глаза и позволила себе сползти в обморок. Если все удалось – значит, и без меня справятся. А у меня все же кружится голова. Карусель, потом молния рядом…
Уф-ф-ф-ф-ф…
Интерлюдия внутри главы
Никогда Хавьер ничего такого не видел. И надеялся, что впредь и не увидит – есть предел человеческим силам. Еще как есть…
Драконицы неслись по кругу.
Неслись кто со всадницами, кто без, почти ныряли в воду и снова поднимались к небу, разрывали гребнями облака… явно не просто так…
Зачем?!
– Виола сказала – надо грозу.
– Это так делается? – удивился Хавьер.
– Каэтана сказала – так. Надо.
Хавьер промолчал.
Ну, если надо… он пока ничего не понимает, но… из круга вырвалась белая драконица, сжимая в лапах здоровущий… меч? На ее спине виднелась черная фигурка.
– Виола?
– Да. Жди…
Сварт несся со всеми по кругу, и Хавьер выхватывал не всю картину, а отдельные детали.
Искры света на белой шкуре драконицы – откуда?
Искорок все больше и больше, они сливаются в единую ленту, они вспыхивают и тут же гаснут… Что это?!
– Рукотворная молния, – шепнул в голове Сварт. – Мы – можем. Только если наемного, если вот так…
Объяснить он не успел.
Виола практически окуталась облаком искр – и метнулась в сторону. И вовремя.
Практически в то место, в котором она находилась, где парила еще секунду назад, ударила молния.
Громадный ветвистый небесный огонь.
Ударил в воду… воду?
Нет.
Ударил в клинок, который секундой раньше бросила Виола. И как угадала?
Но удивительнее всего было последующее. Химеры начали всплывать кверху брюхом. Как… как будто их оглушило.
Драконы ринулись вперед, сомкнули крылья, подхватили ошарашенную Виолу.
Белая драконица распласталась на них, словно тряпка. Все же ей тоже досталось.
Каэтана на ее спине обвисла неподвижно… Хавьер почувствовал, как замерло сердце.
– Живы, – успокоил его Сварт. – Просто оглушило. Рядом же било!
Хавьер перевел дыхание.
Живы?
Тогда к берегу!
Сначала он убедится в самом важном, а потом… потом будем добивать химер!
* * *
Селим никогда не испытывал такой безнадежности.
Никогда, даже в детстве, когда не стало мамы.
Никогда. Даже когда отец говорил, что Селим не оправдал его ожиданий и не станет наследником.
Просто – каждый раз впереди было что-то еще. И была нянюшка Фержи, теплая и добрая, и была поездка к ажакам, и был брат, и было будущее…
А кто там и в ком разочаровался – так он не сдобный пряник, чтобы всем нравиться!
Впереди всегда было что-то новое и интересное.
А сейчас… сейчас там были только твари. Только химеры, которые ползли на берег, и надо было их рвать, рубить, колоть, отталкивать, не пускать к людям…
Химеры закономерно сопротивлялись, не особенно осмысленно, но когда на тебя прет туша размером с двух быков, ее разум как-то не особенно и важен.
Удержаться бы.
И он держался.
Кое-как отдавал приказы, старался командовать своими людьми, успевать и там и тут, Разан тоже мелькал рядом… результат?
А, все равно его не было!
Все равно химер слишком, отчаянно много.
Победить Селим и не рассчитывал, но хоть бы сколько продержаться!
Море напоминало суп из химер, и драконы ничего не могли с этим поделать. Разве что Баязета еще раз проклясть – толку с того?
Бесполезно.
Все бесполезно…
Дрались из последних сил драконы, но Селим отлично видел разницу. Если раньше они изрыгали огонь чуть не каждую минуту, то сейчас… сейчас огонь вспыхивал редко и почти что нехотя.
Драконы тоже выдыхаются.
Что будет, когда их сомнут окончательно? Общая гибель. Может, полчаса они и продержатся без поддержки с воздуха, но не больше.
Одна из химер сбила с Селима шлем.
Вторая полоснула щупальцами поперек груди, – если б не кольчуга, точно бы не спасся.
Он рубил, колол, рычал от ярости и отчаяния – все зря. Все напрасно… и даже не сразу заметил ИХ появление.
Там, где смыкается море и небо, появились точки. Много.
Драконы?
Они быстро приближались, и Селим, отскочив, пригляделся.
Да, драконы.
Но почему они ждут? Чего медлят? Почему не идут в бой?
Непонятно.
Но у кого тут спросишь?
Или… или они понимают, что тоже не справятся?
Умом Селим понимал, что это логично, что не надо губить людей в бессмысленной атаке.
А сердцем…
Бросили.
Предали…
Впрочем, кого там интересует его сердце? Оно скоро перестанет биться, вот и все.
Но драконы не улетали.
Вместо этого они… перестроились?
Над Селимом пронесся дракон.
– Отойти от воды!!! ОТОЙТИ ОТ ВОДЫ!!! – что есть силы орал драконарий.
Люди слышали и слушались. Если так надо… наверное?
Драконы не вступали в бой. Но они… двигались?
Да, именно так.
Они словно раскрутили в небе гигантское колесо. У Селима даже голова от такого закружилась… да что тут происходит?! Даже смотреть страшно…
Колесо вращалось все быстрее, уже не было видно отдельных драконов, а потом… потом начался дождь.
С неба упала тяжелая водяная капля, вторая… это драконы?
Но зачем?
Мокрые химеры гореть не будут.
А потом… потом один из драконов замер в центре круга. Окутался сиянием, и оно становилось все ярче и ярче, пока не стало больно смотреть на него, он весь сиял, словно маленькое солнышко.
И в химер, прямо в океан, ударила молния.
Селим опешил.
Нет, не от грома и удара рядом, хотя и это свою роль сыграло. Если б у него не был как раз открыт рот для вдоха, наверное, его бы просто оглушило.
Он знал, что молния может ударить в берег, однажды даже нашел ее след – расщепленное дерево. И в песок она бить может.
Но в море?
Наверное… не понять.
Но химеры…
Химерам и понимать не надо! Они попросту всплыли кверху брюхами.
Санторинцы радостно взвыли.
А Селим смотрел туда, где четверо драконов, создав своеобразную подушку безопасности, подхватили пятого.
Белого.
Того самого, который… да, который вызвал на себя молнию, а теперь даже до берега не мог дотянуть, рухнул бы прямо в суп с химерами. И потонул бы, конечно.
Не случилось…
Кое-как драконы дотянули его до берега и опустили на песок. Рядом приземлилось еще несколько драконов, и драконарий принялись отстегивать всадника. Тот мотался тряпкой, словно мертвый.
Селим кинулся туда что есть скорости.
Если храбрец мертв… у него будет гробница, которой позавидуют все покойные торы Санторина.
А если жив… хоть бы был жив! Такие люди нужны любой стране!
Герой всех спас! В этом Селим себе мог признаться…
Герой?
Когда тело на руках спустили вниз
