Но мир все же существовал где-то – голоса раздались в отдалении и Демид поспешил к ним, как к невидимому маяку. Мрак рассеивался, сквозь коричневую мглу проступали очертания знакомой комнаты: компьютер на столе, сейфы с непонятными знаками, путаница проводов. Лаборатория Алексея – несомненно, это была она.
Демид неожиданно увидел самого себя, сидящего в кресле со шлемом на голове. Тело его было неподвижно, бледные пальцы вцепились в подлокотники. Демид наблюдал за самим собой со стороны.
Он перенесся в потоке времени в тот момент, когда только что стал хозяином компьютера, победив Муркулюка. Когда Мудрец почувствовал появление в комнате чуждых существ.
Теперь Демид и сам ощутил чье-то враждебное присутствие. Кроме него, в комнате находились еще двое. Он не мог увидеть их, и это беспокоило его. Он попытался изменить свое зрительное восприятие. Комната озарилась зеленоватым светом, и, словно вернувшись в полуночный кошмар, заставлявший его в детстве с криком вскакивать с постели, он различил две нелепые призрачные фигуры, стоящие справа от кресла.
– … Итак, перед нами новейшее из земных воплощений Духа Мятежного, осквернителя Основ, – голос раздался в самой голове Демида. – Мятежник, как всегда, жив и нашел себе новое неплохое тело.
Маленькая когтистая лапка призрака поднялась и показала кривым пальцем на Демида в кресле. Те существа, что находились в комнате, общались между собой, и он понимал их, хотя они не произносили ни звука.
– Предыдущее тело большую крепость собою являло, почтенный Гоор-Гота, – обратился к первому второй призрак.
Призраки думали-разговаривали на странном языке – Демид никогда не слышал такого, тем не менее понимал его совершенно ясно. Демид осознал вдруг, что знал этот язык всегда – еще до того, как произнес свое первое младенческое слово. Что-то древнее, древнее того мира, который он знал, шевельнулось в глубине его души.
– Физическая масса тела не означает заведомо его превосходства над прочими, почтенный преемник, – ответил тот, кого назвали Гоор-Готой. – Известно мне пристрастие твое к крупным телам людей, но опыт мой возвещает: главное, что определяет успех в земной фазе существования, есть способности, выходящие за рамки человеческие, тела, в которое ты вселяешься. Иначе говоря, чем меньше принимающий тебя будет иметь сути человеческой, тем больше у тебя будет вероятности выжить в борьбе с Мятежником.
Демид неожиданно понял, кого напоминают ему эти две уродливые фигуры. Полупрозрачная чешуя грязно-зеленого цвета, недоразвитая круглая голова, сидящая без шеи на длинном бочкообразном туловище и разрезанная от уха до уха огромной зубастой пастью. В противовес маленьким и слабым верхним конечностям нижние были мощны и упирались в пол гигантскими кривыми когтями. Длинный хвост, покрытый зазубренными шипами, жил собственной жизнью, змеею извиваясь по полу. Если бы существовали ангелы у динозавров, они, наверное, выглядели бы, как эти призрачные ящеры: не хватало только перепончатых крыльев за спиной. Но, главное, существа эти в точности напоминали чешуйчатого монстра, в которого на мгновение превратился, умирая, Гоор-Гот, убитый Демидом.
– Почему же ты, почтенный Гоор-Гота, при знании твоем людского и земного бытия, так недолго в земной фазе пребывал? – В голосе второго «ящера» улавливалась и насмешка, и плохо скрываемая неприязнь.
– История моя – лишь подтверждение общей закономерности, почтенный. Да, я не явился исключением, я был также обнаружен, низвергнут и изгнан из земной юдоли Мятежником, как и тысячи пришедших до меня. Но закономерность существует, и, лишь уловив ее, сможешь ты закрепиться в телесном обличии. Если первые из Духов, пришедшие на землю после Мятежа, существовали в телах физических многие сотни лет, успешно избегая вмешательства Осквернителя, достигая невиданного могущества и привлекая к себе миллионы рабов, то в последние века лишь немногим из Абаси удается продержаться в юдоли земной более столетия. Мятежник изменился – он быстрее приспосабливается, действия его стали непонятными и необъяснимыми для Абаси. Но успех его несомненен. Все быстрее он узнает наши истинные Имена, открывая путь к изгнанию.
– Но как же объяснимо сие? В чем силы его секрет? Ведь Мятежник, в отличие от обыкновенного Абаси, лишен всеобщей памяти. И каждый раз, когда погибает очередное его тело и он переселяется в тело новое, вынужден он начинать путь свой сначала, из небытия восстанавливая знания свои и силу. Неужели в этом, уязвимом состоянии, недоступен он для гнева и возмездия нашего? Может быть, изменил он сущность свою как Дух и вышел на новый, неведомый нам уровень?
– Правота моя доказуема с трудом, но кажется мне, что Мятежник становится все в меньшей степени Духом-Абаси, и все в большей степени человеком… Потому снова и снова взываю к тебе – не возносись в гордыне своей, не увлекайся обожанием смердящей черни. Ибо важнейшая цель твоя – уничтожить Мятежника. Да, ты силен, ты – один из самых способных Абаси в Мире Тьмы. Но помни – один лишь раз дается тебе возможность сыграть в эту игру. Ведь Очередь бесконечна, как весь мир Тьмы. Уединись в месте отдаленном, освойся с новою формою своей – столь непривычной, дающей тебе столь много возможностей прежде неведомых. Пойми суть людей, загляни на самое дно душ их, ибо там лежат настоящие сокровища для тебя – неудовлетворенные страсти, жажда мести, стремление подавить ближнего своего, стремление превзойти всех окружающих любым путем и возвыситься над горой мертвых человеческих тел. Забавные существа эти люди – мелкие, тщеславные двуногие, считающие себя венцом природы. Управлять ими не сложнее, чем вереницей муравьев, бегущих по соломинке в твоих руках. Но не торопись. Найди путь свой, и твердо иди по нему, не привлекая внимания излишнего. Ибо, если узнаешь ты истинное Имя Мятежника, если расправишься с ним и восстановятся Основы, вход на Землю снова будет свободен для всех нас. Перестанет существовать Очередь, Врата расширены будут и любой Абаси сможет войти в любую телесную оболочку, как было испокон веков!
– Не понимаю, – второй ящер яростно стукнул хвостом по полу, – почему так трудно уничтожить Мятежника – неполноценного Духа, предавшего некогда Тьму и лишенного памяти? Вот перед нами его оболочка – жалкий дышащий остов из мышц, костей и телесных жидкостей. Жаль, что пока я не в состоянии прикоснуться к нему, вырвать сердце из этой хилой груди и бросить на растерзание собакам. Но клянусь, я сделаю это!!!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
