чтобы его оставили в покое! Однако порыв сдержал: он и прежде не вел себя как юнец, будучи капитаном «Братьев». А уж теперь вовсе не следует.
— Что мы можем им предложить? — настороженно поинтересовался Эмрис. Йорв в ответ на это расплылся в неожиданно коварной усмешке:
— Правильнее сказать, что вы хотите им предложить, мой лорд.
— Не понял?
— Видите ли, — начал Йорв, сопроводив свои слова неторопливым движением к окну. Эмрис был уверен: потом пойдет обратно. Известный маршрут. — Получив от вас указание сосредоточиться, прежде всего, на повышении безопасности вашего замка и, шире, вашей крепости, я почти не занимался внутренним убранством. Почти не занимался, да. Вот незадача. — Йорв сокрушался, винясь, так сильно, что Эмрис даже задумался: не утешить ли его? — Взял на себя смелость, так сказать, распределить приоритеты…
— Ты можешь сказать толком? — вздохнул Эван. Йорв заткнулся молниеносно и вперился в Железного взглядом, полным ликования.
— В женской половине еще даже пыль с мебели не стряхивали.
Эмрис не сразу сообразил, но, когда осмыслил, расплылся в ухмылке.
— О, какая досада! Как жаль, что у меня тут совсем нет условий для комфортного проживания высокородных дам! Бедные дочери из знатных семей! Прискорбно, прискорбно.
— Еще прискорбнее, что двух-трех дней никак не хватит, чтобы привести крыло в приличный вид, господин. Разве что какую-нибудь одну, небольшую комнатку. Есть тут одна, знаете, в ней раньше служанка предыдущей баронессы Редвуд жила.
— Комната служанки? — Глаза Эмриса тоже блеснули — наконец, надеждой. Не потому, что он окажет самый ужасный прием в истории, но потому, что кажется, ему попался сообразительный человек из местных, который понял, что ему, Эмрису, расшаркивания знати, прежде всего, чужды. А даже когда от них будет не отвертеться, Йорв, возможно, подсобит ему и с этим. Раз уж он застал его предшественников.
— Погоди-ка! — Опомнился Железный. — Ты застал предыдущих баронов Редвуд?
Йорв наклонил узкую голову:
— Совершенно верно. Я живу в замке еще с тех времен, когда Редвуд был частью графства Ворнли. Ну то есть я поселился здесь еще раньше, чем регентша Фридесвайд подарила кусок этих земель Хаделинду. Су… Создатель знает зачем, — быстро поправился Йорв.
Эмрис сощурился, оглядывая Йорва с головы до пят.
— Ничего. Я человек простой, можешь иногда выражаться покрепче.
Йорв неожиданно хмыкнул:
— Я уж думал, вы скажете, что человек простой, так что свой кусок земель еще вырвете назад даже голыми руками из кипящего котла.
Железный пожал плечами:
— Кто знает. Пока мне бы разобраться с тем, что есть! — Он безотрадно поглядел на управляющего. — И как Иде… в смысле, леди Греймхау ухитрилась привести к порядку целое герцогство?
— Ну-у, — расплылся Йорв. — Очевидно, на это ушел не один год. К тому же, если верить общим сплетням, Греймхау никогда не был в таком запустении как Редвуд, и уж тем более никогда не выходил из-под императорского контроля. По крайней мере, с тех пор, как вошел в состав Деорсы. Но я на самом деле не историк, и знаю только, что говорят или говорили.
Железный слегка сдулся — речь заходила о теме, которую на данном этапе он бы больше всего хотел игнорировать. С некоторой осторожностью, за которой слышалась надежда на отрицательный ответ, Эмрис заметил:
— Эм, Дохлый, я говорил тебе узнать, что возможно о герцогстве Греймхау. Есть продвижения?
— Пока нет. — Эван мотнул головой. «Слава Создателю!» — взмолился в душе Эмрис.
— Я понимаю, что дело не мое, — начал Йорв вполголоса и как бы между прочим, — но, мне кажется, вам для начала стоит хотя бы поверхностно изучить историю собственного баронства. У меня есть пара знакомых правоведов, я могу послать за ними. Они привезут книг и всего такого. Обустроим библиотеку, как водится, подходящую владениям лорда. А то Норг, оно понятно, не озадачивал себя аристократскими удобствами. Там уж поручите им покопать под Греймхау, раз вам нужно. Хотя, справедливости ради, эрцгерцогиню вполне можно заполучить в союзники. Она, говорят, довольно гибкая против отца и на короткой ноге с императором. Полезные связи.
«Еще какие» — подумал Эмрис с непонятной даже ему самому интонацией.
Железный сделал не особо уверенный повелевающий жест: давай, тащи сюда своих крючкотворцев!
Когда Эван и Йорв вышли из кабинета барона, Эмрис немного поводил плечами, взглянул на распластанное на столе письмо от Идель и широко улыбнулся. Не стоит, наверное, обнажать это перед остальными. Их дружественного настроя с Идель. Во-первых, чтобы не давать им знать, что у него на уме. Во-вторых, чтобы не трепать ее имя, тем самым, подливая масла в огниво ее репутации.
Но так или иначе, она написала ему. Сама. И обещала помочь. И, быть может… Быть может, это довольно неплохо. Жаль только, что до визита барона Данворта с ней никак не связаться, а значит вот тут, где ему особенно была бы нужна поддержка, Железный мог рассчитывать только на себя.
Глава 27
Идель снова проснулась от того, что, пугаясь женского вопля сквозь сон, ее растолкала служанка. Идель вскинулась на постели и схватилась за тонкую ткань на груди.
— Госпожа, — осторожно позвала служанка, отодвинувшись от леди. — Дать вам воды?
Грудь Идель ходила вверх-вниз, огромные, расширенные глаза, не моргая смотрели перед собой.
— Я позову докто…
— Не смей! — гаркнула Идель. Никаких докторов. Она не хочет видеть никаких докторов. Где были эти доктора, когда арбалетный болт вонзился Нолану в шею?!
— Миледи! — Наплевав на всякую субординацию, ворвался Рейберт. Во избежание проблем, он давно оборудовал себе топчан в комнате напротив покоя эрцгерцогини, знатно потеснив недовольную прислугу. — Миледи, — повторил и бросился к Идель.
Увидев Рейберта рядом с ложем, Идель немного пришла в себя. Отвернула голову в противоположную сторону, к окну. Рассветный луч, пробивавшийся сквозь стрельчатое окно, мерцал цветами побежалости, и Идель могла различить в нем зависшие в воздухе пылинки.
Пальцы женщины на груди разжались сами собой.
Увидев перемену, Рейберт позвал снова.
— Леди Идель?
Та обернулась. Выражение ее глаз стало иным. Словно бы Рей был невыделяемой частью окружающего пространства, и Идель, глядя прямо на него, никак не могла сфокусироваться, проследить черты мужчины или даже его контур.
Идель захотела что-то сказать — сделала странное, непонятное движение челюстью. Забавно, что сейчас ей, чьи крики будят замок каждую ночь, не подчиняется голос. Хотя, ничего удивительного.
Идель качнула головой в сторону двери и кое-как выговорила:
— Подожди меня. Я хочу прогуляться.
— Сейчас? — всполошилась служанка. — Еще очень рано, госпо…
— Сейчас. — Идель откинула одеяло и свесила ноги с постели. Рейберт направился к себе: ему тоже надо одеться, а то, вскочив под вопли Идель, он рванулся к
