полная бутылка. – За счет заведения.
– Кому молиться-то? – спросил кто-то, пытаясь за насмешкой скрыть растущую обеспокоенность. – Сиарне, что ли?
– Хороший вопрос, – бармен ехидно прищурился. – А ты можешь припомнить хоть кого-то из наших старых богов?
Дежурившие в ангаре техники и так были на взводе, а потому дружно подпрыгнули, когда по громкой связи вдруг загрохотал дрожащий от возбуждения голос диспетчера:
– Всем немедленно очистить посадочное поле! Приготовиться аварийной и медицинской бригаде! Готовность – одна минута.
Люди засуетились, занимая свои места и гадая, кто из пилотов решил вернуться и почему. Когда, ведомые Советником Арассом, они улетали на перехват превосходящих сил Республики, на их лицах ясно читалась решимость победить или умереть. Поскольку до победы оставалось еще очень далеко, то настроения в ангаре с каждой минутой становились все мрачнее, и вдруг…
Послышался приближающийся гул двигателей, постепенно перешедший в рев, от которого дежурившие на поле инженеры аж присели, зажимая уши. По створкам распахнутых ворот скользнула тень, и в следующий миг в ангар, едва не оторвав хвостовое оперение о потолочную балку, ворвалась «Черная вспышка». Некогда изящная и стремительная стальная птица грузно плюхнулась на брюхо и с жутким скрежетом пропахала почти всю посадочную полосу, рассыпая снопы искр и теряя целые куски обшивки.
Пару секунд все просто стояли, совершенно остолбенев и разинув рты, а потом бросились к челноку, кто с огнетушителем наперевес, кто с аптечкой. Никто не произнес этого вслух, но во всех без исключения сердцах вспыхнула искорка надежды. Ведь такую рискованную, почти невозможную посадку мог совершить только один-единственный пилот во Вселенной.
Кормовая аппарель рухнула на бетон, и по ней сбежал Советник Ваджасан. Медики, увидев его перепачканную в крови рубашку, бросились ему навстречу, но Шимаэл остановил их взмахом руки.
– Я в порядке. Лучше позаботьтесь… помогите тем, кто на борту.
Не останавливаясь, он прошел мимо высыпавших ему навстречу людей, словно не видел их, и направился к стоянке истребителей, где оставалась всего одна машина – его личный борт. Вокруг нее уже крутились техники, подготавливая к вылету, а руководитель полетов стоял у трапа, держа в руках летный костюм и шлем. Шимаэл, не говоря ни слова, быстро влез в комбинезон прямо в запятнанной рубашке и буквально взлетел по лесенке в кабину. Его пальцы вихрем пронеслись по тумблерам, оживляя системы истребителя.
– Вызываю центральный пост, – опустившийся фонарь кабины приглушил гул прогревающихся двигателей, оставив от него мягкое ворчание. – Советник Ваджасан к вылету готов.
– Вы полагаете, что они уложатся в оставшееся время? – поинтересовался Сейдуран, не отрывая взгляда от оперативного монитора, на котором красные и синие точки исполняли свой смертельный танец.
– Нисколько в этом не сомневаюсь, – отозвался стоявший рядом Уэлш. – Огонь «Ганнибала» загнал истребители клисситов в ущелья, откуда они ничего не смогут сделать. Стоит им только высунуться, как его орудия их просто испепелят. Остальное довершат перехватчики.
– То есть можно начинать бомбардировку?
– Так точно. «Черепаха» уже снизилась для удара по целям. Я не вижу, как клисситы теперь могут ей в этом помешать.
– Тогда активируйте заряды.
– Конечно!
Сопровождаемый взглядами остальных офицеров, Уэлш подошел к массивному черному контейнеру, одиноко стоявшему на столе, и открыл крышку. Приложив ладонь к панели, он подтвердил свое право доступа и ввел необходимые данные для активации адронных боеголовок, проговаривая вслух свои действия:
– Малая мощность, подрыв – контактный с задержкой, ионизирующее излучение – без форсирования, – он нажал кнопку подтверждения. – Никто и не сообразит, в чем дело. Бум – и целый квартал в руинах, а следов никаких.
– Такое впечатление, что вас, Фед, это забавляет, – премьер неодобрительно нахмурился.
– Не фарисействуйте, Калим! Хотя, если честно, меня и вправду, несколько… возбуждает мысль, что можно побороть нечто сверхъестественное путем умелого применения обычной грубой силы. Восстановив пошатнувшийся Status Quo, так сказать.
– Прежним он в любом случае уже не будет, Фед. Разве возможен возврат к старым добрым рациональным временам, если мы с вами здесь и сейчас на полном серьезе собираемся выпустить на свободу мистические древние силы Зла.
– Вы сгущаете краски, – Уэлш позволил себе малую толику снисходительности, в данный момент он правил бал. – Сами клисситы никогда не представляли Анрайса как злобного мерзавца. Он Повелитель Тьмы, да, но не злодей. В конце концов, он же родной брат их любимой Богини.
– Отчего же тогда между ними такой антагонизм? Откуда уверенность, что, скинув оковы, он немедленно вцепится своей сестре в глотку?
– Потому, что они – антиподы. Как частица и античастица. Они просто не могут существовать одновременно в одной точке пространства. При соприкосновении они немедленно аннигилируют. Мы всего лишь помогаем им встретиться, а остальное случится само собой. И да здравствует восстановленная рациональность!
– Не загадывайте так далеко, Фед, – покачал головой Сейдуран. – Остается еще достаточно много факторов, способных разрушить выстроенную нами конструкцию. Что если наши прикидки ошибочны, и нанесенный урон окажется недостаточным?
– Не беспокойтесь, Хон, – Уэлш хитро ухмыльнулся, – на этот случай я немного подстраховался.
– Каким образом?
– Думаю, вам об этом лучше не знать. Зачем мараться?
– Генерал! Получено подтверждение из Центра. Боеголовки активированы.
– Ну вот и все, – констатировал Уранг вполголоса, – теперь обратного хода нет.
Понимание того, что пристально следившее с Эзона за всеми действиями «Ганнибала» начальство таким вот образом недвусмысленно намекало, что ждет результата и не потерпит никаких задержек, вызывало у него вполне естественное раздражение. Как будто он не старый боевой офицер, а школяр-недотепа, над которым надо стоять с ремнем в руке, пока он делает уроки.
Приложив ладонь к замку, Уранг назвал свое имя и звание и открыл бронированный контейнер с системой управления зарядами. На экране уже красовалось сообщение с параметрами активации двух боеголовок, находившихся в данный момент на «Черепахе». Хоть ничего не напутали, и на том спасибо.
Тот факт, что все управление зарядами оставалось завязано на центральный командный пункт, придавал ситуации дополнительную пикантность. Отсюда министр мог лишь пассивно наблюдать за принимаемыми там решениями. Активировать заряд или, напротив, заблокировать его было не во власти Уранга. Словно ему не доверяли, сомневались в его благонадежности. Вечно подозрительный Сейдуран всех держал на коротком поводке, жестко ограничивая простор для проявления излишней инициативы. Рано или поздно, но такой подход выйдет ему боком…
– Генерал! – снова послышался голос оператора. – Мы потеряли
