в моем распоряжении, эта цена окупится.
– Понимаю. – Голос Инвидии подернулся инеем.
Царица продолжала спокойно и отчужденно:
– Гнев не отменит факта: в твоем положении разумнее всего заняться размещением твоих собратьев-рабов таким образом, чтобы увеличить потери алеранцев при попытке обезвредить заклинателей фурий.
Инвидия долго молчала, наконец ровным голосом ответила:
– Конечно, – и повернулась к выходу.
– Инвидия, – произнесла царица.
Обгорелая женщина остановилась.
– Ты труднозаменимая, – тихо сказала ей царица. – И потому я менее всего желаю жертвовать тобой. Я предпочла бы, чтобы ты предприняла действия, необходимые, чтобы не оказаться случайной жертвой.
– Раз уж разговор начистоту, – ответила Инвидия, – я должна сказать, что моя готовность к сотрудничеству несколько ослаблена осознанием, что ты избавишься от меня, как только я перестану быть полезной.
Царица задумчиво склонила голову и медленно кивнула:
– Ко мне в занятые зеленым земли явились около миллиона свободных. Они получили убежище и пищу, и я исполню данное им обещание. Возможно, для снижения уровня беспорядков следует, после того как будет сломлено организованное сопротивление Алеры, поставить над ними правителем кого-то из им подобных. Из тех, кто осознал свое положение. – Помолчав, она добавила: – Полагаю, это может предотвратить излишние страдания. Сохранить жизни, которые будут потеряны в ином случае. Если для тебя это что-то значит.
Инвидия прищурилась:
– Ты делаешь мне предложение?
– Да, – кивнула царица. – Наше сотрудничество взаимовыгодно. Не вижу причин, почему бы не продолжить его после окончания военных действий. Доживи, хорошо служи мне, и будет так.
Инвидия помолчала. Она спрятала от царицы глаза, склонила голову. В этот миг Исана заметила на ее обожженном лице вспышку: страха, воспрянувшей надежды и горького стыда.
– Прекрасно, – прошептала Инвидия.
Царица ворда кивнула:
– Ступай.
Инвидия покинула улей.
Выждав несколько секунд, царица снова заговорила:
– Я знаю, что ты не могла проспать такой шум, Исана.
– Я решила, что вежливей будет не мешать, – отозвалась Исана.
– Ты решила незаметно что-то выведать, – сказала царица. – Осмысленная попытка приобрести хотя бы малое преимущество. – Она еще раз взглянула в пруд и пробормотала. – Твой сын вырос.
От уколовшей грудь боли сердце Исаны пропустило удар.
– Полагаю, ты имеешь в виду не рост.
– Он эффективно использует заклинание фурий. В тонкости и сложности уступает дару Секстуса, но применяет свой более гибко и обдуманно.
Исана сглотнула:
– Ты пыталась ему повредить.
Царица ответила удивленным взглядом:
– Разумеется.
Исане удалось не заскрипеть зубами, не выказать ни страха, ни ярости.
– Но не сумела.
– Пока, – сказала царица. – Вероятность успеха этой попытки была невысока. Она имела другую цель.
– Осмысленная попытка приобрести небольшое преимущество, – повторила за ней Исана.
– Именно. – Царица вглядывалась в гладь пруда. – До сих пор я оцениваю свои силы как значительно превосходящие.
– Если он ничего не скрыл от тебя. – Исане хотелось заронить сомнение в разум царицы.
Та улыбнулась:
– Этого нельзя исключить.
Исана покусала нижнюю губу и попросила:
– Позволь мне его увидеть?
– Если хочешь.
Исана осторожно поднялась. Ее платье теперь пахло почти так же скверно, как выглядело. Нет, решила она. Это от нее пахнет так же скверно, как выглядит платье. А что с волосами делается? Сколько дней она не мылась и не меняла одежды? Она сбилась со счета.
Приблизившись к прудику, она разглядела в глубине призрачный образ, который, по мере того как она подходила к царице, делался яснее и ярче. В воде проступали обвалившиеся камни, разрушенные здания. И поверх них трупы созданий ворда. Царица взмахнула рукой, и ворд вдруг ожил, оказавшись окруженным размытыми фигурами легионеров. Еще миг, и стена восстановилась, окрасилась странной зеленью, а перед городскими воротами Ривы встал стройный молодой мужчина.
– Вот что он проделал не более часа назад, – пробормотала царица. – После того как легион вступил в битву, изображение смазалось. То, что ты видишь, произошло прежде, чем картина стала бесполезной.
Исана завороженно смотрела на сына – высокого, гордого, испытавшего силу воли против укрепленной фуриями твердыни и превратившего ее в щебень. Она смотрела, как враг, явившийся его убить, сам находил свою смерть. Она смотрела, как легионы приближались к городу и крушили ворд. Она смотрела, как ее сын бросает вызов в лицо почти уничтожившему Алеру врагу – и одерживает победу. Сердце ее отстукивало ритм неподдельной гордости и тревожной надежды.
Ее дитя. Дитя Септимуса.
– Если бы ты мог его видеть, муж мой, – прошептала она, закрывая глаза, чтобы сдержать подступившие слезы.
– Это было трудно? – спросила вдруг царица.
Исана простенькой водяной магией загнала слезы обратно и открыла глаза:
– Что – трудно?
– Растить дитя без помощи самца.
– Иногда, – сказала Исана. – Мне помогали. Брат и другие из нашего домена.
Царица вгляделась в туманную дымку, затянувшую картину в пруду.
– Значит, это делалось совместными усилиями.
– Пожалуй, – ответила Исана. – А тебе было трудно?
Царица вопросительно наклонила голову.
– Поднимать ворд без помощи младших цариц, – пояснила Исана.
– Да.
– А направлять твоих воинов не проще было бы с помощью других цариц?
– Да.
– Однако ты их не создала.
Царица обратила юное лицо к пруду, словно бы в тревоге.
– Я пыталась, – сказала она.
– Но не сумела?
– Создавать их я могу. – На ее лице отразилось обиженное недоумение. Совсем ребяческое. – Они все пытались меня убить.
– Почему? – спросила Исана.
Сначала ей показалось, что царица откажется отвечать. Но та заговорила слабым голосом:
– Потому что я изменилась, потому что действую иначе, чем должна согласно их инстинктам.
От нее медленно расходилась волна печали и неподдельной боли. Исане пришлось напомнить себе обо всех бедствиях и смертях, что это существо принесло Карне.
– Вот почему ты вернулась сюда из Кании, – вдруг поняла она. – Младшие царицы ополчились против тебя, и ты сбежала.
Царица села у пруда, подтянула колени к груди, обхватила их руками.
– Я не сбежала, – ответила она, – а только отложила столкновение.
– Не понимаю, – сказала Исана.
– Лежащий за морем континент под названием Кания захвачен, – тихо и монотонно заговорила царица, – но моим детям потребуются десятки, если не сотни лет, чтобы полностью на нем закрепиться и использовать новые территории, чтобы сделать их неприступными. После этого, имея опорную базу, они явятся сюда, чтобы уничтожить меня и все мною созданное. Их силы уже сейчас на порядок превышают мои.
Царица обратила взгляд на Исану:
– Вот почему я здесь. Вот почему должна вас уничтожить. Чтобы выжить, мне необходима собственная твердыня. – Она уперлась подбородком в колени, закрыла глаза и шепнула: – Я хочу жить. И хочу, чтобы жили мои дети.
Видя подлинную печаль и страх этой чудовищной девочки, Исана едва справлялась с жалостью. Перед ней было чудовище – не менее того – даже если в нем крылось что-то большее.
Царица раскачивалась
