С глухим стоном Берг поднялся. Под изумленными взглядами посетителей двинулся к выходу. Щеки жег огонь ярости: как бы не было плохо, а хитрого и одновременно безумного юнца надо найти…
И ещё непонятно – проспал ведь совсем недолго. Должен быть ещё пьяным, а чувствует себя так, словно пить закончил вчера вечером!
Уличная прохлада овеяла разгоряченное лицо, стало чуточку легче.
Обнаружив у стены бочку с водой, Берг решительно направился к ней. Мгновение постоял, глядя на собственное отражение – голубые глаза выпучены, как у сома, волосы всклокочены, лицо перекошено, – и решительно опустил голову…
Вода обожгла уши, полезла в ноздри, точно вор в карман.
Когда холод добрался до самого затылка и Берг почувствовал, что более не может дышать, он выдернул голову из бочки. Похмелье, конечно, никуда не делось, но голова после купания стала думать даже лучше, чем в трезвом состоянии.
Мысли выстроились в строгом порядке.
Вопрос: куда отправится одержимый убийством Харальд?
Ответ: убивать!
Вопрос: кого?
Ответ: скорее всего одного из Владетелей, ведь их молодой воин ненавидит сильнее всего.
Вопрос: которого из Владетелей захочет убить Харальд в первую очередь?
Ответ: того, чьи земли ближе всего к Бабилю.
Вопрос, и кто же это?
Ответ Владетель Транд, чьи земли – на юг и юго-восток от города.
Придя к такому выводу, Берг несколько успокоился. Чтобы отправиться туда, Харальду обязательно придется пересечь реку, и, значит, следует ждать его у переправы.
* * *
С реки дул холодный ветер, и Берг, чтобы не замерзнуть, вынужден был закутаться в дорожный плащ Потрепанный и кое-где залатанный, он тем не менее помогал хозяину ждать на открытом всем вихрям речном берегу. Кусты, среди которых был выбран наблюдательный пункт, от ветра совершенно не защищали
Выезжая из города, Теневой торопился и, переправившись на этот берег, очень надеялся, что не опоздал. Вряд ли безумец будет торопиться, ведь он думает, что Берг проваляется пьяным в «Спившемся демоне» до заката.
Прошло полтора часа, и паром два раза выплеснул на берег массу людей, коней и телег. Только на третий раз, успев замерзнуть, несмотря на плащ, Берг разглядел среди путников знакомую фигуру.
Он ещё раз похвалил себя за догадливость и продолжил наблюдать. Пытаться схватить безумца здесь, на виду у толпы, где могут легко пострадать другие люди, было бы непростительной глупостью.
Но Харальд, восседающий на тонконогой каурой лошади, направился вовсе не на южную дорогу, как ожидал Теневой, а свернул к северо-западному тракту и спустя несколько мгновений скрылся за деревьями.
Кляня себя за нерасчетливость, Берг поспешно вскочил в седло. Конь двинулся с места, и в тот же момент в голове наемника все завертелось, а земля сделала попытку притянуть тело к себе.
С немалым трудом он удержался в седле и, ругая во весь голос собственную глупость, выпитое пиво и так некстати случившееся первый раз в жизни головокружение, двинулся в погоню за бывшим учеником.
* * *
Въезд в город Сандри перекрывали дотошные стражники. На лицах их было написано чувство собственного достоинства (а по-простому говоря, спесивость), а в глазах читалось благородное желание собрать со всех въездную пошлину (если честно, обыкновенная жадность).
Особенно дотошно воины проверяли телеги, понимая, что с торговцев можно взять больше, чем с прочих. Харальда они пропустили быстро. Тот бросил им монету, не слезая с седла, и проследовал в пределы городских стен.
Берг, незаметно следовавший за безумцем в двух десятках саженей позади, вздохнул и про себя понадеялся, что его поднадзорный будет вести себя столь же предсказуемо, как и все предыдущие десять дней, которые прошли в безостановочном движении на северо-запад.
Харальд не сворачивал, не оборачивался и не менял направления. Следить за ним было несложно, вот только подобраться к безумцу поближе Бергу так и не удавалось. Но тот вел себя тихо, на людей не бросался, меч не обнажал. Но и с пути не сходил.
Надежда, что безумие сгинет и Харальд одумается, таяла с каждым днем.
Куда направляется безумец, Берг понял на третий день пути. На северо-западе лежит только одно Владение, чьи земли тянутся от Северных гор почти до Ершалама. Почти полвека правит там маг по имени Свенельд и по прозвищу Лентяй.
Достойная мишень для одержимого, вообразившего себя истребителем магов.
За размышлениями Берг и не заметил, как подошла его очередь в воротах. Поклажи у него не было, товара, соответственно, тоже, так что обложению подлежала только сама личность Теневого Берга.
По примеру ученика он бросил стражникам монетку и въехал в пределы славного города Сандри.
* * *
Выругавшись, Берг осадил коня и принялся внимательно изучать следы, оставленные на мокрой глине дороги. Он успел хорошо запомнить подковы лошади Харальда – с пятью гвоздиками и острой кромкой.
Вечерело, на мир опускались сырые сентябрьские сумерки, и пришлось напрячь глаза, чтобы определить, что следы сворачивают с торного тракта на малоезжую дорогу, ведущую почти точно на север.
Вздохнув, Берг повернул коня.
Он старался двигаться рядом с преследуемым, но сегодня, когда из-за откровенно дурной погоды торговые пути опустели, это стало невозможно. Теневой прятался за поворотами тракта, вынужден был придерживать коня и в результате немного отстал.
Мелкий противный дождь моросил целый день; из лесов, облаченных в осенний золотой наряд, несло сыростью. Ночевать в такую погоду не под крышей было неприятно, и только многолетняя привычка помогала Бергу выдерживать тяготы пути. Но сегодня, проснувшись под утро, он обнаружил, что костер погас, а поясницу ломит. Тараканами закопошились мысли о подступающей старости…
Дорога, пройдя через небольшой лес, вывела к деревне. Поднимались над домами дымки, мычали коровы, ветер донес сладкий аромат только что выпеченного хлеба.
Берг сглотнул появившуюся слюну. Вот бы сейчас в тепло, полежать, съесть соленого сала с чесноком и с этим самым хлебушком, теплым, только из печи…
Запить самогоном, и поясница пройдет.
Но следы вели в обход деревни, и Берг, тяжко вздохнув, последовал за ними. Харальд явно знал, куда едет, где находится жилище мага и как к нему добраться. Вот только на что он надеется – перескочить стены и ров замка, а там порубить стражников? Невероятно!
Но дурные предчувствия ворочались в груди, заставляя опытного наемника поверить в то, что для нынешнего Харальда нет ничего невозможного.
Лес, начавшийся сразу за деревней, поверг Теневого в изрядное удивление. Здесь осень ещё не начиналась. Деревья стояли зеленые, как в июле, и весело шелестели ветвями. Но самым удивительным было то, что росли они вперемежку – осина рядом с сосной, а ива – с лиственницей. Надо всем господствовали гигантские дубы, словно взрослые над детьми, распростершие толстые руки сучьев. Пахло свежей листвой и желудями.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
