рукам и ногам — так же, как Эри. Такое же осунувшееся, припорошенное бетонной пылью лицо с мёртвыми, сухими губами.
Мёртвыми... Мрак похолодел. Прижал пальцы к шее друга, щупая пульс. Не почувствовал. Прижался ухом к груди.
Стук сердца расслышал не сразу. Медленный, ленивый — как будто сердце заставляло себя стучать.
— Жив, — выговорил Мрак. Бросил Эри: — Что тут за херня творится?! Где Джек?
У девчонки изменилось лицо. Мрак перевёл взгляд на Шамана. Тот застыл, удерживая перед собой парня — Мрак наконец узнал Виссариона. Повторил:
— Где Джек?
— Злой человек погиб.
— Что?! — Мрак вскочил.
Секунда — и оказался возле Шамана. Отшвырнул от него Виссариона, схватил урода за грудки. Встряхнул так, что слетел капюшон. Прошипел:
— Тварь! Убью!
Виссарион вдруг прыгнул на него сзади — вот уж чего Мрак почему-то не ожидал. Парень с визгом вцепился в его шею, повис, пытаясь задушить. Мрак саданул локтем назад. Судя по раздавшемуся всхлипу, угодил, куда целился — в солнечное сплетение. Ещё один удар, и руки Виссариона разжались.
Избавившись от помехи, Мрак повалил Шамана на пол. Придавил горло. С ненавистью прошипел:
— Мало ты от меня огрёб. — Врезал уроду справа по челюсти.
Клацнули зубы, но больше Шаман не проронил ни звука. Мрак снова его встряхнул.
— Что с Серым?! Что ты ему вколол, сволочь?!
— Ты ничего не добьёшься, — прохрипел Шаман.
Его тускло-зелёные, навыкате, глаза смотрели уверенно, без страха. Мрак сильнее, у него оружие — Шаман это отлично понимал. Но победителем считал себя.
— Ты можешь избивать меня. Можешь убить — твоему другу это не поможет. Он скоро умрёт. Как и подруга. — В глазах сверкнуло торжество.
Виссарион за спиной у Мрака вскрикнул. Бросился к Эри.
— Она тоже умрёт?!
— Она не готова принять Мать Доброты, Виссарион. — Голос Шамана мгновенно изменил интонацию. Стал мягким, напевным. — Эта девушка слишком глубоко погрязла во зле. Ты ведь был здесь. Ты видел, с каким животным, недостойным человека вожделением она и её самец упивались друг другом.
— Чего? — изумился Мрак.
— Но она же ещё жива! — Виссарион умоляюще смотрел на Шамана. — Её ведь ещё можно спасти! Она будет молиться Матери Доброты. Она станет хорошей, добродетельной девушкой. Я помогу ей избавиться от пороков, обещаю!
— Поздно, Виссарион. Она умирает. Но ты можешь молиться о...
— Щас ты у меня молиться будешь!
Мрак схватил Шамана за шиворот, потащил к Эри. Выкрикнул, глядя на неё:
— Как?! Ты же сильнее его! Почему ты не...
— Я больше не сильнее. — Эри смотрела виновато, будто просила прощения. — Я теперь обыкновенная. Джек... Он...
— Злой человек погиб, — повторил Шаман. Торжество в голосе уже не пытался скрывать. — Злой человек усомнился в силе Матери Доброты — так же, как сомневался этот мальчик, — дёрнул зажатой в захвате головой в сторону Серого. — Как сомневается она, — кивок на Эри. — Как сомневаешься ты сам! Злой человек погиб. Эти двое — в шаге от смерти. И ты тоже умрёшь. Мать Доброты не допустит...
— Заткнись, тварь! — в бессильной злобе выкрикнул Мрак.
Он не знал, что ещё сказать. Как и понятия не имел, что ему делать.
Джек погиб. Серый без сознания. Эри лишилась способностей...
— ... не допустит зла на земле своих детей, — будто не услышав его, продолжил Шаман. — И, если ты не примешь Мать Доброты, тоже умрёшь. Не плачь, Виссарион, — обратился он к парню. — Лучше помолись Матери — о том, чтобы хотя бы это заблудшее дитя прислушалось к моим словам. Его ещё можно спасти.
Виссарион всхлипнул. Встал на колени. Глаза его помутнели, парень словно выпал из реальности. Затянул:
— Радость, радость, непрестанно...
Мрак вдруг вспомнил, что четыре месяца назад уже наблюдал такое — на горной дороге. Где точно так же, как Виссарион сейчас, начали опускаться на колени и петь спутники Шамана. На дороге, где они погибли бы все, если бы не Эри...
Эри!
Одной рукой продолжая удерживать Шамана, другой Мрак влепил Виссариону затрещину. Рявкнул:
— Заткнись!
Парень обалдело замолчал. В себя не пришёл — так и продолжал экстатически раскачиваться, стоя на коленях, — но больше Мрак на него внимания не обращал. Он смотрел на Эри.
Не знал, чего ожидал увидеть, когда бежал сюда — но точно не это. Не этот беспомощный, виноватый взгляд. Если бы не догадывался, что бесполезно, он бы и ей по башке двинул.
Мысли, наверное, читались по лицу. Потому что Эри пробормотала — ещё потеряннее, чем смотрела:
— Прости меня. Я, правда, не могу. Я...
— Головка от х..я! — рявкнул Мрак. — Тебе эта тварь сказала, что Джек погиб? — он встряхнул за шиворот Шамана.
— Да...
— Дак, он нарочно так сказал! Специально, чтобы ты раскисла! Может, на самом деле...
— Нет. — Эри мотнула головой. — С ним ещё Лазарь был. Он подтвердил.
— Так тем более!
Болтовня никогда не была его сильной стороной, Мрак предпочитал действовать. А для того, чтобы говорить, рядом всегда был Серый... Мрак перевёл взгляд на лежащего неподвижно друга, и крышу сорвало от злости окончательно.
— Тем более! — гаркнул он. — Я знаю эту тварь, успел изучить. Он всегда оставляет лазейку. Всегда! Если есть яд — должно быть противоядие. Так? — Мрак резко развернул Шамана лицом к себе.
— Нет, — отрезал тот. — Противоядия не существует!
— Залезь к нему в мозги. — Мрак, с трудом сдерживая желание свернуть Шаману шею, подошёл к Эри, опустился на пол. Урода заставил сесть рядом с собой. — Серого ещё можно спасти, наверняка! И тебя тоже. Я бы эту тварь ломтями настругал, чтоб разговорить, но ведь время уйдёт... Вскрой ему башку!
— Не могу. — Эри поджала губы.
— Можешь. — Мрак положил ладонь ей на руку. — Всё ты можешь. Давай.
— Мрак. Мы... — у Эри дрогнули губы, она беспомощно оглянулась на Серого.
— Полчаса назад твоя любимая лежала под твоим лучшим другом, — вклинился Шаман. Голос у него снова изменился, наполнился фальшивым сочувствием. — Она вожделела его, а твой друг отвечал взаимностью. Они сливались в таких страстных лобзаниях, что повергли в шок невинное дитя, — Шаман указал подбородком на раскачивающегося в такт неслышимым псалмам Виссариона. — И последний
