уже в полную силу. Несколько машин, рассеявшись, атаковали мечущийся истребитель с разных направлений, в то время, как остальные держали оборону в непосредственной близости от бомбардировщика, заслоняя его и не оставляя Советнику возможности по нему выстрелить.
Шимаэл вертелся как сумасшедший, сбил еще два перехватчика, но все равно, подобраться ближе ему никак не удавалось.
– Ну что, съел? – удовлетворенно хмыкнул Уранг, наблюдая за тщетно бьющейся в окружении перехватчиков красной меткой. – И никакое шаманство тебе теперь не поможет. За предательство надо платить, и платить сполна! – он обернулся к операторам, – Сколько еще до залпа?
– Двадцать шесть секунд.
– Отлично! Уберите всех, кто мешает «Черепахе», а остальные выстрелы можете использовать по своему усмотрению. Передайте пилотам, чтобы готовились к пуску ракет. Всем торпедам – минутная готовность.
– Принято!
– Сколько еще ждать?
– Девятнадцать секунд.
…восемнадцать, семнадцать, шестнадцать – даже в горячке воздушного боя метроном в голове Шимаэла не останавливался ни на мгновение. Все попытки Советника прорвать оборону республиканцев потерпели неудачу, и в самое ближайшее время орудия «Ганнибала» положат конец его бесплодным стараниям. Из трех машин, что вместе с ним шли в атаку, осталась лишь одна, но и ее участь была уже предрешена. На краю карты виднелись точки еще двух истребителей, прекративших преследование отступивших перехватчиков и спешащих на выручку, но они были еще очень далеко и уже не могли ничего изменить.
Заложив крутой вираж, Шимаэл, борясь с застилающей глаза темнотой, поймал в прицел очередной перехватчик и вспорол ему брюхо точной очередью. Ну что ж, неплохой урожай он сегодня собрал. Не самый плохой день для смерти.
…восемь, семь, шесть…
Вот только помирать сегодня Шимаэл не собирался. Он вдруг резко рванул штурвал и бросил истребитель в сторону и вниз, к земле. Перехватчики дружно устремились следом, полагая, что он надеется успеть укрыться среди скал… Очень хорошо, пусть так дальше и думают, хотя вряд ли в их головах сможет уместиться та безумная идея, что осенила Советника.
…четыре, три, две…
Он снова резко развернулся и помчался в другую сторону. Его мозг, работая на пределе возможностей, выстроил в одну схему все кружащие вокруг самолеты, бомбардировщик и снижающийся к горизонту «Ганнибал». Если очень повезет…
…одна…
Шимаэл качнул машину набок и схватился за рукоятку катапультирования.
– Это вам за Оди!
Мощный пинок выбросил его из кабины следом за отстреленным фонарем. Его буквально ударило в лицо мощной волной жара, когда упавшая с небес тугая лиловая колонна разорвала в клочья его истребитель, но он не зажмурился, а наоборот, смотрел во все глаза, с каким-то злорадным восторгом впитывая каждое мгновение. И в следующий миг ведомый бездушной системой наведения огненный луч пересекся с траекторией полета бомбардировщика, буквально распоров его пополам.
Огромная пылающая машина, словно нехотя, завалилась набок, рассыпая из своего развороченного чрева дымящиеся внутренности. Уцелевший двигатель истошно взвыл, закашлялся, зачихал и взорвался, разбросав в стороны целый фейерверк раскаленных обломков турбины. А потом из утробы бомбардировщика донесся глухой удар, и фюзеляж окончательно разломился пополам. Из клубов дыма вынырнула горящая ракета с обрубленным хвостом и, вычерчивая в воздухе замысловатые спирали, скрылась за ближайшим хребтом.
– Да чтоб тебя! – в сердцах рявкнул Шимаэл, зажал кнопку вызова на гарнитуре и, перекрикивая свист ветра, быстро заговорил: – Внимание! Угроза адронного взрыва к востоку от города, повторяю, угроза взрыва!
До встречи с заснеженным склоном оставались считанные метры, когда он рванул кольцо парашюта.
Эхо резко оборвавшихся криков ликования еще не смолкло под сводами зала оперативного управления, а Сестра Джейх уже отдавала новые распоряжения.
– Подайте новый сигнал воздушной тревоги! Сообщите по всем видам связи о возможном взрыве на востоке! Быть может, хоть кто-то еще успеет укрыться! Всем находящимся в воздухе истребителям немедленно прижаться к земле и уходить от эпицентра. И сбивайте уже эти клятые торпеды! Потеряв бомбардировщик, республиканцы будут вынуждены пустить их в ход, – Жрица перевела дух и, сложив перед собой руки, вполголоса добавила: – Светлая, помоги!
– К востоку?! Матерь Заступница! Только не это!
Кьюси застыла, словно оглушенная. Она стремилась вывести детей из города, как можно дальше от центра, где располагался Храм Света, должный стать главной целью бомбардировки, но, взамен, она привела своих подопечных в самый эпицентр разворачивающейся драмы. Их маленький отряд как раз находился на восточной окраине столицы, и со стороны гор уже некоторое время доносились приглушенные звуки канонады, но Сестра и не предполагала, что все может обернуться таким вот образом. Испуганные дети, которые еще не успели забраться в коллектор, обступили Кьюси, ища защиты, а девушка словно оцепенела и никак не могла сообразить, что же делать. А тут еще эти сирены, начисто лишающие способности мыслить…
– Тетя Лира, что случилось? – выдернул ее из оцепенения голосок Сьюзен.
– Все в пещеру, быстро! – Жрица сгребла малышей в охапку и будто бульдозер поволокла их к распахнутому люку.
Дети как горох посыпались в темноту. Одни из них успели зацепиться за лестницу, другие наступили им на пальцы, а кто-то просто полетел вниз, на головы тех, кто спустился раньше. Кьюси словно сама чувствовала их боль, непонимание и страх, но, стиснув зубы, была вынуждена так поступить. Синяки, ушибы и даже переломы – сущий пустяк в сравнении с тем, что ждало их в противном случае.
– Лайс, давай вниз! – скомандовала она, затолкав в люк последнего сорванца.
– А как же Вы, госпожа?
– Я за тобой, давай сюда фонарь…
И в этот миг в небе над Клиссой вспыхнуло новое солнце.
Повинуясь порыву, Жрица резко выпрямилась в полный рост и, взявшись за полы своего плаща, распахнула его, заслонив Лайса от адского пламени. По ее щекам катились слезы. Парень отшатнулся и вскинул руку, загораживаясь от ослепительного сияния, охватившего фигуру Кьюси. Казалось, что окружающий мир исчез, и в нем осталась только она – утопающий в чистом свете черный силуэт.
Жрица покачнулась, когда с ее плеч сорвались струи дыма и первые языки пламени. Ее глаза широко распахнулись, рот открылся в беззвучном крике.
– Не-е-ет!!! – завопил Лайс и метнулся вперед. Его левая рука, выскочив из тени, зашипела и мгновенно покрылась пузырями. Отпрянув назад, мальчуган оступился и с криком полетел вниз. Тяжелая крышка глухо лязгнула, захлопнувшись за ним.
Спустя секунду зыбкая тень Кьюси истончилась и растаяла. Порыв раскаленного ветра прокатился по люку, подернув рябью плавящийся металл.
В Тронном Зале Первая Наместница запрокинула
