Российский историк Н.А.Троицкий писал по этому поводу: «Жан-Виктор Моро, герой Гогенлиндена, хотя и терпел поражения от Суворова и эрцгерцога Карла, одержал столько побед, что считался во Франции одним из самых выдающихся полководцев и в отличие от Пишегрю безупречным республиканцем. Суд, как показалось Бонапарту, спасовал перед репутацией Моро и определил ему за косвенное участие в заговоре Кадудаля всего два года тюрьмы. Наполеон заменил этот приговор изгнанием Моро из Франции, что и вызвало в стране волну сочувствия к популярному генералу и антипатии к новоявленному императору. Наполеон считал эту волну вздорной, а свое решение правильным. Узнав, что Моро эмигрировал в США, император изрек фразу, оказавшуюся пророческой: “Теперь он пойдет по дороге вправо и кончит тем, что придет к нашим врагам”».
Глава VII.
ИЗГНАНИЕ В АМЕРИКУ
На следующий день Моро объявили, что в ночь на 25 июня 1804 года он должен покинуть страну.
— Отчего такая спешка? — подумал он и быстро набросал жене несколько строк:
«Любимая моя,
Сегодня в ночь я уезжаю. Мне объявили, что скоро ты сможешь присоединиться ко мне… Раз мы уезжаем в страну охотников, то захвати с собой мои ружья… Сделай несколько связок книг. Выбери их на свой вкус, которые могут быть мне интересны.
Генеральная доверенность подписана. Ее можно забрать у нотариуса Эрбелена. В 11 часов мне сказали, что придут за мной в полночь. Мне все равно, для чего принимаются эти меры предосторожности и зачем нужна такая спешка… Я поеду через Байону…Там ты найдешь мои письма для тебя и узнаешь, где я буду находиться…
Прощай, моя милая подруга, шлю тебе миллион воздушных поцелуев и с нетерпением жду, когда смогу поцеловать тебя сам…»
Ровно в полночь, получив постановление об освобождении из-под стражи, Моро вышел за ворота Тампля и сел в экипаж рядом с команданом Анри. Карета тронулась, и вскоре площади и улицы Парижа исчезли из окна экипажа, уступив место черноте ночи. Моро тогда еще не знал, что ему не суждено вновь увидеть этот прекрасный город.
День и ночь карета мчалась по направлению к испанской границе, останавливаясь только в придорожных харчевнях, для того чтобы перекусить или для смены лошадей и кучера. Вдоль дороги за окном простирались красивые холмы, усеянные виноградниками, равнины с мирно текущими реками, великолепные леса, ухоженные поля, плодородные луга с пасущимися на них коровами; то там, то здесь попадались типичные французские фермы — эти бастионы Средневековья, где кипела работа по заготовке сена. Франция жила своей обычной мирной жизнью, несколько лет которой, кстати, подарил ей наш герой, сидевший теперь в карете, которая уносила его в ссылку. «Любуйся этими великолепными пейзажами! Смотри во все глаза, — говорил ему Анри, — ты их больше никогда не увидишь, Моро».
28 июня 1804 года поздно вечером путники достигли испанской границы. История не сохранила для нас места, на котором в последний раз стоял опальный генерал, прежде чем навсегда покинуть родную французскую землю, которую он столько раз защищал от внешних врагов. По непонятной причине Моро было запрещено покинуть территорию Франции морским путем, чтобы из Бреста, Ла-Рошель или Бордо отправиться прямо в Америку. Одновременно и маршрут движения по французской территории также претерпел изменения. Моро везли в Испанию кратчайшим путем, через центральную часть страны, минуя неблагонадежные провинции, кишащие озлобленными шуанами. Скорее всего, правительство опасалось, имея в виду морскую блокаду Франции Британским королевским военно-морским флотом, что Моро могут перехватить англичане и в случае его согласия сделать генерала символом или реальным вождем нового сопротивления Наполеону.
Командан Анри, строгий исполнитель императорских поручений, но человек светский и любезный, с почтением отнесся к своему пленнику. Последний, в момент расставания, поблагодарил его, и они очень тепло расстались.
С 28 июня по 16 июля 1804 года историкам не удалось обнаружить ни одного документа о пребывании Моро в Испании.
Мы же нашли письмо Моро, датированное 14 июля 1804 года и отправленное из Барселоны некоему господину де Форестьеру, проживавшему в замке неподалеку от французского города Брие (ОПИ ГИМ. Ф. 166 (Г.В. Орлов). Оп. 1. Ед. хр. 13. № 16. Л. 21—22.). В этом письме Моро выражает признательность человеку, который нашел слова утешения для него и который, вероятно, присутствовал на процессе. Далее Моро сообщает о своих планах отправиться из Барселоны в Кадис вместе с супругой морским путем, так как Эжени вскоре собирается рожать и ей тяжело переносить испанское бездорожье. К тому же это небезопасно, так как на дорогах свирепствуют шайки разбойников.
* * *
Мы полагаем, что к этой дате Моро уже более недели находился в Барселоне и проживал в отеле «У Золотого фонтана», ожидая прибытия своей супруги. Это была одна из лучших гостиниц Барселоны, где часто обедали иностранцы. Однажды группа французов, узнав генерала, с радостью пригласила его за свой стол. С тех пор каждый вечер, когда подавали десерт, они просили поделиться своими воспоминаниями о проведенных военных кампаниях, принесших ему славу, а генералу, в свою очередь, доставляло удовольствие рассказать им о своей любимой Рейнской армии. Вместе со своими новыми знакомыми он 19 июля участвовал в корриде — бое быков.
Моро сообщил жене, где находится, и она приехала к нему в Барселону 25 июля 1804 года. Она была одна, без сына — маленького Евгения, которого оставила на попечение своей матери — госпожи Уло. Эжени была на восьмом месяце беременности и могла ехать в экипаже только днем, тогда как командану Анри было приказано мчаться без остановок и днем и ночью, чтобы через три дня доставить Моро к пункту пропуска на испанской границе. Этим, вероятно, объясняется тот факт, что супруга Жана-Виктора не могла сопровождать мужа непосредственно из Парижа.
Путешествие по суше из Барселоны в Кадис, откуда семья Моро должна была отправиться в США морем, было небезопасно и не представляло никаких удобств, имея в виду разбитые дороги, грязные харчевни и банды герильясов, свирепствовавших на всем пути.
Моро с супругой решают отправиться в Кадис морем. 2 августа 1804 года корабль «Ля Вьерж дю Кармель» благополучно доставил их в этот большой портовый город.
Им был оказан любезный прием в доме губернатора. Затем, имея в виду скорые роды, семья Моро решила снять квартиру, в которой 14 сентября 1804 года госпожа Моро произвела на свет дочь по имени Изабель. Крестным отцом девочки по доверенности стал эрцгерцог Карл, знаменитый австрийский главнокомандующий, с которым Моро после подписания мирного договора в Штайре из вежливости поддерживал переписку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
