- Точно не перед тобой. – Демид отдаёт жестом указание, берёт меня под локоть, вынуждая встать с дивана. Чувствую, что он сам раздражён от её общества. – Ника, давай выпьем пока кофе.
Чувствую, что он хочет поговорить.
Мы спускаемся на первый этаж больницы к кофейне.
- Не обращай на неё внимание, с Изумруд я обязательно разберусь. Сначала нужно разобраться с девочкой. – Видимо и он чувствует напряжение между нами.
- А что потом? – беру стаканчик кофе из его рук, делаю глоток крепкого напитка. Меня потряхивает после нескольких минут наедине с этой женщиной. – Заберешь девочку себе?
- Наверное. Не знаю. – Чувствую впервые за это время, что я не готова стать матерью чужому ребёнку. Понимаю, что ребёнок не виноват в ситуации, и Демид тоже. Но ещё, я не понимаю, что мне делать со всем этим. – С одной стороны я не хочу… ребёнка от Изумруд, не после всего того, что случилось. Но с другой, это мой ребёнок и он мой, понимаешь? Я ни за что не отпущу дочь, не откажусь. И жить отдельно от своего ребёнка не буду. Когда я был маленький, отец жил некоторое время отдельно от нас с мамой, считая, что так лучше для нашей безопасности. Это было худшее время в нашей жизни, поэтому я не хочу, чтобы мой ребёнок пережил то же самое.
- Понимаю, а ещё понимаю, что ты не сможешь лишить ребёнка матери, поэтому оставишь Изи рядом с дочерью и с собой. – Допиваю остатки кофе залпом, напиток повышает во мне возбуждение. – И тогда, какое место остаётся для меня? Покорного наблюдателя за семейным счастьем?
- Принцесса! – Демид перехватывает меня, ловит дрожащие руки. – Твоё место рядом со мной.
- Мне хочется в это верить, Дэм. Но Изи стояла в начале наших отношений, как бы она не встала в самом конце.
- Ника. Малышка. Давай отложим этот разговор хотя бы до вечера. – Хочется огрызнуться, но беру себя в руки. Демиду тоже сложно, я дам ему время, но и топтать себя не позволю, если он впустит Изи в нашу жизнь, я выпорхну из неё.
Время начинает тянуться невыносимо долго, Демиду трудно разговаривать в такие минуты, его мысли где-то далеко от меня, а я просто не хочу.
Пока мы сидели в кафетерии, мама написала мне несколько сообщений, но я не нашла в себе силы ответить ни на одно из них, что мне ей сказать?
Ой, мама, объявилась бывшая Демида, и мы ждем тест на отцовство? Или что мы помирились с мужем ради того, чтобы расстаться из-за его воскресшей бывшей?
Боюсь, что, если отправлю такое сообщение, отец наплюёт на всё и будет на Майорке через три часа, задушит Демида собственными руками. И тогда я стану вдовой.
- Я пойду проверю как там всё, подождёшь меня здесь?
- Конечно, не буду мешать счастливой семье. – Язвлю, стуча пальцами по столу. Демид гримасничает. – Не переживай за меня, если что найду горячего испанца, проблем не будет.
- Откушу язык тебе, слышишь? – Последнее он бросает уже в дверях, заставляя меня улыбнуться. Пока ещё ревнует.
Какое-то время я просто сижу, потом начинаю гуглить статьи – как вести себя с ребёнком мужа, забираюсь на женские форумы, ужасаюсь их неадекватностью и выключаю телефон.
Вместе с щелчком блокировки экрана раздаёт характерный, хорошо знакомый хлопок. Это выстрел. Я вскакиваю на ноги моментально, испытывая бешеный прилив адреналина.
Так, куда бежать? В каком направлении?
Не долго думая, решаю отправиться на поиски Демида. Уже взбегая по лестнице, я слышу отчётливо хлопки выстрелов и шум борьбы, наверху трещит мебель, стёкла…
С моей стороны смело бежать в эпицентр событий, но мысль, что с Демидом может что-то случиться, прочно заседает в мозг и не даёт мне прислушаться к инстинкту самосохранения.
В конце лестницы я натыкаюсь на высокую фигуру смуглого парня в костюме, слишком тесном для такого амбала. Наш или не наш – проносится в голове вопрос.
Когда он грубо хватает меня за горло, понимаю, не наш. И с ним нужно что-то делать.
Перед глазами проносится вся жизнь, от страха я сжимаюсь, даже не могу выкрикнуть ничего. Просто стою и позволяю ему душить меня одной рукой.
Папа учил меня всегда в критической ситуации сохранять спокойствие, в потасовке побеждает не сила, а ум, нужно оставаться хладнокровным и дальновидным. Дал бы он ещё инструкцию, как правильно это делать.
Перед глазами становилось всё темнее и темнее.
На втором этаже всё ещё идёт перестрелка.
- Не хрена себе, ты тут такую шикарную птичку подцепил. – Раздалось на испанском позади душителя. – Отпусти её, пусть это будет наш подарок за хорошо проведённую операцию. Прибить её мы всегда успеем.
- Нет. Босс чётко сказал покончить со всеми, особенно с итальянской сучкой. – Я стала отключаться, ноги подогнулись.
Неожиданно кто-то отдёрнул от меня руку, высвобождая от захвата и позволяя упасть на пол. Я тут же зашлась кашлем, жадно ловя воздух и судорожно ощупываю горящую шею. Было невыносимо больно.
- А у тебя когда-нибудь была такая шикарная баба?
- Проблем больше, чем удовольствия.
- Что она сделает? Муженёк её сдох. Вито ему пулю прямо в сердце засадил.
Не верю своим ушам, это галлюцинация, они не могли убить Демида, нет. Глупость несусветная. Такие, как Демид не умирают, тут столько его людей, они не позволили бы его убить.
Поднимаюсь на колени, опираясь о холодный пол.
Не успеваю поднять голову, как меня скручивают, руки связывают трубкой для капельницы, пластик больно врезается в кожу.
- Отпустите. – После кислородного голодания у меня почти не было сил и перед глазами до сих пор плыло.
- Вот это формы, мама мия. – Меня шлёпают по попе, я брыкаюсь как строптивая лошадка. Они ведь не серьёзно? Демид ведь жив? – Оттащи в машину и закрой ей в рот, чтобы не орала и внимание не привлекала.
+++
Промокод на книгу "Не спорь со мной" - 06U9fktI
Глава. Похищение.
Здоровый мужик, пахнущий порохом и дешевым одеколоном, закинул меня на плечо и потащил вниз по лестнице, вцепившись толстыми пальцами в попу.
- Демид! – Набираю в лёгкие воздух и начинаю истошно кричать. Сознание разрывалось от понимания, что меня уносят в неизвестном направлении. – Дэм! Д-э-э-эм!
Здоровяк вытащил платок и засунул его мне грубо в рот, не останавливаясь. Я попыталась выплюнуть хлопковую тряпку, но ничего не получалось, как бы я не старалась.
- Не рыпайся. – Мужчина скинул меня с плеча на улице у машины, я ударилась больно о горячий металл, обжигая оголённый участок кожи на руке. – Забирайся внутрь.
Дёргаюсь, пинаюсь, пытаясь выиграть время, но Здоровяк хватает меня за горло, причиняя адскую боль. У меня из глаз брызгают слёзы.
- Ты жива только потому, что приглянусь Мамедову. Не рекомендую выпендриваться, в любой момент прихлопну как твоего мужа.
- Шука! – Мне удаётся выплюнуть платок на половину.
- Давай, двигай булками.
Пытаюсь упираться, ломаю ногти, но Здоровяк сильнее. Он с лёгкостью засовывает меня в душный салон седана и садится рядом. Не успеваю толком рассмотреть салон, как к носу мне прикладывают мокрую тряпку со сладковато-горьковатым запахом.
Глаза сами собой закрываются, и я засыпаю.
Прихожу в себя в тёмной комнате, напоминающей кабинет – мастерскую. Меня положили на кожаный диван, а руки привязали к ножке, с расчётом, что я не смогу сдвинуть его с места и сбежать.
За столом сидит грузный молодой мужчина кавказской национальности, он тщательно мастерит что-то блестящее, напоминающее бриллиантовый браслет. Мужчина похож на волосатого медведя, грубый и не поворотливый, не толстый, но очень широкий. Про таких говорят, человек с широкой костью.
- Очухалась? – спрашивает он на русском, узнаю его голос, это он вынудил душителя меня отпустить. – Надолго тебя вырубило.
Горло отекло после удушения, дышать было больно, не то, чтобы говорить. Я попыталась прикоснуться кончиками пальцев до посиневшей кожи, нужно было понять масштаб бедствия. Насколько сильно мне досталось.
