к охоте на них и увлеклась их изучением. В своей работе, представленной на Имперский экзамен, она, чтобы не повторять заново избитые темы, всесторонне рассмотренные другими экзаменуемыми, представила свидетельства того, что у некоторых китообразных распространено акушерство. Получив место среди фироа (сотни тех, кто показал лучшие результаты на Большом экзамене в Пане), Чами с жаром принялась претворять в жизнь принятую на имперском уровне политику, направленную на стимулирование китобоев принять новый способ добычи китов, придуманный в Гани, который заключался в том, чтобы вымотать купологолового кита и заставить его изрыгнуть из себя ценный живой янтарь. Таким образом можно было добывать ценный продукт, не убивая китов.
Облепленные ракушками киты, встретившие дэранские корабли в этих неизведанных водах, внешне ничем не отличались от тех, что встречались внутри Стены Бурь. Похоже, эта граница, игравшая такую важную роль в судьбе Дэры, никак не влияла на китов. Посему до сих пор никто не обращал на китов особого внимания – кроме Чами.
Ей потребовалось какое-то время, чтобы объяснить то, что она задумала. Чами даже пришлось проиллюстрировать свой план с помощью громоздкой восковой таблички для письма и нескольких тонких кисточек, изображающих корабли.
После того как Чами закончила, потрясенные капитаны и офицеры десанта долго молчали, пытаясь переварить ее план.
– Эта тактика еще не проверялась на деле, – наконец сказал капитан Нмедзи Гонь, командир «Утолителя печалей». – Я даже не знаю, сможет ли мой корабль сделать то, что от него просят.
– Никакая тактика, основанная на уникальных особенностях этих кораблей, еще не проверялась на деле, – возразила Чами. – Вообще-то, это самое простое из того, что пришло мне в голову. Если вы желаете услышать что-то действительно необычное…
– Быть может, как-нибудь позже, Чами, – остановила ее Тэра. – Давайте сначала обсудим это предложение.
– Даже если эта идея в принципе осуществима, – возразил адмирал Миту Росо, – у нас недостаточно времени, чтобы обучить моряков и пехотинцев совершенно новому способу ведения боевых действий.
– Маршал Гинь Мадзоти не переставал повторять, что никогда не бывает достаточно времени подготовить солдат должным образом. Всегда приходится идти в бой с той армией, какая есть, а не с той, какую хотелось бы создать, – напомнила Тэра. – Преимущества нетрадиционного подхода заключаются в том, что льюкучане также не будут ожидать ничего подобного, несмотря на глубокое изучение дэранской тактики от пленных, захваченных в ходе похода Криты. И я обратила внимание на то, что ты не отверг этот план как имеющий фундаментальные изъяны.
– Если честно, я им восхищен, и в то же время мне немного не по себе, – признался Миту Росо. – План обладает потенциалом, но в нем много неизвестного.
– Именно это и делает его интересным, – сказал Такваль. Они с Тэрой обменялись улыбками. – На самом деле, чем больше я над ним думаю, тем больше он мне нравится!
– Легко тебе так говорить, – заметил капитан Нмедзи Гонь. В свое время он командовал одним из механических крубенсов, сыгравших решающую роль в возвышении Куни Гару, уроженца крохотного острова Дасу. – Не тебе предстоит заставлять этот корабль делать то, для чего он не был предназначен.
– Я согласна с принцем, – вставила Типо Тхо, командир десанта. – В этом походе всем нам приходится заниматься тем, о чем мы никогда даже не думали. – До того как добровольно присоединиться к Тэре, Типо была опытным командиром воздушного судна. Поскольку воздухоплавательных сил в составе флота не было (брать с собой дорогостоящие воздушные суда в это путешествие к далеким землям, не имея достоверных сведений об источниках летательного газа, было сочтено нецелесообразным), она, подобно другим ветеранам воздушных сил, была переведена в десант. – Только не говори мне, что твой корабль не справится с этим вызовом.
– О, мой корабль справится с любым вызовом! – стиснув зубы, проскрежетал капитан Гонь. Оскорбление его корабля вывело его из себя гораздо быстрее, чем это сделало бы оскорбление личное. – Меня просто беспокоит то, что такая тонкокостная ласточка, как ты, привыкшая к роскошным условиям и величественной поступи императорского воздушного корабля, не выдержит по-настоящему бурного плавания. Вместо того чтобы идти в бой, ты будешь корчиться, извергая содержимое желудка…
– Если ты полагаешь, что сидеть в протекающем деревянном корыте, способном нырнуть на несколько ярдов, – это хотя бы в одну десятую так же опасно, как лететь на…
– Хватит! – перебила их Тэра. – Если вы намереваетесь продолжить этот глупый спор между воздухоплавателями и подводниками, можете по окончании нашего похода сыграть в дзамаки. Я же хочу узнать, сможете ли вы сделать то, что от вас просит Чами.
– Абсолютно точно.
– Можешь на нас положиться.
– Я поведу корабль так плавно, что вам будет казаться, будто вы плывете по водам озера Тутутика…
– Даже без своего воздушного судна я поведу своих десантников в бой быстро и решительно…
– Вместо того чтобы бахвалиться и выпендриваться друг перед другом, – взмолилась Тэра, с болезненным выражением растирая виски, – почему бы вам не попробовать отыскать дыры в замыслах друг друга и таким образом выяснить, действительно ли план Чами осуществим?
Капитан Нмедзи Гонь и командор Типо Тхо принялись шаг за шагом разбирать план Чами, снова и снова переставляя восковую табличку и кисточки для туши, разбирая различные боевые порядки кораблей. Каждый пытался одолеть своего соперника, стараясь придумать какой-нибудь новый непреодолимый способ атаки, и оба морщили лбы, ломая головы над возможными ответными мерами.
Адмирал Миту Росо отвел в сторону принцессу Тэру.
– Я служил под началом императора Рагина в кампаниях против Гегемона, подавлении восстания герцога Теки Кимо в Арулудзи и войне с Льюку, – прошептал он. – Твой отец всегда славился тем, что использовал соперничество между своими подчиненными для того, чтобы отточить план до совершенства. Сейчас я вижу в тебе отголоски отцовского стиля, и у меня сердце трепещет от радости.
Тэра кивнула, принимая комплимент, однако при воспоминании о своем покойном отце у нее защемило сердце. «Задача правителя в том, чтобы искать путь к равновесию», – учил ее Куни Гару. Принцесса надеялась, что ей удастся уравновесить противоборствующие группировки, зависть, взаимное недоверие – все то, что угрожало выплеснуться из-под контроля в этом союзе и превратить эту энергию в поступательное движение вперед. Она молилась о том, чтобы отец наблюдал за ней и помогал найти мудрость, необходимую для успеха.
Нмедзи и Типо успокоились. Они по несколько минут обдумывали очередные выпады соперника, находя наилучшую стратегию. Офицеры были похожи на игроков в кюпу или дзамаки, схлестнувшихся на заключительном этапе упорной партии, когда каждый ход может изменить исход. Остальные офицеры, словно зрители увлекательной партии, давали массу советов.
– Разве это не твоя задача – разрабатывать и оттачивать план? – шепнул на ухо Тэре Такваль. – Твои сторонники потеряют веру в тебя, если ты не возглавишь обсуждение.
Тэра едва заметно покачала головой.
– Я не полководец
