что, переговорив с Вами, он послал статью с поправками (сделанными по моей просьбе) в типографию.
Сам я статьи писать не буду, хотя и знаю, что это вызовет нарекания. Но, с другой стороны, писать я хотел о международном положении, и сейчас всё «на полдороге», надо ждать выяснения, и неизвестно еще, когда это произойдет. К сентябрю, надо надеяться, все будет ясным. Помимо того, у меня нет ни времени, ни, боюсь, сил – да и места свободного у нас нет.
О Деникине поговорим в Нью-Йорке. Положение действительно трудное, но решение необходимо будет принять теперь же.
Стихотворение Терапиано «Каменщик» мне не очень нравится. Вместе с ним было еще другое – небольшое – лучше. Во всяком случае, в 13 кн.<игу> это не попадет. Можно задержать до 14ой и тогда решить. Прислала эти стихи Рубисова.
В 5 час.<ов> в воскресенье буду у М. С. С Бахметевым о книге В. А. буду говорить в Нью-Йорке.
Пока всего лучшего. Сердечный привет от нас обоих Вам и Татьяне Марковне.
Ваш М. Карпович
<На полях слева, по вертикали> Вернулся наш сын. Перед отъездом из Европы видел Полонских. Пока мы его видели мельком, т.<ак> к.<ак> окончательно его отпускают только завтра.
Автограф. Подлинник. Бланк. BAR. Aldanov. March–Apr. 1946.
№ 263. М. М. Карпович – М. А. Алданову
1 мая 1946 г.
Дорогой Марк Александрович,
Хочу, прежде всего, разъяснить смысл того, что я просил Татьяну Ге<о>ргиевну <Терентьеву> передать Вам по телефону. Я не хотел бы, чтобы у Вас получилось впечатление, что Б.<орис> А.<лександрович> <Бахметев> проявил несочувственное по существу отношение к моим «демаршам». Он очень тепло говорил о нашем друге, но 1) у него, на основании какой-то его информации, по-видимому, получилось впечатление, что надобности в экстренных мерах сейчас нет, и 2) он, очевидно, не хотел бы брать на себя инициативу, не имея никаких прямых указаний от заинтересованного лица, что его помощь нужна и желательна. Вы поймете, что при таком его настроении я не счел возможным на чем-либо настаивать.
Теперь о журнальных делах. Прежде всего, о статье Деникина. Это надо решить немедленно, так как я не могу надолго задержать свой ответ ему. Лично я много думал по этому вопросу и утвердился в мысли, что отвергать его сотрудничество у нас нет оснований. Поэтому, если бы решение было предоставлено мне, я бы написал ему, что мы готовы статью принять для сентябрьской книжки с тем, чтобы он согласился опустить последние две страницы. Я понимаю связанный с этим риск и готов на него идти, взяв на себя ответственность за последствия. Но, так как Вы и М. С. хотели еще с кем-то посоветоваться, то я буду ждать вашего сообщения. Должен сказать, однако, что я вообще не представляю себе, под каким предлогом я мог бы отказать Деникину или как я мог бы объяснить ему настоящую причину отказа. Это поставило бы меня в морально очень трудное положение, и я очень прошу Вас и М. С. иметь эту сторону дела в виду.
Сегодня получил письмо от Бургиной, что Грегуар жаждет дать для июньской книжки отчет о византийском съезде[1]. Я не вижу, как мы можем это сделать. Во-первых, мы как будто твердо решили не выходить за пределы 304 страниц. Во-вторых, даже если бы что-нибудь и удалось отложить (сверх намеченного), то как оправдать помещение во втором номере подряд статьи о византиноведении после всего, что говорилось на собрании сотрудников об отсутствии более животрепещущего материала. Аронсон тоже прислал письмо, обижаясь, что его воспоминания не пойдут в июнь. Удивительные люди! На днях я сделаю окончательный подсчет и пришлю Вам. Я склоняюсь к тому, чтобы выполнить нашу программу, как мы ее наметили, не считаясь ни с какими соображениями личного характера. После разговора на собрании я чувствую, что мы сделали ошибку, не отложив Бунина до сентября и не пустив теперь для разнообразия Варшавского. Но боюсь, что это теперь уже поздно менять.
Шлю Вам сердечный привет от себя и Т. Н. Кланяйтесь от нас Т. М.
Искренно Ваш М. Карпович
Машинопись. Подлинник. Бланк. BAR. Aldanov. May–Sept. 1946.
№ 264. М. А. Алданов – М. М. Карповичу
2 мая 1946
Дорогой Михаил Михайлович!
Я получил гранки Бунина, Зайцева, Яновского и стихов. Яновского послал автору. Бунина и Зайцева выправлю сам и отправлю Вам. А стихи, вероятно, отправлю Вам завтра без своей правки. «Истоки» уже сданы Раузену и наполовину набраны, но гранок я еще не получил.
Кстати, об «Истоках». Я предполагаю кончить роман не в 14‑ой книге, а в 13-ой, на сценах первого марта. В заключительных главах напряжение пропадает, и они, как я вижу, малопонятны без тех глав, которые я пропустил в предшествовавших отрывках, а сами по себе и малоинтересны. Лучше кончить на драматическом отрывке. Для журнала тут ущерба нет. Напротив, освобождается место[1]. В 14-ой книге мы можем дать большой отрывок из Зайцева. Конечно, будет и Бунин. А если Вы решите печатать Гуля и продолжение Яновского, то материала будет больше чем достаточно.
Марья Самойловна очень просит, если можно, 13-ую книгу подогнать к 304 страницам: она уедет в Лондон, урегулирует там свои денежные дела и тогда будет давать журналу оборотные средства. Так как нам не хватает иногда только оборотных средств, то, по ее мнению, с 14-ой книги никаких затруднений не будет, и тогда можно будет давать лист-другой лишний.
Вчера я завтракал у кн.<язя> Гуриелли (A. A. Gurielli)[2]. Без всякой просьбы с моей стороны, по своей инициативе, он предложил стать спонсором «Нового журнала», который очень ему нравится, и тут же вручил мне чек на двести долларов. Очень мило (добавьте к этому превосходный завтрак и изумительное бургонское). Он Ваш земляк (по Тифлису[3]). И мы решили, что, помимо обыкновенной квитанции, уже посланной Марьей Самойловной, надо ему написать письмо за Вашей и моей подписью. Если Вы ничего против этого не имеете, прилагаю на Ваше усмотрение текст. В случае Вашего согласия, пожалуйста, подпишите первый и отправьте. Адрес
<Без подписи. Возможно, не закончено>
Машинопись. Копия. BAR. Aldanov. Carbons 2.
№ 265. М. А. Алданов – М. М. Карповичу
4 мая 1946
ДОРогой (так. – С. П.) Михаил Михайлович.
Позавчера я Вам написал, а потом послал Вам корректуры стихов, Коварской и Вельмина. Я сам выправляю Бунина и Зайцева. Гранки Александровой и Яновского отправил авторам, с просьбой по выправлении переслать Вам. Пришлю Вам и Зайцева, и Бунина, и, разумеется, «Истоки», начало которых вчера от Раузена получил.
Сегодня пишу только по вопросу о Деникине. Вы правы: мы не можем отказывать ему по той причине, что лишимся материальной поддержки нескольких или даже многих богатых людей и материальной и моральной поддержки Лэбор. Ничего не поделаешь: если он на Ваше условие согласится, надо напечатать его статью, каковы бы ни были последствия. Марья Самойловна тоже с Вами и со мной согласна.
Согласен и относительно Грегуара и Аронсона.
Обо всем остальном Вам писал. Мы оба шлем Вам и Т. Н. сердечный привет.
А как отнесся Б.<орис> А.<лександрович> <Бахметев> к вопросу об издании книги Маклакова?
Только что получил письмо от Вашего сына, очень его благодарим и очень рады будем увидеть его в Нью-Йорке.
Машинопись. Копия. BAR. Aldanov. Carbons 2.
№ 266. М. М. Карпович – М. А. Алданову
4–V–46
Дорогой Марк Александрович,
Спасибо за письмо, которое, по-видимому, разошлось
