И всему виной странные действия последовательницы добродетельной богини Войны. Правая рука Джейн внезапно взлетела к ее собственному лицу и отвесила девушке звонкую оплеуху… Шлёп!
В этот момент последние сомнения наконец развеялись. Пришло понимание: с Джейн Голдсмит что-то явно не так. Похоже, Белый змей Кирино Тошиаки нисколько не преувеличивал, когда называл нас дефективными. А я еще думал, как последовательницу сразу двух богов занесло в нашу компашку неудачников. А ларчик, оказывается, просто открывался. Девка-то чокнутая.
Словно в подтверждение этих домыслов, та же рука, что еще недавно отвесила Джейн звонкую пощечину, вцепилась ей же в шею…
— Хорошо…я…все…поняла, — прохрипела перехваченным горлом последовательница Бригитты, а затем вдруг… обмякла?
Голова девушки безвольно упала на грудь. Ее плечи опустились. А руки скользнули по швам. Она словно бы впала в спячку, или в некую разновидность анабиоза.
Правда, оставалась она в таком положении совсем недолго. Не успел я сосчитать до десяти, как Джейн столь же стремительно, как заснула, пришла в себя.
— Не мешай мне, дрянь. Это мое время, так что забейся где-нибудь в своей половине мозга и не отсвечивай. Еще раз вздумаешь меня кинуть, и клянусь, пока ты будешь спать я
