демону, который с удовольствием сожрёт твою душу, после того как натешится вдоволь с телом и окончательно сломает.
Вот теперь в её глазах стоял настоящий ужас. И если даже это не охладит жажду мести… Что ж, я вовсе не шутила.
— Краш, ты знаешь, что делать.
Фештар склонил голову, легко подхватил впавшую в ступор — уже обычный, эмоциональный — девушку, вздёргивая её на ноги, и потащил из помещения. Уверена, лиирт Кайрас обрадуется новому приобретению. И вежливо не вспомнит, что однажды эта же особа уже была у него, приведя для «воспитания» собственного раба. Право, что может быть общего между утончённой магичкой-аристократкой и этой дрожащей рабыней? Даже не магом. Следы выжженного источника он тоже наверняка «не заметит», а через несколько дней обнаружить их без специального обследования будет невозможно.
ЧАСТЬ 3. ПЕРЕРОЖДЕНИЕ. Глава 1. Глобальный переезд
Я лежала, смотря в темнеющее окно, и думала: как так получилось, что мальчики раз, и выросли в воинов? Семь лет… Они были насыщенными — скучать не приходилось. Что самое интересное, тяга к путешествиям у меня временно притихла. Так, изредка срывалась куда-нибудь на несколько дней. Но в основном я посвящала своё внимание мальчикам.
Тьма, никогда не знала, сколько проблем и забавных ситуаций может принести взросление смертного организма. А как сложно стало, когда подросшие и осознавшие собственную силу молодые воины начали испытывать на прочность учителей! Конфликты, споры, открытое неповиновение… Не между собой, разумеется, и не мне. Но и этого хватало.
К среднему возрасту мальчишек около пятнадцати лет, ни в замке, ни в Плестинке не осталось ни одной женщины разрешённого возраста, не прошедшей через их неугомонные руки. Зато теперь я знала, что чувствуют родители подрастающих чад. Нет, они не стали для меня сродни собственным детям, просто, пройдя через всё это, сдержав собственную раздражительность, позволив мальчикам взрослеть без лишнего давления и попыток подчинить их, сломать, вылепить раз и навсегда то, что нужно мне, я всё же поняла.
И получила то, что и хотела — беззаветно преданных воинов, обожающих меня, преклоняющихся, готовых сделать что угодно, исполнить любое моё желание, защитить. За небольшим исключением. Досада кольнула изнутри. Завтра предстоит ритуал, который я обещала с самого начала: принятие мной, принесение окончательной клятвы, получение официального статуса воина. Но не у всех татуировки расцветут. А ведь я надеялась, что эти двое одумаются.
Разумеется, изменения характеров заметила рано. Как раз у Лидара закончился договор, и я отпустила мужчину, принёсшего мне столько удовольствия и пользы. Даже возникали мысли оставить его ещё на какое-то время, но ощущалось, что он, хоть и испытывает ко мне нежность и благодарность, всё же жаждет свободы. Что ж, к тому моменту на замену был готов Ив, хотя чувствовать и отдаваться так, как Дар, он не умел. Зато оказался очень хорош в качестве наставника. И быстро доказал свою преданность, даже несмотря на довольно жёсткие методы, что использовались при его дрессировке.
Так вот, мальчики. Сначала это была зависть. Самая обычная — желание иметь больше внимания, занимать во внутренней негласной иерархии более высокое место… И не сказать, что они не старались, нет. Просто не оказались достаточно способными. Рядовые воины, каких большинство, но только этих такое положение дел не устраивало.
Я ничего не предпринимала, наблюдала, следила внимательно, но долгое время всё оставалось на одном уровне. А потом паршивцы начали мелко пакостить. Там спровоцировать конфликт, попытки скомпрометировать командира пятёрки, общение на стороне — лет с пятнадцати я позволяла мальчикам проводить выходные в городе, как и остальным воинам (не маленькие уже, да и не были они уже детьми — ни внешне, ни внутренне). Клятва не давала повода бояться предательства, но на сегодняшний день у этих двоих в душе жило чётко сформулированное желание вырваться из-под моей власти, найти способ. Предать.
Очень жаль — потраченных усилий, в основном. Но таковы смертные. Вот чего им не хватало?! Гипотетической свободы? Раб только тот, кто позволяет себе им стать. Конечно, можно было бы вмешаться в их разум, исправить, заставить думать так, как мне нужно. Однако я дала себе слово не лезть. Если бы гнильца выявилась изначально, имело смысл что-то предпринять, в конце концов психика детей подвижна, но вот на уже сформировавшейся личности… Да и зачем мне такое добро? Они первые, но не последние.
Бездна с ними! Знали, кому принадлежат, но расслабились, поверили, что я ничего не замечаю, раз никак не реагирую. Решили, что я уверена в своих воинах и не «читаю» их. Я и не читала, не было повода. Эмоции ровные, поведение обычное, но не почувствовать изменений, когда настроена на каждую душу, невозможно. Что ж, значит, завтра ожидается наглядная демонстрация особенностей принесённой ими ещё в детстве клятвы.
Ну да ладно, мелкая неприятность. Несущественная на фоне удовлетворения от проделанной работы, от пережитых хороших событий, которых случилось куда как больше. У меня вообще эти годы прошли под знаком какого-то благодушного, лирического настроения. Даже несколько добрых дел сделала! Некоторые по заслугам, некоторые просто так, по душевному велению.
Вот взять Лидара. Заслужил. И ещё как заслужил. А прощаясь со мной, искренне радовался новой жизни и, в то же время, грустил от расставания. Всё же смертные не всегда понятны и логичны. Бывшего раба я отправила в другой мир — он сам выбрал, хотел начать всё с нуля. Понятное желание: с родственниками восстановить связи после всего произошедшего невозможно, воспоминания и знакомая обстановка давят. Есть риск — по закону подлости — столкнуться с Мадленой: пусть бывшая магичка, получив своё наказание, растворилась на просторах мира, случайная встреча не исключена.
Хорошо хоть за прошедшее время она так и не объявилась с возможным желанием мести. Или поумнела, или сломалась. Впрочем, мне это было неинтересно: исчезла, и ладно.
Так что Дара я снабдила приличной суммой в золоте и драгоценных камнях и открыла портал. И потом с удовольствием наблюдала, как прирождённый аристократ вписывается в новую реальность. А немного погодя и женщину ему подсунула, в смысле, свела их пути, чтоб не разминулись. Хорошую, как раз такую, какая ему нужна.
О, ещё был случай — стала я свидетельницей рождения тёмной богини. Осознанного рождения,
