эту битву! И оружие выбрала не она.
— Спасибо, — прошептала Эри. — Я тебя отпущу, обещаю! И больше никогда в жизни к тебе не прикоснусь. Мне только добраться — и всё.
Виссарион не реагировал. Выполнял команды, будто безвольная кукла.
Эри быстро поняла, что идти, даже с поддержкой Виссариона, не сможет. Заставила парня взвалить её на спину. Пойти. Потом побежать.
Быстрее.
Ещё быстрее!
Ты ведь знаешь, где мы?.. Ты знаешь, куда ушёл Шаман?.. Тебе нужно оказаться рядом с ним. Срочно! Очень срочно!
Перебираясь через реку, Виссарион поскользнулся на камне. Эри упала в воду вместе с ним. Ударившись о дно, захлебнулась ледяной водой и потеряла контроль над парнем. С трудом заставила себя не паниковать. С трудом заставила Виссариона, уже выбравшегося из потока, вернуться и вытащить её.
Время. Время! Его оставалось всё меньше.
— Беги, — прошептала Эри, когда Виссарион, поднявшийся вместе с ней на крутой, высокий берег, тяжело дыша опустился в траву. По его лбу текла кровь — должно быть, при падении ударился об острый камень. — Нужно бежать. Пожалуйста! Очень нужно!
Парень снова обречённо взвалил её на спину.
— Пожалуйста, — умоляла Эри. — Я знаю, что тебе тяжело! Осталось чуть-чуть, правда!
Она понятия не имела, сколько осталось. И не знала, кого уговаривает, Виссариона или себя. Виссарион побежал. Он заметно прихрамывал — наверное, при падении повредил ещё и ногу.
Увидев вдали живую изгородь с распахнутой настежь калиткой, Эри наконец сообразила, где находится. Выдохнула. Теперь уже и правда недалеко.
Беги! Скорее, ну же!
Виссарион с Эри на спине, роняя с разбитого лба кровавые капли, тяжело топал по улице посёлка. Необычайно, для этого времени суток, людной — местные, на памяти Эри, к массовым прогулкам были не склонны. А сейчас в сторону площади двигалась целая толпа.
Шаман и Мрак, — сообразила Эри, — они ведь тоже были здесь! И пробежать незамеченными никак не могли.
Эмоции толпы шумели тревогой и любопытством. К словам, которые произносили люди, Эри не прислушивалась, ей хватало эмоций. На них с Виссарионом начали оглядываться, раздавались изумлённые возгласы, но Эри заставила себя не слушать. Сейчас нужно было сосредоточиться на другом.
Есть! Ментальное касание ближайшего к ним с Виссарионом мужчины — и тот принял у парня ношу.
«Беги!» — приказала Эри. Виссариона отпустила, и парень со стоном, схватившись за больную ногу, рухнул на посыпанную гравием дорожку. Его окружили взволнованные люди.
Вот и хорошо, вот и правильно! Вам неинтересно, почему этот человек — Эри не помнила, как зовут мужчину — вдруг взвалил себе на спину мокрую и грязную, полуживую девушку. Неинтересно, откуда она взялась и куда он её несёт. Вы про меня вообще забыли! Вас интересует только Виссарион.
А ты беги! Беги!..
Выстрел Эри услышала, когда мужчина поравнялся с площадью.
Сердце сжалось. Эмоций тех, кто находился в лечебнице, Эри пока не слышала, слишком далеко, но точно знала одно: Мраку плохо. Отчаянно плохо!
— Беги! — заорала Эри уже в голос.
Входная дверь лечебницы вдруг распахнулась. А чуть раньше резанули эмоции — сразу, вдруг, причинив почти физическую боль.
Ярость. Ненависть. Желание уничтожить!
Из коридора на крыльцо хлынул яркий свет, Эри помнила, что освещается лечебница отлично. Спиной ко входу вдруг показался какой-то мальчишка, невысокий и тощий. В руке он держал пистолет.
Ненависть, хлещущая из пацана, была неправильной. Ненастоящей. Эри поняла, что его держит под контролем Шаман — так же, как она сама незадолго перед тем держала Виссариона, а сейчас — незнакомого дядьку. И на кого направлена эта ненависть, догадаться было нетрудно. В момент, когда подчинённый Эри мужчина подбежал к крыльцу, мальчишка снова выстрелил.
Мужчина, повинуясь командам Эри, взлетел на крыльцо. И, продолжая движение, сбил пацана с ног. Одновременно с тем, как выстрелил Мрак.
Пуля, предназначавшаяся пацану, попала мужчине в грудь. Он покачнулся и рухнул — вместе с Эри.
Она при падении неловко подставила руку, вскрикнула — что-то там в этой руке хрустнуло и повредилось. Но сейчас нельзя было обращать внимание на боль.
Сбитый с ног пацан оказался рядом с Шаманом, тоже почему-то лежащим на полу. Теперь, воспользовавшись замешательством Мрака, из плеча которого хлестала кровь, Шаман вскочил и прижал пацана к себе. Прикрылся им от выстрелов. Эри заметила, что Шаман тоже ранен — в ногу. Они были почти одного роста, лицо мальчишки показалось Эри знакомым. Но где она его видела, вспоминать было некогда.
— Ты как... — начал разъярённый Мрак, глядя на Эри, но она не позволила договорить.
— Шаман отдал тебе противоядие?!
— Нет.
— Ищи! Оно должно быть здесь!
Больше Мрак ничего не говорил. Зажимая ладонью рану на плече, бросился к ближайшей двери и скрылся внутри помещения.
— Прикоснёшься ко мне — я убью мальчика, — прохрипел Шаман.
Прежняя мягкость из его голоса исчезла. С головы слетел капюшон, а вместе с ним Шаман как будто сбросил маску. Его эмоции для Эри — открытая книга, он знал об этом, и за волной ненависти угадывалось облегчение. Шаману больше не нужно было притворяться.
Он ненавидел их. Эри, Мрака, Серого — всех вместе и каждого в отдельности, чужаков, вторгшихся на его землю. Ненавидел всей широтой души.
— Мальчик-то что тебе сделал? — проговорила Эри.
Она чувствовала, как Шаман пытается на неё давить. И всё, что могла сейчас — сопротивляться. Добираясь сюда, потратила слишком много сил. И ментальных, и физических. Яд, введённый Шаманом, продолжал действовать, Эри понимала это. И знала, что Шаман тоже это понимает.
— Оно?! — из-за двери, выкрашенной белой краской, с нарисованным на ней аптекарским крестом, выскочил Мрак.
В руке он держал стеклянный пузырёк, наполненный красной жидкостью.
— Нет, — процедил Шаман. — Ты ошибся.
— Да, — посмотрев на пузырёк, уверенно сказала Эри. — Оно.
Мрак подскочил к ней. Зубами выдернул из пузырька пробку, наполнил шприц. Уколол Эри в онемевшее бедро, она этого даже не почувствовала.
Свою рану Мрак так и не перетянул. Выглядела она жутко, по плечу текла кровь.
— Тебя перевязать надо.
— Некогда, — отрезал Мрак. — Ничего, не сдохну.
Он выдернул опустевший шприц. Вскочил на ноги. И прицелился в Шамана из пистолета.
— Не смей! — вскинулась Эри. — Он убьёт мальчика! Успеет убить, я точно знаю!
Шаман расплылся в улыбке. Торжествующей, победной. Казалось, что пацан, безвольной куклой болтающийся у него в руках, неведомым образом подпитывает гада. Эри чувствовала, как враг
