У нас есть для этого хорошие парни: задиристый бесстрашный Жаботинский из Одессы и другие, — продолжили речь евреи, — но вы хотя бы: а) пока не уходите, присутствуйте, б) закройте глаза на наши делишки, в) прикройте в случае чего, — если возмущенные палестинцы задумают с нами расправиться. А мы в долгу не останемся». «Ну ладно, — неохотно согласились англичане, — но вы уж там — слишком жестко не шалите».
Евреи создали несколько откровенно террористических фашистских организаций и так «шальнули» — «пугнули» арабов, что возмущенные кровопролитием англичане не выдержали — арестовали Жаботинского, и английский военный трибунал приговорил его к 15 годам каторжных работ, хотя могли и расстрелять. Ответ еврейской стороны с требованием освободить своего патриота-чистильщика был очень быстрым, — на улицы Иерусалима высыпало более 15 тысяч евреев, которые блокировали работу британской администрации. А сионисты Америки, Испании, Франции и Германии дружно осадили британские дипломатические представительства, англичане не выдержали давления «мирового еврейства» и путем хитрой махинации освободили преступника.
С тех пор отношения неблагодарных евреев и «нерешительных» — цивилизованных англичан испортились серьёзно и надолго, и даже дошло до того, что недовольные мягкотелостью англичан евреи развязали в Палестине в 40-х годах террористическую войну против Англии, и убили много английских солдат, офицеров и дипломатов. В эту щель раздора между бывшими союзниками — англичанами и евреями попытался влезть Сталин, решивший сыграть по-крупному на этом раздоре, и занять место англичан, и даже пробил для евреев в ООН официальное признание государства Израиль. Но Сталин просчитался — неблагодарные евреи «кинули» Сталина и убежали «под крышу» США. Хотя евреи не считают, что «неблагодарные» и что «кинули» Сталина, а поступили с ним «соответственно его достоинству» — отомстили за предательство Сталиным «мировой революции», ишь ты, — вместо «мировой революции» стал восстанавливать мощную Россию, строить СССР. Эти истории мы подробно рассмотрим в следующей книге этой серии (№7).
В отличие от англичан — Ленину и Бронштейну в аналогичной ситуации с крымчанами долго объяснять ничего не надо было — эта «работа» в захваченной России проводилась ими уже давно — три года, в огромных масштабах и с сатанинским удовольствием. К тому же уже был аналогичный опыт — Холокоста, «очистки» от казаков Дона, Кубани и Северного Кавказа. И очистить Крым от проживающих там русских, татар, немцев и украинцев под строительство Израиля — это несколько раз «плюнуть» сквозь зубы Белу Куну, Розалии Залкинд с их спецотрядами и Бронштейну с его Красной армией. Придирки убить крымчанина или увезти в концлагерь, откуда он никогда не вернется — всегда найдутся. И Ленин с Бронштейном начали в Крыму Холокост.
«Дальше террор перекинулся и на мирное население. — отметил в своём исследовании В. Шамбаров, — в Севастополе казнили 500 портовых рабочих, помогавших грузить белые суда, в Алупке — медперсонал санаториев, где лечились Белые. По городам проводились облавы с оцеплением и прочесыванием кварталов. Хватали членов семей белогвардейцев, медсестер, врачей, учителей, юристов, священников. Агенты ЧК и особотделов шныряли по улицам, задерживая людей просто по признаку хорошей одежды.
Потом пошли аресты по анкетам — всем лицам старше 16 лет предписывалось ответить на 40-50 вопросов, а через 2 недели со своей анкетой явиться в ЧК для «собеседования». Если же вместо собеседования человек сбежит, арестовывали его родственников. Тюрьмы были переполнены. А по ночам кипела «работа». Партиями по 60-80 человек вывозили за город, приказывали раздеться догола и расстреливали из пулеметов. Потом процедуру «усовершенствовали». Чтобы не возиться в темноте с вещами казненных, стали раздевать людей ещё в тюрьме. И очевидцы наблюдали из окон кошмарные картины, как колонны обнаженных мужчин, женщин, стариков и подростков на морозе, зимним студеным ветром гнали на смерть.
Для удобства применяли и другую «рационализацию». Пригнав к заранее вырытым ямам (предыдущими расстрелянными), обреченных заставляли ложиться «под равнение» на слой мертвых. После чего полосовали пулеметной очередью. Иногда раненных добивали камнями по голове, иногда закапывали полуживыми.
Но не только расстреливали. В Керчи устраивали «десанты на Кубань» — вывозили в море и топили. В Севастополе сотни человек были повешены — по Нахимовскому проспекту, Приморскому бульвару, Екатерининской Большой Морской в качестве виселиц были использованы все деревья, столбы, даже памятники. При допросах применялись жуткие пытки, каждый из карателей обзаводился «гаремом» из 4-5 любовниц. Брали их из пленных медсестер, из арестованных «буржуек».
Это был Холокост страшнее гитлеровского Холокоста, — Гитлер такое сатанинское разнообразие способов убийства людей не использовал.
Подсуетился ещё один еврейский интеллигент в помощь своим подельникам — Луначарский, который организовал воспитание молодежи по-ленински, — Наркомат просвещения в 1920 году издал «Сборник задач по внешкольной работе библиотеки» двух выродков под масками «Херсонский» и «Невский», которые настоятельно рекомендовали: «Девочка двенадцати лет боится крови. Составьте список книг, чтение которых заставило бы девочку отказаться от инстинктивного отвращения к красному террору».
«Вслед за офицерами террор практически сразу же перекинулся на мирное население, — также отмечает в своём исследовании Татьяна Грачева. — Официальный представитель Наркомнаца в Крыму М. Султанов-Галиев писал: «Среди расстрелянных попадало очень много рабочих элементов и лиц, отставших от Врангеля с искренним и твердым желанием честно служить Советской власти». Казнили людей, которые содержались в концлагере, организованном на территории Херсонесского Свято-Владимирского монастыря. Людей не только расстреливали и вешали, но и топили. «Землячка» как-то заявила: «Жалко на них тратить патроны, топить их в море».
Троцкий отдавал приказы на массовое и беспощадное уничтожение мирного населения. А.П. Столешников приводит следующую цитату: «Если Троцкий слал инструкции «беречь патроны», тогда людей топили, жгли и творили другие ужасы. В Евпатории сотни людей были утоплены в море с привязанным к ним металлоломом. Все они были сброшены с городского пирса. А ведь это всего мелкий городишко. Никто в Евпатории не оказывал сопротивления красным. Город так расположен, что нет никакого военного смысла его оборонять. Троцкий просто предал жителей города смертной казни. Точно так же тысячи людей были утоплены в Одессе и других прибрежных городах. Поэтому общий счет жертв только на черноморском побережье Крыма идет на десятки тысяч людей.
Троцкий поставил задачу Бела Куну: «Чтобы Черное море стало Красным». Белла Кун круглосуточно топил людей в Черном море огромными толпами. Этот убийца планетарного масштаба убил столько мужчин, женщин, детей и стариков в России и Украине, что с ним не может сравниться в истории никто, если только не собрать всех вместе против одного Троцкого.
Рис. Бела Кун.
14 декабря 1920 года, спустя ровно месяц после взятия Крыма, Ю.П. Гавен написал письмо члену Политбюро РКП(б) Н.Н. Крестинскому о том, что не имея сдерживающего центра, Бела Кун «превратился в гения массового террора».
Кровавое имя этого ленинского фашиста, палача русского, украинского и татарского народов — еврейского «гения» массового ленинского террора — Холокоста и по сей день славно увековечено в названиях современных улиц многих российских городов, включая Москву, С.-Петербург и южные российские города.
У некоторых палачей, как например у Эйдука, в процессе их «интересной» «творческой» работы разгоралось не только необычайное половое возбуждение, но поэтическое воодушевление, и писались «само собой» стихи и создавалась своя сладкая черная лира:
...Нет большей радости, нет лучших музык,
Как хруст ломаемых жизней и костей
(из сборника «Улыбка ЧК»).
В ноябре 2008 года в России открыт памятник Осипу Мандельштаму, — это открыт третий памятник этому советскому еврейскому поэту за последние 15 лет. Можно, конечно, каждые 5 лет ставить в России памятник Мандельштаму, умершему своей смертью в лагере для заключенных при Сталине. А кто поставит памятники многим тысячам замученных и расстрелянных в Крыму в 1920-1921 годах? Какой русский президент, премьер или министр культуры осмелится поставить памятники миллионам русских, убитых по всей России во время Гражданской войны, во время откровенного геноцида и Холокоста?
Выдающийся русский писатель Иван Шмелев жил в это ужасное время в Крыму и был этому Холокосту свидетелем, и благодаря Горькому покинув Россию, утверждал: «Крым был сплошным концлагерем». Шмелев был свидетелем — как сотни трупов ленинцы просто засыпали в оврагах. А в районе Феодосии ленинцы, экономя патроны, сбросили со скалы вместе с другими его сына. При этом сами ленинцы признали, что Шмелев младший не был «контрой», но он, возможно, был сочувствующим контрреволюции. Шмелев отчаянно пытался спасти необоснованно арестованного сына и неоднократно обращался за помощью к Луначарскому, который, в свою очередь, обратился с этим вопросом к Калинину. «Мудрый» и «добродушный» дедушка Калинин с холодным взглядом убийцы пояснил Луначарскому, что Шмелеву-старшему «трудно объяснить то, что нам предельно ясно». В эмиграции И. Шмелев по поводу этой ужасной трагедии написал несколько книг» («Солнце мертвых» и др.).
