Пустоте без мощных зрительных труб и приборов-регистраторов. Всякому доступно наблюдение Солнца, Луны и звезд, свет которых пронизывает упомянутое пространство и земную атмосферу, так что мы видим его с тех пор, когда еще не осознали себя людьми. Но теперь нам известно, что свет - особая форма эммелитовых лучей, и значит, эти волны вечно странствуют в Великой Пустоте, заполненной ими с момента сотворения Вселенной. Вот доказательство, что реальная Пустота содержит кроме Неощутимого нечто доступное нашим чувствам - ведь мы видим свет и ощущаем тепло солнечных лучей...
Ярема Стерх «Великая Пустота и Учение о Неощутимом», еще не написанный трактат, который появится только в начале двадцатого века.
Это установка для работы с икс-лучами, - сказал Лех Менгич. - Мы отклоняем их в эммелитовом поле, достойный лорд, и они, разделившись, проходят через камеру, заполненную паром, где остаются их следы. Можно разглядеть эти следы и зарисовать их, но есть лучший метод: особый светочувствительный прибор, который позволяет перенести изображение на стеклянные пластины. Вот они, взгляни.
Дженнак осмотрел пластинки с непонятными черными отметинами, потом установку Менгича - стержень с шариком сайбернита, стальные щиты, большой прямоугольный резервуар с паром и деревянные ящики с линзами, стоявшие на треногах по обе стороны резервуара. Вдоль стен подземного бункера змеились провода, тянулись трубы, сверху свисали гроздья ламп, большая часть которых была выключена. Полумрак усиливал ощущение таинственности; фигуры Нево и учеников Менгича, стоявших сзади, тонули в темноте, а их лица казались белыми масками. Это подземелье походило на пещеру, в которой свершается некий загадочный обряд, требующий особых священных предметов, действий и песнопений. В общем, так оно и было - здесь поклонялись Богам Неощутимого. Менгич и его помощники исследовали то, что нельзя увидеть без специальных приспособлений, а уж пощупать - совершенно невозможно!
- Ты сказал, икс-лучи, - произнес Дженнак. - Что это значит, почтенный?
- Ты знаком с началами математики? С буквенно-цифровым алфавитом, который уже лет пятьдесят используют для вычислений?
- Да. Я занимаюсь взрывчатыми веществами, но прочитал несколько книг о решении уравнений и расчете объемов и площадей. «О бесконечно малом» Ци Пареквы, «Ряды чисел и символов» Укадана, трактаты аххаля Суинви, Нудесты Джа и Куи Быстроумца.
- Очень похвально, ло Джакарра! Я радуюсь, обнаружив такие познания у человека энергичного и молодого!
- Благодарю, отец мой.
Дженнак был впятеро старше Менгича, но тот выглядел стариком, морщинистым и седовласым. Так что обращение «отец мой» звучало вполне уместно.
- Попросим ответить на твой вопрос юного Нево, - сказал Менгич. - Он ученик Фалтафа из Норелга и должен кое-что смыслить в математике.
Сын Всевлада смущенно откашлялся.
- В этом вычислительном алфавите есть значок в виде косого креста, называемый «икс», - промолвил юноша. - Его используют чтобы указать неизвестную величину, и я думаю, что наставник Менгич выбрал его по этой причине. Икс - значит, неизвестное, еще непознанное, то, чему пока нет объяснений.
Старый умелец кивнул с довольным видом.
- Верно, непознанное и неизвестное. Мы уже знаем свойства этого излучения, знаем, что оно распадается на три потока, что два из них - частицы, а третий - эммелитовые волны, но суть явления нам неясна. Правда, мы получили подсказку, но об этом позже, мой лорд, позже, если ты не возражаешь... Так вот, частицы... Одни более легкие и заряжены отрицательно, другие, с положительным зарядом, намного тяжелее - примерно в несколько тысяч раз. Есть идея, объясняющая это. Представим, что разные виды материи состоят из крохотных шариков, которые, однако, очень велики в сравнении с нашими объектами. Возможно, структура этих шариков сложна, и есть у них тяжелое ядро с положительными частицами, а вокруг него вращаются легкие отрицательные... - Чегич сделал паузу. - Это тебе что-нибудь напоминает, ло Джакарра? Другое явление мира, но не в крошечных масштабах, а в огромных?
- Напоминает, - ответил Дженнак. - Так планеты вращаются вокруг солнца, которое гораздо массивнее их.
- У тебя быстрый ум, - одобрительно произнес Менгич. - Замечу, что поиск нового соединяет воображение и расчет. До этой планетарной картины додумался Ярема, мой помощник, а потом мы подкрепили ее математикой, в которой силен By к. Все сходится!
Они вторглись вглубь материи, подумал Дженнак. Это потрясло его. Вторглись с помощью простых вещей, даже примитивных - капли странного металла, который Менгич назвал сайбернитом, двух заряженных пластин и паровой камеры! Если и было здесь что-то удивительное, так лишь светочувствительный прибор для регистрации изображений - такие Дженнаку еще не попадались. Все остальное - проще некуда... И это потрясало снова. Это доказывало, что мощь разума справится с загадками природы, что для великих открытий нужно лишь соединение умов, время и ясная цель. Такая мысль не являлась для Дженнака новостью, но здесь и сейчас она завладела им с особой силой - ведь он находился в эпицентре тайны, которую раскрыли - или почти раскрыли - этот старик и два его юных помощника.
Стараясь сохранить спокойствие, он поинтересовался:
- Что ты скажешь, почтенный Лех, о третьей составляющей потока? Что это за волны?
- Ханаец Прада, познавший виды излучений, утверждает, что они не похожи на волны, переносящие сообщения. Те возбуждаются при колебаниях эммелитовых потоков в проводах, а эти исходят из сердцевины вещества, и проникающая способность у них больше. Мы еще не знаем, где и как они зарождаются.
Ярема, помощник Менгича, откашлялся.
- Позволишь сказать, учитель? - Старик кивнул, и молодой умелец продолжил: - Я думаю, эти волны появляются при перепадах энергии в ядре, в том центре, откуда вылетают тяжелые частицы. Там - средоточие огромной мощи... Если мы ею овладеем...
- Если овладеем... - задумчиво повторил Дженнак. - Что произойдет в этом случае?
Ярема и Вук заговорили, перебивая друг друга:
- Мы получим новый источник энергии...
- Неиссякающей энергии, ибо залежи сайбернита велики...
- Не надо будет сжигать уголь и земляное масло...
- Эммелитовая сила придет в каждый дом, даже самый бедный...
- Мы создадим мощный двигатель...
- Мы сможем летать вне атмосферы...
Услышав эти последние слова, Нево Ах-Хишари сделал шаг вперед, вскинул руку и выкрикнул:
- Мы построим ракету и достигнем Луны! Луны и других планет! А там, быть может, и звезд! Мы...
Лех Менгич рассмеялся.
- Вы, не я! Вы, молодые! Возможно, ло Джакарра все это увидит... А что мы можем показать сейчас? Лишь эти стеклянные пластинки да кусочек сайбернита...
- Не только, - молвил Ярема, принимая загадочный вид. - Не только это, учитель.
Улыбка Менгича погасла.
- Думаешь, лорду нужно взглянуть на чудо, природа коего нам неясна? Не примет ли
