над общиной была более ограниченной, чем на Яве. Социальный строй основывался на общинных коллективах, которые в рамках феодального государства сохраняли свою самостоятельность.
Система общин создавалась как переплетение трех типов организации — десы, банджара, субака. Деса, которая, как правило, совпадала с деревней (хотя иногда и она включала в себя несколько деревень или в одной большой деревне было несколько дес), составляла административную, социально-экономическую и религиозную единицу. Ей принадлежали земли деревни, без ее ведома невозможны были отчуждение или передача индивидуальных участков и усадеб. Имелась общественная земля, доходы с которой шли в общинный фонд. Деса выступала как хранительница культа, традиций и обычаев, с которыми были связаны все сельские институты и которые пронизывали всю повседневную жизнь балийца. В отдаленных и горных общинах сохранялась старая система управления — общее собрание глав домохозяйств и совет старейшин. В деревнях, находившихся под влиянием раджей, появился староста.
В состав десы входили территориально-генеалогические единицы — банджары, которые действовали как стабильные группы взаимопомощи и включали в свой состав всех постоянных жителей десы (не только ее уроженцев). На южном Бали банджар имел тенденцию превращаться в самостоятельную социально-экономическую единицу, а в окраинных и горных районах сохранялся как подразделение десы с ограниченным кругом обязанностей преимущественно ритуального характера.
На базе оросительных систем, занимавших важное место на Бали, возникла еще одна общинная организация — субак, объединявшая лиц, связанных одной ирригационной системой. В субак могли входить члены одной десы или банджара, он мог охватывать несколько деревень или их части. При неизбежном имущественном неравенстве субак стремился поддерживать социальное равенство. Основываясь на объединении земель индивидуальных владельцев, субак являлся общинной организацией.
Вторжение европейских колонизаторов на Архипелаг в огромной степени повлияло на его историю.
В августе 1511 г. португальский губернатор Индии Аффонсу д’Альбукерки штурмом захватил столицу Малаккского султаната — Малакку, которая была превращена в главный опорный пункт португальцев в Нусантаре. Основным объектом колониальной экспансии Португалии на Архипелаге стали Молуккские острова — центр производства пряностей (гвоздики и мускатного ореха), ценившихся в тогдашней Европе на вес золота.
Португальцам на Молукках противостояли испанцы, достигшие Архипелага с востока в 1521 г., во время кругосветной экспедиции Магеллана. В 1526 г. испанцы появились в султанате Тидоре. Португальско-испанское соперничество продолжалось до 1534 г., когда испанцы ушли с Островов Пряностей, оставив португальцев хозяевами положения.
Стремление португальцев монополизировать торговлю пряностями, их хищническая торговля и религиозная нетерпимость вызывали естественный отпор со стороны населения. Центром сопротивления стал султанат Тернате на Молукках. Борьба особенно обострилась после того, как португальцы утвердились на о-ве Амбон, находившемся вне сферы влияния Тернате, построили там крепости, обратили в христианство значительную часть населения и стали использовать новообращенных как свою опору.
В районе Малаккского пролива — важнейшей морской артерии Юго-Восточной Азии — основными противниками колонизаторов являлись помимо южномалайского султаната Джохор, распространявшего власть также на архипелаг Риау и временами на княжества восточного побережья Суматры, северояванское государство Джапара и султанат Аче.
Воздействие португальской колониальной экспансии на Индонезию не было значительным. Несмотря на все усилия, она не смогла серьезно повлиять и на сложившуюся систему торговых связей. Самым заметным результатом португальского пребывания была христианизация населения южного Амбона, ставшего ядром будущей амбонской народности. Основная же масса населения Молуккских островов или сохраняла языческие верования, или переходила в ислам.
С конца XVI — начала XVII в. ведущая роль в колониальной экспансии переходит к наиболее развитым странам Европы — Нидерландам и Англии. С их выходом на арену колониальной политики начинается собственно капиталистическая история колониальной экспансии. Вторжение голландцев и англичан в сферу влияния Португалии на Востоке было ускорено тем, что Португалия после 1580 г. на длительный срок (до 1640 г.) оказалась под властью Испании, с которой Нидерланды и Англия находились в состоянии непрерывной войны.
Основной ареной борьбы стала Юго-Восточная Азия, в особенности же Нусантара. Создавая колониальную империю, Голландия и Англия опирались на свое промышленное, торговое и морское превосходство, на сочувствие местного населения, ненавидевшего португальцев и не сумевшего сразу разобраться в истинных намерениях новых колонизаторов. Главной целью выступивших одновременно голландских и английских торговцев в Азии первоначально были Молуккские острова с их пряностями.
Первыми на Архипелаге появились англичане. В 1580 г. Фрэнсис Дрейк, вернувшись из кругосветного путешествия, привез с собой груз гвоздики, который он приобрел на Тернате. В 1591 г., спустя три года после гибели Великой Армады (1588 г.), лондонские купцы отправили экспедицию на Архипелаг. Несмотря на определенный успех первых экспедиций, англичане в конце XVI в. не смогли установить прочные торговые отношения с государствами Архипелага.
Гораздо успешнее с самого начала действовали голландцы. 5 июня 1596 г. четыре голландских корабля появились у западного побережья Суматры, а 13 июня эскадра бросила якорь в порту Бантен, где голландцев приняли очень гостеприимно, поскольку увидели в них возможных союзников в борьбе с соседними владетелями и торговых конкурентов португальцев. Через несколько недель, однако, эти отношения резко изменились к худшему из-за вызывающего поведения командующего голландской экспедицией Корнелиса ван Хаутмана, грубого и заносчивого человека, за время путешествия показавшего себя и никудышным моряком, и плохим торговцем. Покинув Бантен, голландцы двинулись вдоль северного побережья Явы. Они посетили гавань Сунда Калапу, на месте которой позже возникла Джакарта, имели столкновения с яванским флотом близ Сурабаи, бесчинствовали на мадурском побережье и достигли Бали, где два матроса, прельщенные островом и его обитательницами, дезертировали.
Несмотря на скромные результаты (ван Хаутман привез небольшой груз пряностей), первая экспедиция возбудила огромный интерес в Нидерландах. Амстердамские торговцы немедленно снарядили новый флот, на этот раз из восьми кораблей. Их примеру последовали судовладельцы и богатые купцы других городов, и в 1598 г. из Голландии отбыли пять экспедиций.
Правители и главы общин Молуккских островов, непрестанно боровшиеся с португальцами, благожелательно отнеслись к появлению голландцев, рассчитывая на их помощь. Кроме того, появление новых покупателей привело к повышению цен на пряности.
Но и на первых порах отношения голландцев с местным населением, несмотря на благоприятные обстоятельства, складывались далеко не идиллически. Движимые жаждой наживы, презирающие «туземцев», готовые на любое преступление ради прибылей, голландские моряки и торговцы, в массе своей представлявшие далеко не лучшие элементы своей нации, прибегали к пиратству, грабежам, насилию.
20 марта 1602 г. Генеральные штаты (парламент) Нидерландов утвердили статус Объединенной Ост-Индской компании (ОИК). Компания получила не только право монопольной торговли в пределах от мыса Доброй Надежды до Магелланова пролива, но и право содержать свои войска, объявлять войну, заключать мир, строить крепости, основывать фактории, чеканить монету.
В первой четверти XVII в., когда закладывались основы голландского владычества на Архипелаге, основными районами, где индонезийским государствам пришлось столкнуться с новыми колонизаторами, были Молуккские острова, западная Ява
