class="p1">Все застыли в ожидании. Даже сердце Сейхан забилось сильнее, как будто в такт этому темпу.
А затем старый шнур «ревущего быка» лопнул. Кусок дерева, кружась, взлетел высоко над палубой.
Все стояли, глядя, как вместе с ним улетают все их надежды.
Юн вскочил и, вскинув руку, поймал трещотку в воздухе, продемонстрировав свою молниеносную реакцию. Сейхан сомневалась, что смогла бы поймать ее так же ловко.
Юн приземлился и опустил руку. Выйдя на открытое пространство, он протянул деревяшку Кадиру Нумери.
– Спасибо, – сказал директор. – Мне следовало додуматься, что нужно заменить старую веревку. – Он повернулся к Сюэ. – Я могу сделать новую. Но она должна быть нужной длины.
Что и было быстро выполнено. Была найдена леска и пропущена через просверленное в деревяшке отверстие. Была отмерена нужная длина, а на одном конце сделана ручка в виде петли.
Они попробовали снова. Через пару мгновений Кадир начал крутить трещоткой. Он размахивал рукой, ловко направляя запястьем полет острия.
Инструмент вскоре подтвердил свое название, когда его тембр превратился в оглушительный рев. Своими более резкими обертонами он пронзал барабанные перепонки Сейхан, а его басовые звуки ощущались в груди. Это действительно звучало как рассерженная бензопила, но достаточно ли громко?
Кадир Нумери тяжело дышал, на лбу у него выступил пот.
Взгляды присутствующих переместились с него на окружающее их водное пространство. Увы, никакой реакции не последовало. На востоке продолжал полыхать огненный монстр. Из мрака доносились далекие залпы других извержений. Воду сотрясли несколько толчков.
– Ничего не происходит, – простонала Гуань-инь.
Сейхан была разочарована, но не удивлена.
Она посмотрела вниз: рядом с корпусом появился еще один колючий шар. Он хлестал шипами о борт лодки, но стекловолокно сопротивлялось его огненному прикосновению. Несколько шипов отломились. Они выглядели почти как коралловая ветвь, лежащая в музейной шкатулке.
Взбиваемый крутящимся шаром, слой пепла приоткрылся, показывая воду и как будто приглашая заглянуть в морские глубины. Внизу, переливаясь синими и огненно-красными всполохами, крутился водоворот огней.
Сейхан прищурилась. Но в следующий миг за ее спиной раздался треск сухого дерева.
Она вздрогнула и обернулась. Рев тут же оборвался.
Кадир Нумери вскрикнул. В присутствующих полетели щепки. Самая большая высоко взлетела, пронеслась над их головами и упала в море. Упав на один из «плотов» пемзы, она заскользила по слою пепла и наконец остановилась.
У них на глазах одна из шипастых плавучих мин коснулась ее и вновь ушла под воду. При ее прикосновении обломок дерева вспыхнул, окутался клубом дыма, а через мгновение полыхнул пламенем.
Директор музея опустился на колени:
– Возможно, трещотка была слишком сухой или в ней имелась скрытая трещина…
Хэн попытался утешить его, но его слова оказались бессильны.
– Это все равно не работало.
Сейхан оглянулась на подрагивающий пепел и вспомнила проблески огней под водой. Она обернулась, чтобы что-то сказать, дать надежду, однако роль утешительницы подходила ей плохо.
Крик заставил ее замолчать.
– Хватит цацкаться с ними! Убейте их всех! – крикнул на мандаринском диалекте капитан Вэнь.
Грянули выстрелы.
Сейхан низко пригнулась и выхватила свой «Глок».
Чжуан бросился вперед, чтобы загородить собой Гуань-инь. Пуля попала ему в плечо. Во все стороны брызнула кровь. Сила выстрела отбросила его назад, на мать Сейхан. Гуань-инь перелетела через перила и рухнула в море.
34
24 января, 13 часов 50 минут
Тихий океан, 600 миль к северо-востоку от Окленда
Со скованными за спиной руками Монк шагал по длинному коридору, протянувшемуся через нутро «Титана-Икс». По бокам от него шли двое коммандос, оба с пистолетами QSZ-92 в руках и винтовками на плечах, оба в полном боевом снаряжении, включая шлемы.
Монк знал зловещую причину, по которой его утащили с маленького мостика яхты. Час назад он услышал прибытие огромного корабля – посадочного вертолетного дока. Его тяжелые двигатели сотрясали корпус «Титана-Икс». Один из его похитителей достаточно бегло говорил по-английски и смог объяснить, почему Монка перемещают. Как только капитан Цзе Дайюй вернется из погружения, китайцы взорвут яхту и потопят ее со всеми, кто остался на борту. Но Монка – как сотрудника УППОНИР – переведут на вертолетный посадочный док, который доставит его в некий неизвестный пункт назначения в Китае.
Тем не менее он воздержался от попыток сопротивления.
«Я ждал этой возможности два долгих часа».
Его руки были связаны за спиной, и он незаметно отстегнул искусственную руку от магнитных креплений на запястье. Как и все остальные, его конвоиры приняли титановый скелет, обтянутый выращенной в лаборатории кожей, за нормальную руку.
Наручник соскользнул с его левого запястья. Монк кашлянул, прикрывая легкое звяканье стальной цепи. Зажав протез здоровой рукой, заставил механические пальцы согнуться. Даже с отсоединенной кистью беспроводной кортикальный имплантат позволял ему отдавать протезу команды и манипулировать им.
Убедившись, что все работает, Монк пришел в движение. Метнувшись к конвоиру, шагавшему слева от него, он резко вскинул искусственную руку к его шее. Механические пальцы сжали китайцу горло. Их силы хватило, чтобы сломать ему гортань. Задушенный железной хваткой, китаец даже не пискнул.
Внезапное нападение, тем более со стороны связанного пленника, застало второго конвоира врасплох. Выхватив у первого китайца пистолет, Монк, когда второй повернулся, ткнул дуло ему под подбородок и нажал на спуск. Раздался приглушенный выстрел. Шлем на голове китайца не дал крови забрызгать стену.
Оба боевика рухнули на пол одновременно.
Монк засунул пистолет за пояс, выдернул руку и вставил ее на место. Затем затащил обоих конвоиров в боковую каюту. Оказавшись там, он снял с задушенного солдата боевую броню и шлем и быстро облачился в снаряжение. Он надеялся, что, если не поднимать головы и смотреть вниз, в черно-синем камуфляже его никто не узнает.
Выйдя в холл, он повернулся лицом к корме и представил себе гигантскую стеклянную сферу Научного городка. Все пленники находились там под охраной китайских коммандос.
Покачав головой, Монк повернулся и направился в противоположную сторону, дав себе молчаливое обещание: «Я сделаю все, что смогу».
Тем не менее Коккалис знал: есть и другие, которым он ничем не может помочь.
13 часов 52 минуты
Как такое может быть?
Фиби как зачарованная смотрела в иллюминатор. Последние сотни метров свободного падения «Корморана» она сидела затаив дыхание. Через полтора часа после входа в трещину они приблизились к ее дну. Гидролокатор предупредил их, чего им ожидать, но представшее их взорам зрелище все равно заставило всех ахнуть.
Стены трещины разошлись в обе стороны, открывая взгляду бездонную пустоту – как под ними, так и вокруг них. Они как будто провалились в открытый космос. Вокруг них мигали и вспыхивали ослепительные огни. Вместе
