Все позвонки пересчитал, — раздалось у уха, когда мы наконец перестали нестись вниз.
Этот голос…
Я резко села на ступенях и сверху вниз посмотрела на Рафаэля. Губы дрожали, из глаз хлынули слезы.
— Ты чего, Тиа? Настолько ушиблась? – на губах, испачканных уже высохшей кровью, появилась улыбка. Колючая, дерзкая… И такая вкусная.
Я впилась в губы Рафаэля с таким отчаянием, будто он был воздухом, а я только что вынырнула со дна океана. Схватилась за воротник его рубашки и жестко притянула к себе.
Рафаэль опешил от моего поцелуя и не сразу ответил. Но очень скоро он стал целовать меня с тем же напором, с каким я отвала ему всю себя. Его рука скользнула по моей пояснице к спине, затем выше. Пальцы запутались в белоснежных волосах. Язык раздвинул мои губы, скользнул в мой рот, лаская и кружа.
— Рафаэль, — прошептала ему в губы. – Я…
«Ждала тебя», — сказала уже мысленно, ведь наши души были единым целым. В них, переплетаясь, бабочками парили наши общие воспоминания друг о друге. Калейдоскоп безумной красоты.
Я почувствовала, что он хочет сказать мне что-то, но нас прервали. Послышались торопливые шаги, которые заставили нас нехотя оторваться друг от друга. Однако руки мы не расцепили.
— Тиа! Рафаэль! – на ступенях возникла Найвара. Она кинулась к нам, помогла встать. – Я так рада, что вы в порядке!
— Что ты здесь делаешь? – строго нахмурилась я. – Почему ты не в убежище в подвалах?!
— Нужны были те, кто умеет обращаться с кистью, чтобы быстро перенести знаки заклинания на цепи. Я помогала.
— Могли найтись другие помощники, — я кивком указала на спуск по лестнице и уже на ходу продолжила: — Да и сюда ты зачем пришла? Здесь опасно!
Из разломов завывал ветер. Найвара шла медленно, держась за уцелевшие стены или едва перебирая ногами, если рядом были дыры.
— Я привела помощь. Для тебя!
Пальцы Рафаэля крепче сжались на моих. Меня переполнило от щемящей нежности.
— Откуда ты знала, что Рафаэль очнулся? Возвращаться за ним было безумством.
— А я и не за господином шла. Он встретил нас уже в коридорах.
— Нас?
На следующем витке лестницы мы оказались не одни. Анти и Каян ждали, стоя у стены.
— Уходим отсюда, — сказала Антинуа и открыла портал. – Живо!
Найвара уверено направилась к проходу, но я остановилась и внимательно взглянула на бывшую подругу.
— Куда ведет этот переход?
— В подвалы. Переждем битву там.
Я кивнула и подтолкнула Найвару к порталу.
— Спасибо, — улыбнулась ей и ободряюще кивнула.
Найвара ответила тем же, растапливая заледеневшее сердце, и исчезла в портале. Однако я с места не сдвинулась.
— Я не буду отсиживаться в подвале, пока моя дочь уничтожает мир.
— Ты ничего не сможешь сделать, Тиа, — жалобно покачала головой Анти. – Только причинишь себе боль, наблюдая за ее смертью.
Эти слова – удар по больному. Мне захотелось осесть на пол и завыть.
— Я и не собираюсь ничего делать. Просто… Хочу быть рядом, когда это случится. Хочу видеть.
Сначала Анти сурово поджала губы, но в глазах ее промелькнуло сочувствие. Я знала, что какой бы скалой она ни притворялась, ее сердце кровоточит так же, как и мое.
— У меня был приказ доставить тебя в подвалы, — она качнула головой, будто отказываясь от навязанного задания. – Но я скажу, что не видела тебя. Найвара соврет то же самое. Это мой последний подарок тебе, Тиа.
Не дождавшись моего ответа, она шагнула в портал. Еще несколько секунд он звал в свою сияющую глубину, но ни я, ни Рафаэль, ни Каян не шагнули в него.
— Я пойду с тобой, — сказал он твердо.
— Хочешь проследить, чтобы не наворотила новых проблем? – хрипло хохотнула я.
Каян слабо улыбнулся:
— Не только. Если встретишь Джараху, Рорджи или кого-то еще из наших, я постараюсь выторговать тебе время.
«Кого-то изнаших», — мысленно повторила я и поразилась, как быстро те, кого еще недавно считали врагами, стали кому-то новой семьей.
— Если бы я был на твоем месте, я бы тоже хотел видеть.
Я благодарно улыбнулась, хотя на самом деле хотелось плакать. Вряд ли Каян или Анти понимали, что для меня значит происходящее. Это и моя казнь тоже.
Через разлом было видно, что цепь, которую мы с Рафаэлем выпустили, попала в череп дракона. Что будет дальше, я могла только гадать, но должна была это видеть. Поэтому втроем мы побежали обратно на открытую площадку башни, теперь уже защищенную магией.
Каян шел чуть впереди. Наверняка специально, чтобы не смущать нас с Рафаэлем и не смущаться самому. Все же то, как Рафаэль держал меня за руку и порой прижимал к себе, было куда интимнее некоторых поцелуев.
— Как ты очнулся?
— Это у тебя, полагаю, я должен спрашивать, — он легонько стукнул себя по груди. – Эта странная штука у меня в груди… Она будто скоро взорвется.
Я вскинула голову, чтобы посмотреть на Рафаэля. Он шутит? Но его лицо было пугающе серьезным.
— Я попросила изготовить для тебя протез, — призналась я. – Я хотела спасти тебя… чтобы…
— Чтобы не чувствовать одиночество. Ты подсела. На меня, — ухмыльнулся он. – Знакомое чувство.
Он погладил меня по шее, намекая на вечер зимнего бала.
— Теперь ты понимаешь меня, как никогда.
— А ты – меня. Каково это, когда тебя выдергивают с того света, Рафаэль?
— Прекрасно, если здесь меня ждешь ты.
Он переплел наши пальцы. Вершина башни была все ближе. Сердце почти выпрыгивало из груди.
— Тебе не обязательно идти со мной, — поторопилась напомнить я. Оставались считанные ступени. – Все же Ясна и твоя дочь…
— Вот именно.
Меня будто молнией прошило. Я резко остановилась и во все глаза уставилась на Рафаэля.
— Ты собираешься вмешаться? Хочешь остановить Гекара и спасти Ясну?
Рафаэль погладил меня во волосам и с улыбкой покачал головой:
— Может быть, я бы и попытался, но вряд ли мне хватит сил чего-то добиться.
Он коснулся своей груди.
— Эта штука, которая заменяет мое сердце, вот-вот развалится. Я чувствую это, Тиа. Механизм едва работает. Чем больше я двигаюсь, тем сильнее он сбоит.
Внутри меня будто что-то оборвалось. Старик предупреждал, что сердца он никогда не изготавливал.
