причастна к его смерти. Мне нужно было выяснить, есть ли предатель среди наших людей. Конечно, у меня были свои подозрения.
— Как ты себя чувствуешь? — она коснулась моей груди, будто я нуждался в утешении.
Я не чувствовал ни капли печали по поводу смерти отца. Увидев его лежащим в собственной крови с открытыми, пустыми глазами, я не почувствовал ни капли эмоций, которые вызвал во мне вид синяков Арии.
Я погладил Арию по плечу, затем слегка провел пальцем по следам укусов на ее горле.
— Облегчение.
Ария наклонила голову.
— Потому что ты теперь Капо?
Потому что отец никогда не сможет навредить Арии, потому что мне не придется самому убивать этого человека, чтобы защитить ее. Он, наконец, ушел, и я сделаю Фамилью более сильной и лучшей.
— Да, — сказал я. Я наклонился и поцеловал ее в лоб. — Я действительно не сделал тебе больно?
Ария поцеловала меня.
— Ты нуждался во мне, а я в тебе, Лука. — взгляд Арии сломал мою последнюю стену. Я быстро встал.
— Мне нужно разобраться с ситуацией. Фамилья нуждается во мне, чтобы взять все под контроль и раскрыть предателей.
Ария улыбнулась.
— Ты будешь великим Капо. — я ничего не сказал, только посмотрел на доброе лицо жены. Она выскользнула из постели. — Могу я чем-нибудь помочь? Мне составить компанию Нине?
Я отрицательно покачал головой.
— Прими ванну и расслабься. Я во всем разберусь.
Ария кивнула, но я мог сказать, что она была разочарована, но я не хотел, чтобы она была вовлечена в этот беспорядок, пока я точно не узнаю, что произошло, и Нина не нуждалась в утешении больше, чем я. После последнего поцелуя я пошёл в душ. Когда я закончил собираться, то нашел ее внизу в атласном халате, потягивающей кофе.
— Разве Ромеро сейчас не должен быть здесь?
— Черт. — выдохнул я.
Порывшись в беспорядке своей окровавленной одежды на полу, я наконец нашёл свой сотовый. Я взял его в руки. Я переключил его с беззвучного, и у меня было десять пропущенных звонков и бесчисленные сообщения от Ромеро и Маттео, а также от Данте и Скудери.
Отпирая лифт, я позвонил Маттео. Маттео снял трубку после второго гудка.
— Ты что, с ума сошел, мать твою? Я уже несколько часов пытаюсь тебе дозвониться. В чем твоя гребаная проблема?
— Что-то случилось?
— Я должен спросить тебя об этом. — осторожно сказал Маттео. Лифт начал подниматься на его этаж. — Ромеро здесь. Где Ария?
Маттео казался обеспокоенным.
Я взглянул на жену, которая прижимала чашку к губам и с беспокойством наблюдала за мной. Я натянуто улыбнулся ей, и она тут же улыбнулась в ответ.
— Лука?
Двери лифта открылись, и Маттео с Ромеро вышли, двигаясь осторожно, словно ожидая худшего.
Их глаза нашли меня, а затем двинулись за мной. На лице Ромеро промелькнуло неодобрение, губы сжались, но он ничего не сказал. Я мог представить, что он подумал, увидев отметины на горле Арии. Синяк окружал его собственное горло, где я держал его в удушающей хватке.
— Этого не должно было произойти, — сказал я, стараясь не обращать внимания на то, как Маттео изучает меня своим взглядом.
Злые глаза Ромеро ударили меня.
— Я справлюсь с этим.
Я выпрямился. Я бы презирал себя вечно, если бы причинил Арии боль так, как я сначала думал, но Ромеро не имел права критиковать меня, ни сейчас, ни когда-либо.
— Я твой Капо. — тихо сказал я, и эти слова наполнили меня новой целью, странным чувством прибытия. — Если ты хочешь мне что-то сказать, то сделай это.
В конце концов Ромеро отвернулся, но я мог сказать, что он все еще злился на Арию.
— Хотите кофе? — пискнула Ария, как обычно спасая положение.
— Да. — без колебаний ответил Ромеро и подошел к ней.
Я сузил глаза на его выходку, даже если мне пришлось признать, что его защита над Арией была хорошей работой.
Ария спрыгнула с барного стула и направилась к кофеварке.
— Что насчёт тебя, Маттео?
Мой брат покачал головой, его глаза все еще были сосредоточены на мне.
Ария приготовила кофе, когда Ромеро стоял рядом с ней, его глаза задержались на синяках. Ария улыбнулась ему и сказала что-то, чего я не расслышал, и он расслабился.
— Что стряслось? — спросил Маттео, подходя ближе ко мне. — Ария в порядке?
— Ты как думаешь? — пробормотал я.
Он посмотрел мне в глаза.
— Думаю, что даже в слепой ярости ты не причинил бы вреда своей жене.
Я коротко кивнул.
— Мы должны, как можно скорее отправиться к Нине и договориться о встрече с младшими боссами и капитанами. И кто-то должен организовать похороны.
— Не я. Мне все равно, мы можем сбросить тело в Гудзон.
— Дадим задание Нине. Она устроит из этого спектакль ради приличия, — сказал я. И тут я кое-что вспомнил. — Ты рассказал Данте или Скудери о смерти нашего отца?
Маттео покачал головой.
— Ты Капо. Это твоя работа.
Мы вошли в лифт, и я показал Маттео список пропущенных звонков.
— У меня такое чувство, что им сказал кто-то другой.
— Тогда мы должны выяснить, кто это был, и тщательно с ними поговорим.
Его губы дрогнули.
Я кивнул.
Груз, который упал, когда умер мой отец, сменился новым грузом ответственности. Фамилья нуждалась в сильном Капо.
— Ты будешь лучшим Капо, чем наш отец, — сказал Маттео.
• ── ✾ ── •
Мы с Маттео вошли в дом Витиелло. Было странно тихо. Я бы подумал, что Нина уже танцует на столах. Маттео вопросительно посмотрел на меня.
— Нина? — позвал я.
Нет ответа. Мы вытащили оружие и медленно пошли наверх.
— Где охрана? — пробормотал Маттео.
Именно об этом я и спрашивал себя. Нина все еще могла быть целью возможных нападений, если только она не была причастна к смерти отца.
Мы не нашли ее в спальне, когда из коридора донесся сдавленный смех. Мы с Маттео пошли на звук в сторону отцовской спальни и нашли Нину на полу среди разорванной одежды.
В одной руке она сжимала ножницы, а в другой почти пустую бутылку самого дорогого отцовского виски.
Ее тонкая ночная рубашка была забрызгана кровью из ран на руках и предплечьях. Должно быть, она порезалась в пьяном оцепенении, когда уничтожала отцовские костюмы и рубашки.
Она посмотрела на нас слезящимися, расфокусированными глазами.
— Он мертв?
— Он умер в агонии, — сказал я ей.
Нина откинула голову назад и издала еще один сдавленный смешок, который перешел в рыдание.
Она подняла руку с ножницами, чтобы убрать прядь волос со лба. Я быстро схватил ее за
