меня на пол. Инджибджорг тут же оказалась поблизости, ненавязчиво попытавшись оттеснить от меня Джерарда, — настали непростые времена. У меня есть чем вам помочь так, чтобы вы смогли спасти тех, кто ещё держится. Но оставаться с вами на долгий срок я не могу. Мне нужно защитить мой народ. Коли, Луин, — я повернулась к друзьям внимательно меня слушающим, — браслетов с Суль у меня немного, но я покажу вам, как их создать. Оставлю вот это, — Инджи ловко вложила в мою руку свиток, — здесь пошаговая инструкция по созданию магического солнца, способного отгонять и уничтожать нежить в любом её проявлении. Суль более мобильны, нежели обрежные огни.
Я делилась с ними секретнейшей информацией. Эта разработка должна была стать наследием орков, у нас в планах было продавать готовые изделия, с зашифрованной магической составляющей. Но этим планам не суждено сбыться. Жизни людей и нелюдей стоят несоизмеримо дороже любого золота. Они бесценны.
— Зло пробудилось давно, копило силы и сейчас начало активные действия. Боюсь, — я интонационно подчеркнула это слово, — я по-настоящему боюсь за нашу свободу. Даже смерть не так страшит, как потеря способности принадлежать самому себе.
По лицам друзей и их подчинённых поняла, что они не совсем понимают о чём речь. Пояснения я собиралась дать только Коли и Луину.
— Выжили ли наследники Рого Чернобородого?
— Вероятно, да, — ответил Коли, — я найду его семью, нам нужен король.
Или не надобен. Может отдать трон Коли Петтеру?
Молодой герцерг, словно прочитав мои мысли, печально покачал головой:
— Нам не нужна война между гномами. Трон займёт родич Рого. Самый близкий, если его детей не осталось в живых, хотя я в этом сомневаюсь. Отпрысков, скорее всего, сберегли.
— Хорошо, — не стала спорить я, действительно, Гражданская война — страшная вещь. Ну её. — Вот здесь то, что поможет взять города гномов в кольцо обережных огней. Точнее, Суль. Подпитывать заклинание нужно раз в сутки, силами нескольких десятков магов. Все точные данные здесь же.
Второй тугой свиток перекочевал из моих рук в руки Коли.
— Таккь скаль дю ха, моя принцесса! — Коли прижал кулак к груди и склонил голову. За ним повторили все остальные, в том числе и Луин со своими воинами.
А я удовлетворённо выдохнула: поставленные передо мной на данном этапе задачи выполнены. Пора домой. Меня ждёт большой совет и восстановление сверхспособностей.
Быть просто орчанкой прикольно, но волшебницей всё же привычнее. Только будучи магиней, я могу защитить родных, а это для меня самое главное!
Глава 56
Интерлюдия
— Нам пока нет хода в твой мир, — голос был тихий, свистящий, даже скрежещущий, словно длинный коготь рисовал линии на железной стене, и раздавался прямо в голове Вигбьорна, вызывая в его чёрной душе необъяснимый страх, и за эти ощущения Вигбьорн ненавидел своего Хозяина ещё сильнее. — У тебя осколок Шелестайна и ты смог выкрасть Монестайн у людского короля, ты успешно справился с этой задачей. Этих двух артефактов вполне хватит, чтобы собрать необходимое число душ и открыть портал уже для нас. Этот мир принадлежит нам. И теперь настало время забрать энергию, плотным покрывалом окутавшую планету за прошедшие тысячелетия. Ты остаёшься главным; грорги пойдут за тобой, каждый твой приказ будет осуществляться незамедлительно. Собери урожай, чтобы открыть дорогу уже для нас.
— Я всё сделаю, мой Господин.
— Не подведи, Вигбьорн, только не подведи… и ты получишь то, чего так сильно желаешь…
Антрацитовая тьма резко схлопнулась, и древний маг очнулся. Кабинет короля Хольма нравился ему больше всех остальных помещений дворца. За широко распахнутым окном розовел восход.
Вот уже несколько дней Вигбьорн не боялся солнечного света…
* * *
Его Величество Эйрик первый за много лет своей жизни чувствовал боль. Ту, что не приглушить целительским заклинанием — поскольку это боль души. На руках короля умирал его наследник, его единственный сын — Леон. И Эйрик ничего не мог с этим поделать. Никто не мог.
Небольшой городок — Лирн, расположенный в дне пути от Ёоста, был окружён. Эти существа, что вырвались из портала прямо в сердце магической академии, были очень похожи на обыкновенных людей. Но так могло показаться лишь по первости, на самом же деле пришедшие из другой реальности кардинально отличались от привычных королю разумных.
Ростом были выше самого крупного орка. Лица у всех удлинённые с безобразными дырами вместо привычного носа. Цвет кожи бледный до прозрачности, настолько, что видны чёрные сеточки вен. Глаза обыкновенного разреза, заполненные чернильной тьмой, никакого просвета, страшная пустота. Вместо губ безобразная широкая щель. И пугающе острые зубы в несколько рядов — ими они любили разрывать глотки своих жертв, беспощадно орошая улочки его уютной столицы в алые цвета. Две руки с мощными когтями и две ноги с четырьмя пальцами. И хвост. Самый настоящий с ядовитым жалом на конце. И всё бы ничего, но эти существа обладали магическими способностями. Пугающими в своей силе.
Единственное утешение: они боялись солнечного света. И выходили на охоту только с наступлением ночи.
— В сказках описываются подобные существа, там их зовут грорги — слуги Древних, — скрипучий голос старика архивариуса ворвался в затуманенное скорбью сознание Эйрика. Армариус высказал своё предположение на большом совете, который состоялся в день после пережитой ночи. — Сильные твари. Могучие…
Его Величество собрал столько подданных, сколько смог и во главе своего войска смог прорваться и покинуть пределы Ёоста, пусть и с чудовищными потерями.
МаК-3 — изобретение юной талантливой орчанки, он всегда носил с собой, так же как и кругляш для магосвязи через артефакт Рэгнвалда Холмена; через оба эти устройства, Его Величество смог связаться с повелителем эльфов и с Нагордом Рыжебородым, а также с Ансгаром Солвейгом, правителем Сульёпгана. Все они откликнулись и пообещали прийти на помощь.
Гномы Брекстада остались безмолвными. И даже Нагорд не знал, в чём дело.
Вот только расстояние было слишком большим: ни эльфы, ни гномы Новьланда, ни орки просто не успеют добраться до Хольма столь быстро.
— Леон, сын мой, — протяжно произнёс Эйрик, прижав к груди безвольное тело принца. Сердце юноши всё ещё билось, но слабо, едва заметно, — прости за то, что не уберёг, что потерял Монестайн, а он мог бы помочь… Ночь близится. Это будет славная битва… в твою честь!
Суль медленно, но верно тонуло за линией горизонта, утопая в серых перистых
