который был опущен в землю шестью членами мафии. Ария думала, что в глубине души, часть меня чувствовала себя опечаленной смертью моего отца.
Она не знала, что я планировал убить его сам, чтобы защитить ее, и никогда не узнает. Теперь он был мертв. Это все, что имело значение.
Мои дяди продолжали одаривать меня фальшивыми сочувственными улыбками, будто кто-то из нас будет скучать по нему.
После этого все подошли к Маттео, ко мне и Нине, чтобы выразить свои соболезнования и поздравить меня с тем, что я стал Капо. Нина отточила свои фальшивые слезы, прижимаясь к тете Криминелле.
Я старался не спускать глаз с этого места, несмотря на множество охранников, окружавших периметр. У меня было предчувствие, что братва скоро снова попытается устранить меня и Маттео. Сегодня была прекрасная возможность избавиться от многих важных членов Итальянской мафии.
Во время поминок я отвел Ромеро в сторону.
— Возьми Арию и ее братьев и сестер в Хэмптонс. Я не хочу, чтобы они были в Нью-Йорке на сегодняшней встрече.
Ромеро кивнул.
— Полагаю, Умберто отправиться с нами.
— Да, и Чезаре тоже, — сказал я.
Скудери хотел, чтобы его собственные телохранители были рядом, когда его дети были в моем особняке, и я не возражал против дополнительной защиты.
Несколько часов спустя Кавалларо, а также Скудери собрались за столом переговоров в сфере с Маттео и мной, чтобы обсудить растущую угрозу Русских, но, как обычно, они не были очень откровенны с информацией о братве на их территории. С самого начала нашего сотрудничества мы всегда обменивались лишь минимальным количеством информации.
После напряженного совместного ужина мы с Маттео направлялись к моей машине, чтобы отправиться домой, когда позвонил Чезаре.
Чувство страха поселилось в моем животе.
— Чезаре?
На заднем плане послышались выстрелы.
— На нас напали. Братва пытается проникнуть в помещение.
— Отведи Арию в безопасное место. Не позволяйте Русским забрать ее! Мы возьмем вертолет! — крикнул я, уже бегом направляясь к машине.
— В чем дело? — спросил Маттео, усаживаясь рядом со мной.
— Братва нападает на особняк. — выпалил я сквозь стиснутое горло и позвал нашего пилота, чтобы тот приготовил вертолет.
Маттео говорил по телефону с нашими капитанами, чтобы организовать подкрепление.
Как только мы оказались в вертолете, я позвонил на мобильный Арии. Прошла почти минута, прежде чем она наконец подняла трубку, мгновения, которые казались вечностью.
— Ария? Ты в безопасности?
— Они убили Умберто. — прошептала Ария.
Мне было наплевать, кто умрет, пока Ария была в безопасности. Я бы убил их всех своими руками, если бы это означало, что она вернется ко мне.
— Где ты?
Дыхание Арии участилось.
— Ищу Джианну.
Мой желудок опустошился.
— Ария, где Ромеро? Почему он не отвел тебя в убежище?
— Я должна найти Джианну.
— Ария, братве нужна ты. Доберись до убежища. Я беру вертолет. Буду через двадцать минут. Я уже на подходе.
Может быть только одна причина, по которой братва напала на особняк, когда все члены банды находились в Нью-Йорке. Они хотели Арию, потому что поняли, что она была единственным способом добраться до меня.
— Не могу больше говорить, — сказала Ария.
— Ария… — я не успел договорить, как звонок оборвался.
На секунду я не мог ничего сделать, кроме как уставиться на свой телефон.
— Лука? Что она сказала? Джианна с ней? — спросил Маттео, но я проигнорировал его.
Если бы мы были одни, возможно, я бы поговорил с ним, но в вертолете было еще трое мужчин, и я не хотел, чтобы они поняли, как я беспокоюсь о своей жене. Я никогда не чувствовал себя таким беспомощным.
Я потянулся за пистолетом и начал проверять его, чтобы убедиться, что все работает. Я не мог позволить себе думать о том, что может произойти, если братва доберется до Арии. Я доберусь вовремя.
Наш пилот посадил вертолет на лужайке за особняком. В ту же секунду, как мы выпрыгнули из него, пули взмыли в воздух прямо на нас. Мы нырнули за одну из Итальянских мраморных статуй, украшавших сад, и начали стрелять.
Вскоре мы уже пробирались ближе к дому. Я жестом велел Маттео и другим моим людям прикрыть меня. Затем я штурмовал дом.
Я выстрелил первому Русскому в голову, второму в горло.
— У нас твоя жена, Витиелло. Если хочешь увидеть ее в целости и сохранности, лучше остановиться и сложить оружие. — крикнул Виталий.
— Никто не действует, пока я не отдам приказ. Понятно? — прорычал я, пристально глядя На Маттео.
Он кивнул, но я не был уверен, сколько это стоит — в конце концов, Джианна тоже была там.
Попытка сохранить спокойствие на лице была проигранной битвой. Я чувствовал, как под моей кожей закипает ярость, и еще хуже — страх. Я сосредоточился на первом. Показать страх за жизнь Арии перед моими врагами было бы величайшей ошибкой.
Я медленно вошел в гостиную особняка, сжимая в руках оружие. Мои глаза заметили Чезаре, лежащего в собственной крови на полу, широко раскрыв глаза, когда его грудь вздымалась с каждым хриплым вздохом. Я поднял глаза. Его не спасти. Маттео был рядом со мной, но мои глаза сфокусировались на Виталии и Арии.
Он прижимал ее к своему телу, приставляя нож к ее горлу. Я бы расчленил его самым жестоким способом.
— Так это твоя жена, Витиелло? — спросил Виталий с грязной усмешкой.
Он прижал свой клинок к коже Арии, и кровь потекла вниз. Мое сердце ускорилось, страх пронзил меня сильно и быстро. Один удар его ножа мог убить ее, мог разрушить все.
— Отпусти ее, Виталий, — прорычал я в ярости и ужасе.
Я не помнил, когда в последний раз был напуган во время конфронтации. Я не боялся смерти, но потерять Арию… эта мысль разорвала зияющую дыру в моей груди.
Виталий схватил Арию за горло. Ее испуганные глаза встретились с моими.
— Мне так не кажется, — сказал он. — Ты взял то, что принадлежит нам, Витиелло, и теперь у меня есть то, что принадлежит тебе. — Виталий провел рукой по щеке Арии, и я чуть было ее сорвался. Если бы его чертова голова не была так близко к голове Арии, я бы проделал дырку в его гребаном лбу. — Я хочу знать, где это.
Я качнулся вперед, желая разорвать его в клочья, но Виталий снова поднял нож.
— Опусти оружие, или я перережу ей горло.
Ария на мгновение закрыла глаза, смиряясь со своей судьбой.
Неужели она думала, что я откажусь от приказа Виталия, потому что не хочу потерять лицо? Что я откажусь
