Чудо, что хотя бы так что-то сработало. Но было ясно, что это временная мера.
Механизм откажет, и Рафаэль умрет. Теперь уже окончательно.
— Тогда зачем ты идешь туда со мной? – глаза жгло от непролитых слез.
Во взгляде Рафаэля я видела отражение собственных чувств.
— За тем же, за чем и ты. За карой. За тем, чтобы взглянуть в глаза своим ошибкам. В другой жизни мы бы могли быть счастливы, но в этой… принесли слишком много бед. И друг другу, и миру.
Я прильнула щекой к его руке и незаметно сморгнула слезы. Секундная слабость, из которой вырвал голос Каяна:
— Скорее! Идите сюда!
Мы взбежали на открытую платформу, откуда открылся вид на развернувшуюся битву. Дракон больше почти не мог шевелиться. Его лапы, крылья и голова сковывали цепи. Он брыкался, но лишь его позвоночник ходил волнами, бесполезно пытаясь отогнать кружащие вокруг механизмы.
— Воздушные лодки, — стоя плечом к плечу со мной, произнес Рафаэль.
Он напряженно вглядывался в небо, где по воздуху скользили механические птицы. На каждой сидел человек, управляя полетом. И все они кружили вокруг Ясны, которая уже выскочила из седла и, прыгая по позвонкам плененного скелета, пыталась сбить назойливые судна.
Вспышки света озаряли небо, будто крохотные солнца. Несколько воздушных лодок все-таки угодили в них и, дымясь, полетели вниз. Я закрыла рот ладонями и подошла к самому краю, чтобы увидеть, что будет дальше. Неужели разобьются?
Но когда до земли оставались десятки метров, ночь пронзило новое свечение.
— Порталы! – охнула я, наблюдая, как лодки исчезают прямо в полете.
Куда их переносили? Где прятались портальщики, которые открывали переходы?
— Антинуа тоже помогает, — догадалась я. – Следит за всем из укрытия.
Я смотрела, как лодки кружат вокруг Ясны. Я будто наблюдала за охотой стервятников и ждала, когда появится Гекар. Он-то и нанесет решающий удар.
Когда прямо над позвоночником открылся портал, я сжала руку Рафаэля почти до хруста.
— Это конец, — выдохнула я и приготовилась к тому, что будет дальше.
Гекар выпрыгнул из портала и в полете попытался ударить Ясну в спину. Издалека я не видела их лиц. Узнавала обоих лишь по очертаниям фигуры и волосам. У Ясны они отросли уже ниже колен и были такими же белыми, как разящий свет, которым она ловко орудовала.
Она резко развернулась и ослепила Гекара вспыхнувшим на ее ладонях пламенем. Он попытался ударить, но оступился, потерял равновесие.
Мне показалось, что я услышала отчаянный вопль Анти.
— Если он упадет, его поймают портальщики, — Каян так же внимательно вглядывался вдаль. Ни на секунду не отводил цепкого взгляда. Между его бровей проступила глубокая морщина от того, как он хмурился, следя за сражением. – Но если Гекара испепелит Царица Мечей…
— Это конец, — поняла я и затаила дыхание.
Гекар и Ясна будто плясали, прыгая по костям, которые ежесекундно меняли положение. Грация, опасность и безумие сплелись в смертоносное искусство.
Гекар умело обращался с копьем, но Ясна была богиней. И не зря ее прозвали Царицей Мечей.
— Ему конец, — покачал головой Рафаэль, когда за спиной Ясны веером выстроились клинки из солнечного света.
Ей достаточно было лишь указать пальцем, чтобы мечи полетели в цель, будто стрелы. Гекар чудом увернулся, но чуть не сорвался с высоты. Поднялся, но снова был вынужден отпрыгнуть. Ясна призывала все новые и новые клинки, пока не добилась своего.
Гекар совершил ошибку. Подошел к краю черепа и сорвался. Съехал по темени и виску, как с горки. Он всплеснул руками, копье выскользнуло из них, но не полетело к земле следом за Гекаром. Оно каким-то чудом застряло в звене цепи, что упиралась дракону прямо в лоб.
Портал поймал Гекара, вернул обратно на хребет дракона. Но теперь они с Ясной были далеко не на равных. Жрец пытался обогнуть Ясну, чтобы подойти к цепи и забрать копье. Ясна же легко отрезала ему путь, играла с ним, как кошка с мышкой. Гоняла его световыми мечами и вспышками, будто насмехаясь.
Но даже если бы Гекар добрался до черепа и места, где в него врезалась цепь, вряд ли бы он сумел достать копье. Оно застряло на неудобном расстоянии. Гекару придется повиснуть на цепи, чтобы вернуть оружие.
— Он не справится, — озвучил мои мысли Рафаэль. Его голос не звучал огорченно или обреченно.
Рафаэль смирился с тем, что его долгая жизнь вот-вот оборвется. Он жил сотни лет, но многоточие вечности скоро найдет свою точку.
Однако это не значит, что эта точка должна стать общей для всего мира.
— Ему нужно помочь, — твердо произнесла я. – Почему воздушные лодки не сделают этого? Почему не вернут копье?
— Не получится. Видишь, какие у них крупные крылья? – Рафаэль указал пальцем на ближайшую к нам лодку. – Подлетят близко к скелету и цепям – рискуют сломать крылья. Так они не помогут, а сделают только хуже.
— Портальщики тоже не подберутся, — сжал кулаки Каян. – Слишком сложно будет вытащить копье в полете, если открыть портал над цепью, а потом – под ней. Угол неудобный. И челюсти рядом.
— И что тогда? Просто смиримся и умрем?
Какая-то часть меня хотела этого. Закончить все это, наконец, так и не подняв оружие против дочери. Но другая моя половина возликовала, когда Каян опустился на колени и процедил:
— Ни за что. Мы не сдадимся.
Прямо из башни из-под ладоней Каяна начали прорастать ветви и корни. Сначала они были узкими и тонкими, но постепенно они крепли. Они обвивались вокруг цепи и уходили все дальше. Все больше новых растений вплетались в эту воздушную тропинку, которая теперь хоть и казалась узкой и шаткой, но точно могла послужить дорогой к полю боя и копью. Оно как раз застряло в цепи, которую выпустили мы с Рафаэлем.
— Вперед! Я не смогу долго держать мост! – Каян покраснел, на лбу его выступил пот.
Рафаэль ринулся вперед, но я встала перед ним и положила ладонь на грудь. Под ней тяжело и неровно билось искусственное сердце.
— Будь здесь.
— Не далей из меня калеку, рогатая, — Рафаэль перехватил мою руку и убрал ее. Ловко повернул меня так, что теперь ближе к мосту стоял он, а не я. – Мое сердце – всего лишь отсрочка неизбежного. Думаешь, стану отсиживаться в сторонке, чтобы выторговать себе несколько часов?
Конечно, нет.
