Кик никогда не стремилась обладать недвижимостью. Она привыкла путешествовать налегке, ей это нравилось. Необходимость отвечать за имущество Лолли казалась ей тяжкой ношей. Но вдруг Кик поняла, о чем всегда мечтала. Да, она хотела писать и снискать профессиональный успех. Но кроме того, она мечтала встретить человека, с которым будет жить в своем собственном доме.
37
Уже около часа Кик сидела в элегантном холле роскошного лондонского отеля „Клэридж". Она прекрасно видела всех, кто входил в гостиницу. Если даже ей придется просидеть здесь всю ночь напролет, она должна дождаться Бэби Байер. Может, Бэби и не нашла пока эту Лопес, но она наверняка знает, где ее искать.
Джо выяснил, что Бэби остановилась в „Клэридже". Услышав название этого почтенного старого отеля, Кик обратилась к своему списку. Он и на этот раз не подвел ее. Гай Хантинг, очаровательный стажер, с которым она познакомилась несколько лет назад, сейчас работал ночным администратором и, к радости Кик, вспомнил ее, когда она позвонила ему из США.
У Гая даже голос изменился, когда Кик спросила его, знает ли он что-нибудь о том, чем занимается Бэби, с тех пор как прибыла в Лондон. Гай сообщил Кик, что, едва появившись в гостинице, где она пробыла относительно недолго, Бэби сразу же привлекла внимание персонала „Клэриджа". Ее видели в холле и в лифте с итальянцем по кличке Пако, членом известной международной корпорации фотографов, снимающих знаменитостей скрытой камерой. Пако пользовался телеобъективом, снимая членов королевских фамилий, а потом продавал снимки бульварным изданиям всего мира.
Гай быстро проверил список клиентов. Оказывается, фотограф провел три дня в номере Бэби, куда они заказывали внушительные порции еды и выпивки и несколько раз посылали портье в ближайшую аптеку.
Когда Кик к десяти вечера прибыла в отель, Гай ждал ее у входа. Высокий и худой, с выступающим кадыком, он был в безукоризненном синем пиджаке и серебристом галстуке, что свидетельствовало о значительном повышении, ибо Кик видела его последний раз в костюмчике мальчика-посыльного. Смеялся он все так же заразительно.
Он протянул Кик руку и поцеловал ее.
– Дайте-ка мне посмотреть на вас, – сказал он, отстраняя ее и разглядывая. – И почему это я ожидал встретить тощую девочку-подростка? Вы возмужали и расцвели.
– Спасибо, Гай, – рассмеявшись, сказала Кик. – Вы сами выглядите весьма внушительно.
Он взял ее под руку и увлек за собой в уголок вестибюля под сень папоротников, где они могли спокойно потолковать.
– Дорогая, – драматическим шепотом сообщил он, – ваша мисс Байер и ее приятель ушли несколько минут назад, я их видел.
– Ну и мерзавцы, – вымолвила Кик. – Что же мне теперь делать?
– Если хотите освежиться, номер к вашим услугам.
– Боюсь, что, оказавшись в номере, я тут же усну. Прошлой ночью я почти не спала.
– Разрешите мне усадить вас на хорошее местечко за столиком в моих владениях, дорогая, – сказал Гай, взяв ее под руку. – Вы так терпеливы, что несомненно дождетесь их возвращения.
Гай устроил ее очень удобно. Она пообещала сказать ему, если ей что-то понадобится, и он вернулся к своим обязанностям.
Она допивала вторую чашку чая, когда заметила, что к ней приближается администратор.
– Мисс Батлер, вас просят к телефону, – сказал он.
– Меня? – удивилась она. – Благодарю вас. Администратор поставил телефон на столик и удалился.
– Кик? Это Гай Хантинг. Сообщаю вам, что дама, которую вы ждете, вернулась. Мне только что звонил портье.
– Правда? – Взволнованная Кик обвела взглядом холл. – Где же она?
Гай хмыкнул.
– Кажется, еще не вошла. Оказывается, извлечь ее из такси довольно сложно. Похоже, что она была со своим приятелем на вечеринке.
– Вы думаете, мне стоит выйти?
– Неплохая мысль. Если в таком состоянии она доберется к себе в номер, вы ее долго не увидите.
– Спасибо, Гай. Вы настоящее сокровище.
Миновав массивные входные двери, она заметила швейцара. Кик посмотрела направо. Такси стояло у кромки тротуара. У открытой задней дверцы Кик увидела швейцара, полицейского, водителя и высокого человека с прилизанными черными волосами. Такие, как он, обычно несут гроб с телом мафиози, если верить газетным фотографиям.
Из открытой дверцы машины высовывались женские ноги: колготки в сеточку и туфли с позолотой.
Когда Кик подошла поближе, из дверцы вылетела дамская сумочка, едва не угодив в промежность спутнику Бэби. Приглушенный разговор между мужчинами был заглушен женским воплем.
– Да идите вы все, мать вашу! Сказала же – нет!
Кик подошла еще ближе, оказавшись за спиной полисмена. Никто не обратил на нее ни малейшего внимания.
– Мэм, потрудитесь выйти, – сказал полицейский.
– Разрешите попытаться мне, сэр, – мрачно сказал спутник Бэби.
– Так у тебя и получится, вонючка паршивая! Мне надоело давать тебе деньги. Если у тебя нечем расплатиться за такси, это не мое дело.
Швейцар наклонился к дверце.
– Мисс Байер, – участливо сказал он, – я готов расплатиться за вас.
– И включите эти деньги в мой долбаный счет? Никоим образом. Хосе! Пусть коп заберет этого альфонса в тюрьму! – орала Бэби.
Швейцар, пожав плечами, отступил. Кик уже поняла, что мужчина с прилизанными волосами – Пако, новый любовник Бэби. В его смазливой внешности было что-то зловещее. Он намеревался явно смыться, стоически перенеся еще один удар по яйцам, когда Бэби взмахнула ногой. Сделав шаг назад, он хлопнул себя по лбу и пошел по тротуару, отчаявшись утихомирить свою подругу и надеясь, что это сделает кто-то другой.
Кик поняла, что должна вмешаться.
– Простите, – деловито осведомилась она. – Сколько на счетчике? Я приятельница мисс Байер.
При звуке голоса Кик в проеме двери появилась копна желтых волос.
– Кто тут еще, мать его? – осведомилась Бэби, глядя на Кик снизу вверх. Ее веки были перепачканы размазавшейся тушью, большие глаза смотрели с подозрением, что делало ее похожей на енота, выглянувшего из норы.
Кик наклонилась к ней.
– Я Кик Батлер, – твердо, хотя и негромко сказала она, – подруга Джо Стоуна.
Бэби открыла рот и снова закрыла его.
– О дерьмо! – прохрипела она. – Таннер послал вас искать меня. Я знала... знала. Вечно нарываешься на этих проклятых итальяшек.
Когда Бэби зарыдала, Кик быстро повернулась и сунула купюры водителю.
– Пересчитайте, я вечно путаюсь в английских деньгах.
Водитель опустил глаза на банкноты и улыбнулся.
– Все отлично, мэм. Большое спасибо, мэм. Кик нагнулась к дверце. Бэби уже выпрямилась и сморкалась в золотой шифоновый шарф, наброшенный на черное вечернее платье с большим декольте.
