прикрыл глаза, ведь темный сурии не наклонился вперед, не сгорбил плечи: он восседал идеально ровно. Но Нуска был уверен – правитель провалился в неглубокий сон, пока бдел над ним.
Он опять не спал, верно? Интересно, сколько, раз так просто уснул возле больного лекаря.
Нуска решил не будить Сина. Пусть отдохнет, раз вымотался. Лекарь просто перевернулся набок и начал рассматривать лицо этого необычного человека, который держал в руках власть над Скиданом, а сейчас выглядел настолько умиротворенным и беззащитным.
Он ли убивал лесных одного за другим?
И свергнул эрда Фавэра и воцарился на престоле?
Повел войска на Дарвель и одержал победу?
А теперь спас Нуску и караулил возле его постели?
В глубине души хаванцу было лестно от того, что сам правитель беспокоился о нем. Лекарь протянул руку и коснулся колена Сина, но его пальцы сразу перехватили. Эрд, который ни на секунду не терял бдительность, проснулся. На мгновение в заспанных глазах отразилось волнение, и Нуска даже порадовался шансу увидеть эмоции на этом холодном лице.
– Лекарь Нуска, как самочувствие?
Син сразу же взял себя в руки и вновь выглядел отстраненным.
– Словно по мне несколько суток топтались скиры, а затем меня заставили обежать весь Скидан вдоль границы, – хмыкнул Нуска, но тут же приподнялся и сел напротив правителя.
– Если все так плохо, то лежи. Усли, отряд стражи и несколько лекарей уже прибыли в Карбор. Мне позвать лекаря?
– Нет уж, спасибо, я и сам способен зализать свои раны, – поморщился Нуска и отвернулся. Одно упоминание этих напыщенных хаванцев его раздражало.
– Ты уверен? Тогда приступай, – хмыкнул Син и откинулся на спинку стула.
– Вот и приступлю, – проворчал Нуска и поднес ладони к голове. Почему-то на этот раз энергии в каналах было чересчур мало, а по правой руке она и вовсе отказывалась течь. Потому уже через несколько секунд лекарь устало уронил руку на матрац.
«И что мне с тобой делать? Теперь не только уродливая, но и бесполезная».
Разорвало каналы именно на той руке, которую Нуска обжег в племени лесных, спасая дочку Мишры. Лекарь так пристально вглядывался в искалеченную конечность, пока лечил себе голову другой рукой, что Син вдруг навис сверху и прикоснулся пальцами к распростертой ладони Нуски. Эрд нахмурился и поднял на хаванца взгляд.
– Как это произошло? Почему я не чувствую дэ в этой руке?
– Сам не знаю. Видимо, нужно время на восстановление, – безучастно пожал плечами Нуска и отвернулся. Ему не нравилось, что Син настолько холоден и собран. Хотелось вывести его из себя и снова увидеть этот взволнованный, испуганный взгляд.
Син только больше нахмурился, а потом зачем-то присел рядом на кровати и погладил пострадавшую ладонь. Лекарь попытался отдернуть руку, но ему не позволили.
Эрд с сосредоточенным лицом изучал запястье и пальцы, явно пытаясь прощупать каналы. Его лицо становилось все сложнее и сложнее, пока он наконец не выдохнул, склонившись над собственными коленями.
– Ты думаешь… это пройдет? – выдавил он.
– Да что со мной сделается? Выздоровею и даже не замечу.
– Это тоже произошло во время битвы в Подземном городе? – В голосе Сина слышалось раздражение.
Нуска на секунду заволновался: может, не стоит провоцировать эрда лишний раз?
Или… стоит?
– Да. Кстати, вы же ничего не сделали Хайе? Если бы не он, то я погиб бы еще раньше, – как ни в чем не бывало стал болтать Нуска, а затем стянул с себя чистую рубаху, в которую его переодели.
Касаясь рукой собственного торса, лекарь начал исцелять внутренние повреждения, но продолжил буравить правителя глазами. Взгляд Сина моментально метнулся к плечу Нуски. Эрд сощурился.
– С каких пор карборские твари кусают людей за плечи, а не сразу отгрызают половину туловища? – вдруг выдал Син, но тут же нахмурился, явно жалея, что не смог сдержаться.
– Никто и не говорил, что это была карборская тварь, – хмыкнул лекарь и, приподняв брови, продолжил внимательно изучать лицо эрда.
Син молчал. Он отвел взгляд, стараясь сохранить самообладание, но Нуска уже чувствовал, как потяжелел воздух, треща и искрясь возле лекаря, использующего светлую дэ.
«Вот же… Как заставить его хоть как-то отреагировать? Я всего-то никому не известный лекарь. Трибуналом попахивает…»
Нуска до сих пор находился под впечатлением от излюбленной угрозы Вильны. И боялся сделать что-то не так, но…
Но тут эрд подорвался и направился к выходу. Видимо, не смог больше смотреть на тело Нуски, на котором виднелся этот след. И тогда лекарь вскочил и врезался правителю в спину. На самом деле Нуска не планировал предпринимать что-то настолько дерзкое и неприемлемое, но его ноги с непривычки подкосились, и он повис на Сине.
Эрд застыл, застигнутый врасплох. Видимо, он и сам не ожидал подобной выходки от Нуски.
– Гм… Эрд, простите, я просто чуть не упал и… – внезапно замямлил Нуска и сам удивился тому, насколько неуверенно и тихо звучал его голос.
– Я помогу тебе добраться до кровати. А затем пойду. Слишком много дел требуют моего внимания, – холодно ответил правитель.
Что он может сделать, чтобы эрд вышел из себя? Что он должен сказать, чтобы этот кремень растерял последние крупицы самообладания?
– Эрд, вы так уверены, что я поеду с вами? Вы ведь видели… – Нуска демонстративно толкнулся плечами в напряженную спину.
– Что же я видел? – прошипел Син. Наконец лекарь почувствовал, как все тело правителя напряглось, а легкая дрожь прошла по предплечьям.
– Вы хотите обвинить меня в развязном поведении? Но какое вам дело до моей личной жизни? – усмехнулся Нуска.
А дальше все произошло слишком быстро. Лекарь зажмурился, а затем заткнул себе рот ладонью: острые зубы эрда впились в его плечо поверх предыдущего укуса.
Глаза Сина потемнели. Было заметно, что он потерял над собой контроль, а темная дэ ударила в голову. Когда он чересчур сильно сомкнул челюсти, Нуска не сдержался и простонал. Только тогда эрд очнулся. Пелена спала с его глаз, и он, приходя в себя, в ужасе уставился на окровавленное плечо Нуски.
– Я… Я не собирался… – начал оправдываться он.
Глаза лекаря хитро блеснули. Он сел на кровати и потянулся к Сину. Мужчина отпрянул было, как от огня, но Нуска держался крепко. А затем лекарь приник к правителю и, опустив голову, прошептал:
– Желаю вам как можно быстрее расправиться со своими делами.
Син выглядел так, будто испытал за одну секунду самые неописуемые страдания в своей жизни. Его лицо приняло такое выражение, будто он вступил в битву со всем миром: сражался насмерть и из последних сил не сдавался. Настолько тяжело
