Лорен нервничала из-за предстоящей встречи с сэром Джайлзом, хотя Адриан и объяснил ей, что слово «сэр» было лишь почетным титулом, оценкой его трудов на благо Адмиралтейства. Лорен нервировала мысль о том, что ее навязывают незнакомым людям, но он терпеливо объяснил ей правила приличия, принятые в Англии при королеве Виктории. В ответ Лорен только теснее прижалась к Сократу, на котором были надеты новые штанишки, сшитые ею самой во время плавания. Адриан часто думал о том, что список ее умений очень велик и довольно противоречив: устройство кораблекрушений, планирование побегов, лечение ран, шитье брюк для маленьких обезьян. При мысли об этом он улыбнулся.
Карета подъехала к городскому дому Грея. Адриан предложил руку Лорен и посадил себе на плечо Сократа. Со времени ранения прошло уже четыре недели, рана почти зажила, хотя временами все еще болела. Лорен сначала сделала шаг назад, потом уступила и пошла с ним к двери. Он постучал, и дверь быстро отворилась. За нею они увидели мужчину в строгой черной одежде.
Увидев Адриана, мужчина заулыбался.
— Милорд, рад вас видеть. Сэр Джайлз слышал… ну… что эти язычники в Америке отказались вас освободить.
— И они действительно отказались, Квиджли. Так оно и было, пока не вмешалась эта леди и не вырвала меня из тюрьмы. Лорен, это Квиджли. А это мисс Лорен Брэдли.
Мужчина поклонился ей.
— Сэр Джайлз будет вам крайне признателен. Он очень беспокоился.
— Дома ли сэр Джайлз?
— Да, милорд, и он будет очень счастлив вас видеть. Будьте любезны подождать в библиотеке.
Квиджли взглянул на Сократа.
— И этот мой приятель тоже в этом участвовал, — заметил Адриан.
Но спасение Сократа не слишком обрадовало дворецкого.
Адриан усмехнулся.
— Вы же знаете, от плохой монеты не избавишься, она все равно вернется.
Квиджли кивнул.
— Да, милорд, — почтительно согласился он и удалился вверх по лестнице.
Лорен взглянула на Адриана.
— Милорд?
Адриан поморщился. Наличие титула казалось вполне естественным и не мешало ему при обычной для американцев неформальности общения. Сейчас же даже для него титул звучал претенциозно. Хуже того, Лорен, похоже, из-за этого почувствовала себя неловко.
— Это не имеет значения, — ответил он. В глазах Лорен вновь появились дразнящие огоньки, глаза ее оживились юмором.
— Должна ли я тоже называть тебя «милорд»?
Он не мог устоять перед ее обаянием. Он склонился к ней, и губы его прошептали у самых ее губ:
— А я и впрямь твой лорд? В самом деле?
Ответа Лорен он не расслышал, ибо их вновь охватило то волшебное состояние, которое они всегда испытывали в обществе друг друга и которое усиливалось, когда они касались друг друга.
Позади них раздалось покашливание, вернувшее их на землю. Адриан взглянул вверх и увидел высокого важного мужчину, спускающегося по лестнице с легкой улыбкой на лице.
— Квиджли сообщил мне, что вы с вашим несносным животным обхитрили янки.
— С помощью этой юной леди, которая из-за этого теперь подвергается преследованиям вместе со мною. Лорен, это сэр Джайлз Грей. Сэр Джайлз — Лорен Брэдли.
Сэр Джайлз низко поклонился. На губах его играла улыбка.
— Мы вам глубоко признательны, мисс Брэдли. Мы, моя сестра и я, скучали по Адриану. Мы слышали, что янки отказались его освободить, хотя наш советник посольства в Вашингтоне и пытался это сделать.
В этот момент Сократ спрыгнул с плеча Адриана и взял Лорен за руку. Улыбка сэра Джайлза стала шире.
— Так вы, наконец, нашли леди, которая в состоянии выносить этого вашего нахального спутника.
— Мисс Брэдли совершенно необычная леди.
У сэра Джайлза было лицо человека, привыкшего повелевать. И выражение этого обветренного лица немного смягчилось.
— Квиджли сказал, что мисс Брэдли помогла вам бежать. Я очень хотел бы услышать об этом.
— Мы вам об этом обязательно расскажем, сэр, — пообещал Адриан. — Но я надеялся, что Лорен могла бы остановиться здесь на несколько дней… до тех пор, пока я не найду ей подходящее постоянное жилье.
— Конечно, — сказал сэр Джайлз. — Моя сестра будет очень рада. У нас недавно гостили моя племянница с мужем. Они уехали три дня назад. С тех пор моя сестра хандрит. Гостья — это именно то, что ей нужно. — Он взглянул на Лорен, встретившись с нею взглядом.
— Чувствуйте себя как дома, моя дорогая.
Он позвонил. Вновь появился Квиджли.
— Пожалуйста, попросите миссис Фетерстоун приготовить комнату и скажите моей сестре, что у нас гости.
— А теперь не могу ли я предложить вам перекусить, пока готовят комнату? — обратился сэр Джайлз к гостям.
— Мне нужно послать на корабль за нашим багажом, — сказал Адриан. — Я сниму несколько комнат поблизости.
Сэр Джайлз кивнул. С точки зрения приличий мужчина и женщина, не являющиеся родственниками и не связанные узами брака, не могли жить в одном доме, даже при том, что в нем проживали сэр Джайлз и его сестра. И для сэра Джайлза было вполне очевидно, что сейчас Адриан был заинтересован в том, чтобы приличия были соблюдены. Это было несвойственно Адриану, и уже одно это о многом говорило сэру Джайлзу.
Вновь появился Квиджли. Он принес несколько бутылок и рюмок. Хорошо зная вкус Адриана, сэр Джайлз наполнил две рюмки портвейном, потом обернулся к Лорен.
— Немного шерри?
Лорен кивнула.
— Спасибо.
Сэр Джайлз налил ей рюмку и обернулся к Адриану.
— Каковы теперь ваши планы?
— Я намерен повидаться с Реддингом. Я думаю, что мне следует сделать ему предложение о выкупе Риджли. Может быть, ему надоело быть сельским джентльменом.
В этих словах звучала слабая надежда.
Сэр Джайлз пожал плечами.
— Вполне возможно. В прошлом месяце он был в Лондоне… его часто можно было видеть за игорным столом. На прошлой неделе я видел его в Уайтсе.
Адриан замер, тело его напряглось. Поместье требовало постоянного внимания, а не беспечного, отсутствующего хозяина.
— Я его разыщу.
— Вам не придется его искать, — сказал сэр Джайлз. — Мне кажется, я смогу узнать, где он собирается быть завтра вечером. — Адриан почувствовал, как участился его пульс.
— У леди Каролины Саттон завтра вечеринка. Это один из немногих домов, которые для него открыты, — продолжал сэр Джайлз.
— Мне кажется, он ожидал, что Риджли откроет ему еще несколько домов, но его все еще ставят немногим выше наемного солдата и игрока.
Адриан был удивлен.
— Не думаю, что Реддинга это хоть сколько-нибудь беспокоит.
— Мы оба ошибаемся в этом отношении. Я думаю, его это очень беспокоит, но он делает вид, что это вовсе не так.
