Рейчел подняла на него глаза. Она попыталась донести до его сознания, что Тэсса все еще любит своего мужа, точнее – свои воспоминания о нем.
– Ты тоже красивый человек, – сказал он. – Но ты – мой красивый человек.
– Как Роза? – Рейчел затаила дыхание.
Она понимала, что говорить этого не следовало. Это было столь же ошибочно, сколь и неизбежно. Но демонов нужно вытащить на яркий солнечный свет. Нельзя же допустить, чтобы они постоянно прятались в тени, готовясь к внезапному броску.
– А ты готова к тому, чтобы занять место Розы? – просто спросил он. – Готовы ли к этому мы?
– Не знаю. Наверное, тебе виднее.
Чарльз смотрел на море прямо перед собой.
Он был не из тех, кто в нужный момент хорошо умеет говорить. А насчет Розы он и просто не знал, что ответить.
– Что можно понять о прошлом, о том, что ушло навсегда? Что тебе не хватает его? Да, мне ее не хватает. Но минувшей ночью, когда я сжимал в объятиях тебя, я этого не испытывал. Мне не хватало ее сегодня утром, когда я отплывал от Антиба. Я мысленно видел ее на палубе, потому что когда-то она помогала мне делать это. Порой мне не хватает ее чуть-чуть, а порой – сильно. Это приходит и уходит, подобно морской волне – то большой, то мелкой, то клокочущей, то мягкой. Главное же в том, что ее нет, а ты есть, причем совершенно другая, нежели она, вот что самое странное. Она была спокойна, загадочна, немногословна. Была в гармонии с самой собой. Всегда искала покоя. Цельная самодостаточная натура. А ты переменчива – то одна, то другая. Ты в вечном движении, добиваешься, борешься, мечтаешь. У нее была древняя душа, у тебя же поразительно молодая… и… и… не знаю, что еще сказать, кроме того, что я влюбляюсь в тебя все больше и не в силах остановиться.
Эту последнюю фразу, самую последнюю – вот чего ей хотелось услышать.
– И не останавливайся! Никогда не останавливайся, – только и сказала она.
– Ты была когда-нибудь влюблена в другого мужчину? – внезапно спросил он с какой-то яростью в голосе.
– Нет, никогда, – быстро ответила она. – До этого никогда!
– Даже в Мэтта Хардинга? Он, похоже, считает, что имеет право скупить все твои акции по льготным ценам, или заключить с тобой фьючерсные контракты, или еще что-то в том же духе.
– Ты ревнуешь?! – Она довольно рассмеялась.
Неужели он все-таки тоже уязвим, такой веселый и сильный за штурвалом этого дивного судна?
– Не знаю. Возможно.
Чарльз искоса посмотрел на нее, на его лице блуждала странная улыбка, раньше Рейчел такой не видела.
– Он хотел жениться на мне. Осуществить слияние «наших компаний», как я всегда выражалась. Он идеально подходил для меня прежней, для той Рейчел, которая, неуклонно двигаясь вверх, становилась энергичной, деятельной Ричардсон. Добивался меня так, словно я была намеченной им для захвата целью, со всей напористостью, которую он сохранил для своих предстоящих финансовых приобретений. Мне это казалось заманчивым, но помолвлена с ним я так и не была. Я никогда не любила его. Увлечена была. Он интересен, даже обворожителен, но я порвала с ним, отказала ему, сказав «нет», из-за тебя.
– Но ты же меня совсем не знала.
– Зато уже встретила. Так или иначе этого оказалось достаточно.
– И мое отношение к тебе было точно таким же.
– Правда? А ты неплохо скрывал это.
– Меня цепко держали воспоминания, и… я не был уверен, правильно ли будет, если я стану испытывать все это вновь… Чувство вины, очевидно. Потом произошла наша… ну-у… наша размолвка…
– Но теперь-то мы здесь, – пришла ему на помощь Рейчел.
– Да, здесь.
– И сейчас я сяду за этот стол и буду не сводить с тебя глаз, что бы ты ни делал. И не пророню ни единого слова, пока мы шикарно не пообедаем, не поставим яхту у острова и не искупаемся в море. Потому что несколько минут назад вы кое-что сказали о море, не так ли, Чарльз Форд, и в том контексте слово «море» прозвучало для меня очень заманчиво.
41
– Да здесь же просто нет места! – сказала Рейчел.
Он рассмеялся.
– Следи за мной.
При постановке судна на якорь главнейшее правило – ни в коем случае не спешить, что особенно относится к гавани Сен-Тропеза, в которой яхты стоят буквально впритирку, точно сардины в банке. Человеку неопытному могло показаться, что ширина эллинга для «Мифа» равняется ширине самого судна, а возможно, даже и меньше.
Как бы там ни было, у матросов на яхтах, стоявших по обеим сторонам, повод для беспокойства определенно появился. На первый взгляд они просто бесцельно слонялись туда-сюда, делая вид, будто их решительно не интересует маневрирование только что подошедшей яхты, направляющейся в свой эллинг. Однако в действительности они были начеку и в случае необходимости моментально оттолкнули бы ее шестами от своих бортов.
Джон сидел верхом на носу яхты, чтобы по команде немедленно отдать якорь. Чарльз священнодействовал в рубке. Медленно и величественно обтекаемый корпус яхты стал поворачиваться вокруг собственной оси, пока корма не оказалась направленной строго перпендикулярно к причальной стенке. На тихом ходу Чарльз подал яхту еще чуть вперед.
– Отдать якорь! – крикнул он.
Джон резко выдернул шплинт из цепи, и якорь скользнул в темную воду.
Чарльз начал осторожно проводить яхту кормой в свой эллинг. С гор подул свежий бриз. Судно вдруг закачалось. Рейчел стало ясно, что они вот-вот заденут бортом стоящую рядом яхту, стофутовый «Брауэрд». Она увидела, как два члена его экипажа уже оперлись на поручень, готовясь действовать.
– Не бойся, – улыбнулся Чарльз. – Слава Богу, не в первый раз.
Левым двигателем он отвел яхту чуть назад, а правый резко перевел в нейтральное положение, после чего качка прекратилась и Джон подъемным воротом натянул якорную цепь, окончательно выравнивая движение судна.
Рейчел перевела дух. Через несколько секунд яхта стояла в эллинге, как влитая, а Трейси и Мериэл крепили причальные канаты на пирсе, в то время как Том натягивал якорную цепь на кабестан, чтобы яхта не сдала назад и не ударилась о каменную стену.
Чарльз заглушил двигатели. Наступила тишина. Рейчел едва сдерживалась, чтобы не захлопать в ладоши. Джон – тот, вероятно, делал все разве что не во сне, настолько ему было это привычно. Чарльз же не занимался ничем подобным вот уже несколько месяцев. Уж это-то она знает наверняка. Или только думает, что знает? Сколько же всего он умеет. Управлять мастерски яхтой, предсказывать будущее, заниматься любовью прямо в море. Ее охватила дрожь, когда она вспомнила об обещании.
– Докончишь остальное, Джон! – крикнул Чарльз.
– Есть, капитан.
Предстояло подключить желтые кабели к береговой электросети, прибрать яхту, подключиться к телефонной линии и к кабельному телевидению для команды. Но хозяина «Мифа» и его гостью впереди ожидало сплошное блаженство.
