Лишившись её компании и видя, что Анаквий мрачно сидит в своём кресле, потягивая вино из своего неизменного кубка, он всё же решился заговорить с Келиной, так как молчать было бы ещё более неловко.
— Я рад, что вы вернулись в целости и сохранности, принцесса, — сказал герцог. — На дорогах нынче неспокойно.
Коргий знал, что ему придётся однажды с ней столкнуться, но не хотел думать об этом заранее. Пусть он и отверг её после трёх месяцев помолвки, всё же день свадьбы не был объявлен… Хотя он и понимал, что это слабое утешение. Просто герцог надеялся, что с течением времени Келина сможет его простить. Ведь она всегда была тихой и понимающей.
Принцесса сидела с гордо поднятой головой и величественно смотрела на него. Выслушав его приветствие, она коротко кивнула и поддержала тему.
— Я тоже рада, что вы добрались невредимым.
Келина же глядя на своего жениха, вдруг подумала, что даже не переживает. Как она раньше боялась его встретить и посмотреть на его высокомерную или снисходительную улыбочку? Ведь это её бросили, а он всегда был на коне. Но сейчас она поняла, что после всего того, что пережила… Встреча с врагами, побег из Сенкины, пленение королевой Шаторией, сражение с её стражниками, собственноручное убийство двух человек. И самое главное — принц Альдан. Уж этот спокойно заткнёт такого как Коргий Зеленовский за пояс. Если она выстояла против такого негодяя, что ей теперь какой-то герцог?
И сейчас этот человек, сидящий напротив неё, казался всего лишь мелкой неприятностью. Да, он перекрыл ей путь к трону, но сам по себе он совсем не такой страшный, как ей раньше представлялось. И ничего кроме равнодушия, она к нему больше не чувствовала…
— Как ваше путешествие? — между тем пытался как-то начать разговор герцог, чувствуя непонятную неловкость. — Я слышал, вы навещали мою восточную соседку.
— Королеву Шаторию, да, — кивнула Келина, продолжая его разглядывать. Она ждала, когда внутри неё хоть что-то ёкнет. — Но сейчас там уже королева Ласкита.
— Что? Её величество Шатория умерла? А вроде на здоровье не жаловалась, — удивился Коргий и тут же задумался о вечной проблеме с территорией. Может, сейчас удастся с неопытной девочкой, которая стала новой правительницей королевства, обсудить эти вопросы.
— Её убили во время переворота, — сказала Келина, так и не найдя в себе никакой реакции. Более того, герцог стал её утомлять.
— Переворота?! Как? — опять удивился герцог.
— Вероятно, это мужские темы, и вам лучше это обсудить с королём, — она бросила взгляд на хмурого отца. — Как хрупкая принцесса может участвовать в таком, так, отец?
Анаквий то-то буркнул, а Келина поднялась.
— Пожалуй, я лучше пойду, найду сестру, а то она могла попасть в какие-нибудь неприятности. Мы же, принцессы, такие беспомощные.
И, не дожидаясь реакции, величественно вышла из комнаты.
Король продолжал что-то ворчать себе под нос, не забывая подставлять кубок, чтобы ему доливали напиток. Коргий же впервые почувствовал себя по-настоящему неловко. Он считал себя самым важным человеком здесь, а вышло так, что все его игнорируют. Но, в конце концов, герцог смог взять себя в руки и заговорить с королём.
Анаквий, который всё ещё обдумывал, что ему делать со своими дочерями, сначала неохотно отвечал, но потом завязался разговор, и он отвлёкся от своих забот. По крайней мере, смог обсудить с зятем новую политику по отношению к Алекиону, которым, судя по словам дочери и сэра Абретиса, королева Ласкита намерена править железной рукой.
И только Олея радовалась сегодняшнему вечеру, особенно её веселили пересказанные Виром события в гостиной после её ухода. Она намеренно оставила его среди пажей, и тот всё видел своими глазами. Она требовала и требовала, чтобы он заново описывал то, как сестра, игнорируя бывшего жениха, пререкалась с отцом, после чего и вовсе ушла без дозволения.
Это был один из приятнейших событий последних дней.
Аккес добрался до Сенкины, когда Альдан уже успел вернуться и даже получить выговор от Эгранта за то, что ослушался приказа. Так что он совсем не ожидал гнева от того, кто обычно не проявлял интереса ко всему, что не имело отношения непосредственно к Дракону… или к жрице.
Аккес же ворвался к нему в комнату в тот момент, когда он поправлял широкие манжеты своего сюртука.
— Я вижу, ты благополучно вернулся, Альдан, — сказал тот, скидывая свою маску и пристально смотря на друга.
— Хех. Я надеялся, что ты не будешь слишком сердиться по возращении, — сказал он, удивлённо рассматривая вошедшего и опять сосредотачиваясь на манжетах. — В конце концов, с какой стати тебя беспокоит то, что я вдруг решил посетить кого-то?
— Возможно, мне стоило раньше побеспокоиться, — сказал Аккес, проходя в его комнату и присаживаясь в кресло. Взглядом он продолжал сверлить хозяина комнаты. — Какое обещание ты потребовал от королевы разбойников?
— Что? — Альдан обернулся и внимательно посмотрел на друга, забыв даже о своих манжетах. — Она тебе что-то сказала?
Аккес молчать в ожидании ответа.
— Как ты вообще об этом узнал? — раздражённо сказал Альдан, продолжая показательно заниматься своим гардеробом, но потом вздохнул и повернулся к нему. — Хватит смотреть так. Ты наверняка и сам знаешь ответ.
— Я хочу услышать.
— Я заручился её поддержкой, — начал говорить тот, очень осторожно подбирая слова. — Чтобы в случае чего она смогла помочь нам воинами.
— В случае чего? Разве Деко не затеял всё это ради того, чтобы не было больше войн?
— Надо быть готовым ко всему! — резко сказал Альдан, хмурясь. — Даже ты не сможешь выстоять против настоящего подготовленного войска. До этого нам везло только потому, что никто не был готов к нашему нападению. Талемские войска всегда несли бо́льшие потери, чем наши противники. Они необученные и понятия не имеют о дисциплине. И если будут стычки, то мы проиграем даже с тобой на нашей стороне. Поэтому я и хотел заполучить союзника. Чтобы хоть кто-то мог уравновесить наши силы.
Аккес продолжал молча смотреть на него. Он не чувствовал лжи в словах Альдана, но что-то не давало ему покоя. Его слова вполне всё объясняли. И вроде придраться не к чему, но не пропадало ощущение некой недосказанности. Самое противное состояло в том, что нельзя получить ответа, пока не задашь правильный вопрос. А его у него тоже не было.
— Твои планы всё равно разрушены. Принцесса устроила переворот, и старая королева теперь мертва. Ты не получишь своей армии.
— Ласкита? — растерялся Альдан. Вот это, конечно, неожиданно. Несмотря на удивление, он старался сохранять бесстрастное выражение лица.
