— Мисс Аштон, вам посылка, — не отвлекаясь от вязания, окликнула меня консьержка. На столе перед ней лежала толстая книга, туго перетянутая бечевкой.
— От кого?
Моя охрана наверняка проверила посылку на наличие вредоносных чар, и отправитель, должно быть, не внушал полиции подозрений, но я все равно занервничала.
— Там записка, — равнодушно передернула плечами женщина. Спицы смешно подпрыгнули у нее в руках.
Я осторожно вытащила вложенный под бечеву листочек бумаги. Развернула. Прочла. Снова сложила и зачем-то стала запихивать бумажку обратно, за что, судя по выразительному взгляду и сердитому щелканью спиц, была мысленно обругана консьержкой. В итоге сунула записку в карман, схватила посылку и припустила бегом в свою комнату.
Мэг еще не спала, лежала в кровати с очередным любовным романом. Увидев мою ношу, удивленно приподнялась.
— Снова книга? Когда ты их все прочтешь? А эта еще и толстенная!
— Это не книга, — я прижала подарок к груди, словно опасалась, что соседка сейчас вскочит с постели и отнимет его. — Это шкатулка.
Достаточно провести пальцем по срезу страниц, чтобы понять, что он цельный. Открывалась только обложка.
— Что это? — еще сильнее удивилась Мэг, глядя на извлеченное из шкатулки чудо.
Что-что… Папье-маше преимущественно. Краска, глаза-бусинки, проволочный каркас и ткань… Ненужные проблемы — вот, что это.
— Хранитель снов, — сказала я, устанавливая дракончика на своем прикроватном столике. — Отгоняет кошмары и глупые мысли.
— Откуда он у тебя?
— Подарок. От друга. А ко мне сегодня отец приезжал, представляешь? Точнее, не приезжал, а порталами пришел, аж из…
Я сменила тему, отвлекая подругу и от подарка, и от дарителя, и Мэг тактично сделала вид, что забыла о своем вопросе. А может, и правда забыла.
Книгу-шкатулку я убрала на полку. Положила внутрь браслет из волоса единорога и записку, которую сразу хотела выбросить. Все равно в ней нет ничего такого, даже если кто-то и прочтет. Всего два слова: «Он ваш. Э.Г.»…
Глава 19
Дракон улыбался.
Кому-то могло казаться, что скалился угрожающе, растопырив крылья и выгнув длинную шею, но я знала: улыбался. Смотрел с ехидцей, поблескивая бусинками глаз и чуть склонив набок увенчанную короной шипов голову.
Знакомая такая усмешка.
— Тебе что-то не нравится? — спросила я у него.
Мне и самой не нравилось.
Платье слишком нарядное для будней: голубой шелк, кружево, ручная вышивка, брошка на воротничке. Волосы уложены слишком тщательно. Розовая пыльца румян на бледных щеках, аромат духов, жасмин и фиалка, немного ванили, — все слишком.
— Я иду к леди Пенелопе, — сообщила я дракону, игнорируя его язвительную ухмылку. — Я и Оливеру вчера сказала, что пойду, и планы из-за тебя менять не собираюсь.
Мэг ушла раньше, и никто не мешал этому странному разговору. Но как я ни старалась, убедить нахально лыбящегося ящера в том, что всего лишь собираюсь к наставнице, мне это не удавалось. Как тогда убедить себя?
Тем более зная, что это не так.
Накануне, говоря ректору, что пойду в лечебницу, я думала как раз о том, чтобы зайти к Грину. Рассказать о встрече с отцом, может быть, напроситься к единорогу и тому рассказать тоже. Я в самом деле устала молчать, и теперь, когда у меня появился человек, от которого не нужно было ничего скрывать, просто не могла этим не воспользоваться… А он взял и все испортил своим драконом!
— Серьги сниму, — решила я, глядя на свое отражение в зеркале.
Как будто вообще о них забыла. Духи выветрятся по дороге, волосы, придя в лечебницу, спрячу под чепец, передник надену…
А за подарки полагается благодарить, вот и будет повод зайти. А там уж — как получится. Может быть, он вообще занят. Или выходной у него. Или наоборот — срочная операция. Или леди Каролайн опять в гости заглянула. Сидит сейчас в его кабинете, улыбается, стреляет глазками, чаек попивает из моей чашки. Я так явно себе это представила, что все сомнения тут же отпали: нужно идти.
Настроение у погоды было такое же странное, как у меня. Когда я выходила из общежития, накрапывал мелкий дождик, но через пять минут он прекратился, и выглянуло яркое и теплое весеннее солнце, а к тому времени, как я добралась в лечебницу, поднявшийся ветер снова согнал разбредшиеся по небу облачка в огромную темную тучу, накрывшую академгородок. Поэтому леди Пенелопа первым делом спросила, взяла ли я с собой зонт, а уже потом поинтересовалась, зачем я пришла. Ответ был придуман заранее: мне неинтересно заниматься в группе травников, и, если наставница не возражает, я продолжу учебу и подготовку к оставшимся экзаменам под ее чутким руководством. Наставница не возражала. Дала переписать свой новый график дежурств и откорректированное расписание занятий на факультете. И отправила обратно в общежитие.
— Учеба никуда не денется, Элизабет, — сказала она мне строго. — И экзамены вы сдадите. Но сейчас займитесь собой. Мне не нравится ваше состояние. Вы нормально спите? Завтракали сегодня? Уверена, что нет. Хотите, дам вам хорошую настойку для аппетита?
В результате, я сама сбежала от заботливой целительницы, и улепетывала так, что чуть не пролетела мимо кабинета заведующего. Возможно, так было бы и лучше, но, вспомнив о драконах и единорогах, я все-таки остановилась и постучалась. Не дожидаясь ответа, толкнула дверь.
Никого.
Вошла осторожно. Тихо, едва ли не на цыпочках, приблизилась к столу, на котором заметила знакомый блокнот. Пролистать бы его, пользуясь случаем, не появилось ли новых рисунков…
— Доброе утро, мисс Аштон, — послышалось за спиной.
Я виновато вздохнула: второй раз попадаюсь на проникновении хоть, правда, без взлома…
— Доброе утро, господин доктор, — сказала, не оборачиваясь.
— Вы по делу или?..
— Поверите, если скажу, что случайно проходила мимо?
— Если вы этого хотите, поверю.
Смеется?
Я развернулась, готовясь к драконьей ухмылке, и опустила глаза, наткнувшись на спокойный серьезный взгляд.
— Что у вас случилось, Бет?
— Ничего. Я хотела… поблагодарить за подарок.
Поблагодарить и уйти.
Ни к чему ему мои проблемы. А к единорогу можно ходить с Оливером. Даже нужно.
— Я освобожусь через час, — Грин будто бы отвечал на вопрос, которого ему не задавали. — Максимум — через полтора. Если подождете, сможем прогуляться в посольство.
— Леди Пенелопа думает, что я уже ушла…
— Пусть думает, — он пожал плечами. — Можете посидеть здесь.
— А если кто-то зайдет? Какая-нибудь… Белинда?
