роже, но остатки благоразумия победили. Да и тело снова затекло. Он медленно поднялся, сцепив зубы, чтобы не застонать, не показать слабость, но Лидар только хмыкнул.
— Иди за мной.
И он пошёл. Спать хотелось сильнее всего, а сколько времени ему позволят отдыхать, Ив не представлял — путь-то до портала неблизкий и нужно успеть в столицу до вечера. В голове мелькнула непрошенная мысль, заставившая поёжиться: а играть представление хозяйка так его и заставит, со стояком?
Не заставила. И даже дала отоспаться — проснувшись от бесцеремонного встряхивания за плечо и сообщения, что уже обед, Ив моментально восстановил в памяти недавние события. Лидар. Захотелось отмахнуться, приложить как следует наглого любимчика, но тело не послушалось. В очередной раз. Мало того, шею тут же ожгло болью, аж дыхание перехватило. Или это тоже ошейник? Интересно, и как тогда они будут тренироваться, если он даже не может ударить противника? Или это тренировка только для Лидара? Что ж, скоро он это выяснит. Ничего не оставалось, кроме как вставать.
Потом до заторможенного разума дошло слово «обед». Это что же, выезд отложили? Из-за него? Бредовое предположение. Оказалось — нет, не отложили, а хозяйка преподнесла ещё много сюрпризов. Так много, что голова кружилась от мыслей.
Во-первых, встретила его девушка уже в злополучном ошейнике, но с таким видом, словно на ней дорогущее ожерелье. Окинула его взглядом — хорошо запомнившего вчерашние уроки и сразу же опустившегося на колени, — усмехнулась, глядя в глаза, и приказала не двигаться. Он быстро понял, почему. Не поймёшь тут, когда шею охватывает огонь и вместе с тем появляется ощущение, что что-то упорно пытается пробраться под кожу, прорасти, задушить. Минуту он задыхался и бился в агонии — мысленно, но всё закончилось так же неожиданно, как и началось. Лишь после этого ему разрешили встать и посмотреться в зеркало. В отражении шея оказалась абсолютно чистой. Ив не поверил глазам и притронулся к горлу, но ничего не почувствовал. Зато внутри отозвалось лёгкой щекоткой. По коже продрало морозом — он там, внутри!
На метания и терзания времени не дали. Хозяйка поводила рукой над головой — ошейник потеплел, обозначив свои контуры под кожей (даже спокойней как-то от этого стало), — и уверила, что иллюзия предыдущих щитов восстановлена, но прочитать его мысли магичка-заказчица всё равно не сможет. Раньше он бы не удивился такой новости — в Гильдии тоже заботились о сохранности собственных тайн. Но быстрота работы баронессы… Мадлена, помнится, потратила на него не меньше получаса.
Потом был приказ «успокоиться», причём такое ощущение, что отдан он именно плоти, с ночи лишь слегка опавшей и грозившей вернуть каменную твёрдость при малейшем воспоминании о вечерне-ночных событиях — ибо в тот же миг Ив почувствовал облегчение: напряжение окончательно спало. При этом возбуждение удивительным образом осталось, свернулось тугим комком где-то в животе, затаилось.
А затем к ним присоединился второй из мужчин, пришедших тогда на помощь своей госпоже, и баронесса, легко и непринуждённо, открыла портал. Прямо из своей комнаты. Без каких-либо подручных средств. Ив понял, что в этот момент просто перестал удивляться. Не ему тягаться с магами такой силы. Зато грела мысль, что загубленные жизнь и свобода всё же не останутся неотомщёнными.
На предупреждение Повелительницы не пытаться дурить и помнить, что он теперь всего лишь играет роль свободного человека, а она — пленницы, только пожал плечами. И в мыслях не было.
Перенеслись они недалеко от стен столицы, в ближайший лесок, так что через час входили в торговые ворота. Он с хозяйкой отдельно, Лидар с Крашем — отдельно. Баронесса правильно предположила, что в том ежедневном потоке, что вливался в столицу через порталы и ворота, отследить их появление Мадлена попросту не сможет. И вот теперь они терпеливо ожидали вестника от магички. Он, в своей привычной одежде, и она — с артефактом на изящной шейке, показным смирением и плотно закутанная в плащ.
И только когда произошла наконец встреча, Ивлан узнал, насколько жестокой может быть с врагами баронесса дерꞌМоншел. А с ним — так, развлечение скучающей аристократки, не более. Незаметно поёжившись, он дал себе слово, что постарается не навлечь на себя настоящий гнев хозяйки. Очень постарается.
* * *
С убийцей я оторвалась. В памяти ещё слишком свежа картина тянущихся ко мне рук, с ошейником. А также мысли Ивлана на тот момент. Я задалась целью и выполнила её на полную: мужчина познал на себе всё, что может придумать мстительный женский разум. Ну ладно, не всё, конечно — сводить его с ума или превращать в дрожащее от ужаса при виде меня существо всё же не хотелось.
Лёжа в кровати после ухода Дара я лениво размышляла об этом и причинах, заставивших вести себя гораздо сдержаннее, чем могла бы, и неожиданно поняла, что новый раб вызывает у меня что-то, похожее на уважение. Он с достоинством принял поражение, но лишь когда стало абсолютно ясно, что иного выхода нет. А до того сопротивлялся изо всех сил. Внутренне, раз не мог ничего противопоставить физически.
Да и потом, когда покорился, он сделал именно это, а не сдался и сломался. Разумно относился к происходящему, мгновенно подстраивался, стараясь избежать ненужных мучений. Мудрый. Ведь есть глупая храбрость, когда гнут свою линию, несмотря ни на что, просто из чувства противоречия, чтоб досадить врагу (хотя тому-то не холодно не жарко, страдает же побеждённый и только хуже себе делает). Такие в конце концов ломаются. Или душевно, или в прямом смысле, физически. А есть стремление выжить любой ценой, и гибкость разума, когда жертва понимает: пока она жива и в здравом рассудке, всегда есть шанс исправить ситуацию.
Не важно, что это далеко не всегда так. Зато даёт возможность приспособиться. И не сломаться, если сила духа достаточна.
Ив оказался именно таким: сильным, способным гнуться, но не ломаться. Он не противился, во всем подчинялся. А внутренне костерил меня на все лады, впрочем, достаточно вежливо, не переходя грани. И насколько приятным было его смущение и чувство унижения при выполнении приказов, настолько же острым оказалось возбуждение, реакция на игры с его телом, на мои прикосновения. Обучение шло очень быстро — ошейник максимально сокращал необходимое время.
Так что убийца
