матерью и со своей прекрасной женой здесь на бетонных плитках держишь? Мог бы и такси нанять до Ярославского вокзала, соловья баснями не кормят, — он посмотрел на сына и засмеялся.
— А никто вас баснями кормить и не собирается, — парировал сын. — Вон видите на площадке геликоптер? Он враз домчит всех до Шуи, и не нужно брать никакое такси.
— Значит, с самолета на вертолет. Что ж, в этом есть определенный шарм, — Элиза Авенировна взяла мужа под руку, и они направились к винтокрылой машине.
Удобно расположив родителей в салоне вертолета, Артем вынул и поставил на столик с бортиками термос с кофе, бутылку минеральной воды, пластмассовые стаканы и коробку с пирожными: «Если нужна будет связь со мной, вот наушники. Приятного полета, дорогие мои». Выйдя на улицу и открыв дверь пассажира вертолета, он помог жене сесть в кресло, сам расположился в кресле пилота и запустил мотор.
Машина потихоньку поднималась над площадкой, а двое людей, только что прилетевшие самолетом из Алтайского края, переключив связь на внутреннее пользование, не спеша вели разговор, отпивая из глубоких чашек кофе:
— Что скажешь, Кондратий, как тебе наша долгожданная сноха? Хоть и моих кровей, не слишком целомудренна!
— Что ты имеешь в виду, дорогая?
— Эту ее суперкороткую юбку. Представляю, какие же у нее там трусики! Могла бы хоть брючный костюм надеть.
Супруг добродушно рассмеялся:
— Трусики, дорогая, у тебя у самой сногсшибательные, а короткую юбку, думаю, она надела специально, чтоб тебе наверняка понравиться, уж очень она этого хочет, я сразу это заметил. Как говорится, встречают по одежке.
— Зато провожают по уму, — ввернула жена.
— Это так, ты верно сказала, только, думаю, провожать нам ее однозначно не придется: он очень любит ее, я заметил.
— Да, я тоже это заметила, — она подставила мужу чашку, чтобы он добавил в нее кофе. — Что ж, поживем — увидим.
Винтокрылая машина, огибая столицу, неслась во Владимирскую губернию. В кабине находились двое молодых людей, молча размышляющие о только что состоявшейся встрече. Он был очень рад, что, наконец, встретился со своими родителями, по которым сильно соскучился, и что они тепло приняли его любимую Нету: «Мать, скажем, хотела для меня более приемлемую ей партию, например, дочь какого-нибудь профессора или генерала, евреи ведь всегда стремятся подняться над другими, невзирая ни на что. Отец другой, совершенно не амбициозный, наверное, поэтому они так счастливо и живут, взаимно уравновешивая друг друга. Ну ничего, мам, как только поближе узнаешь Нету, забудешь мысли о титулованных особах, и лучше-то ее никого не будет».
Она не могла сдержать свои чувства и периодически плакала, отворачиваясь к окну, чтобы муж не заметил: «Неужели приняли меня? Да, особенно отец, в его глазах это вовсю читалось. Мать более настороженно себя вела, рассмотрела всю с головы до ног, сейчас, чай поди, говорит мужу о том, какая я нецеломудренная, а надень я брюки, говорила бы, что скрываю плохую фигуру, — молодая женщина улыбнулась и посмотрела на свои обнаженные ноги в открытых темно-синих босоножках. — Что же, она мать и хочет сыну только хорошего, ее понять можно, тем более что сын просто бесподобен», — она смущенно поглядела в сторону мужа и переложила левую ногу на правую.
Артем зафиксировал штурвал и, повернувшись к жене, любовался ей: черные распущенные и зачесанные назад волосы, огромные темно-бирюзового цвета глаза, блестящие от легкого возбуждения, красивое бедро, покрытое легкими мурашками, и маленькая изящная стопа в легких босоножках — все это заставляло трепетать его тренированное и мужественное сердце. Он взял тонкую кисть жены и поцеловал ее длинные пальчики, не сводя с нее взгляда.
— Жаль, что не смогу сейчас взять тебя на руки, а так хочется! — чувственно произнес он, глядя в глаза жене.
— Любимый, видимо, скоро мы прилетим, и у тебя представится такая возможность, а сейчас, прошу тебя, не отвлекайся, ведь ты везешь не только меня, но и родителей.
Артем глубоко вздохнул и, сняв машину с автопилота, взял в руки штурвал. Полет продолжался довольно ровно, на связь уже вышел диспетчер Управления МГБ по Республике Владимирская Русь, он сообщил, что в уездном аэропорту города Шуя вертолет уже ждут, указал координаты и курс.
— Папа, мама, как вы там? Потерпите, скоро прибудем.
— Ничего, сын, не переживай, вот заканчиваем с благоверной твои пирожные, кстати, очень вкусные, спасибо.
Нета, смотревшая в это время в окно, неожиданно повернулась к Артему:
— Дорогой, у меня к тебе будет очень большая просьба: давай опустимся у кладбища в Дроздове и посетим могилу твоего деда, я должна отблагодарить его!
«Надо же! — подумал он с восхищением о ней. — Ничего не забыла, потрясающая женщина!» — он кивнул несколько раз. Тема снизил скорость и, как только вертолет оказался над лугом у кладбища в Дроздове, сначала завис над ним, затем медленно опустил аппарат на землю. Выйдя из кабины, молодой подполковник открыл дверь и подал руку жене, помогая ей сойти. Оказавшись посреди луга, молодая женщина огляделась и стала быстро собирать в букет июньские цветы. В этот момент открылась дверь отсека с пассажирами, и оттуда вышли родители Артема, с любопытством оглядывая окрестности. Когда Нета, собрав букет, подошла к ним, они все вместе не спеша направились к кладбищу.
Полуденное солнце освещало памятники, и с одного из них боевой капитан с улыбкой смотрел на пришедших:
— Здорово, фронтовик, — поприветствовал отца Кондратий Максимович, — давно не виделись, а ты все такой же веселый.
— Дед, привет, видишь, мы расставались ненадолго, да и расставались ли? Ты познакомил меня с той, которая сделала меня счастливым, и вот она сейчас перед тобой, — Артем отошел немного в сторону, давая Нете возможность подойти.
Поставив букет в высокую вазу, молодая женщина поцеловала фотографию, затем обняла памятник и так простояла с минуту, закрыв глаза. Ни молодой человек, ни его родители не пытались помешать ей, они стояли и молча смотрели на это общение красавицы с усопшим человеком. — Спасибо тебе за все, Максим Захарович: за поддержку в течение многих лет; за то, что познакомил меня с Темой, никогда тебе этого не забуду, — она снова поцеловала фото.
Может быть, именно в этот момент Элиза Авенировна отчетливо поняла, какой прекрасный человек теперь будет находиться рядом с их сыном и с ними; из правого глаза у нее показалась слезинка, которая зависла у
