— Вот устройство, — мягко сказал Адамс. — Нервный потенциатор, или разгрузчик. Оба термина звучат как взаимоисключающие, но в действительности описывают один и тот же эффект: индуцированное возрастание нервной проводимости, которое намного увеличивает число перекрестных связей в мозгу. На каком-то этапе, как мы знаем из теории информации, возросшее количество связей в действительности вызывает исчезновение информации. Мы думали, что это поможет пациенту лучше совладать с его самыми беспокоящими мыслями и страстями. Но эффект этот нестоек, и я сомневаюсь, что это будет полезно хотя бы приблизительно в той степени, на которую мы надеялись.
— Хм-м, — сказал Кирк. — Тогда, если это не особенно полезно…
— Почему мы это используем? — Адамс печально улыбнулся. — Надежда, вот и все, капитан. Возможно, мы сможем еще извлечь кое-что из этого устройства, успокаивая наших буйных. Но это всего лишь паллиатив.
— Как транквилизирующие препараты, — предположила Хелен. — Они не имеют последействия. И чтобы держать человека под контролем, должны постоянно вводиться в его кровеносную систему…
Адамс энергично кивнул.
— Именно такова и моя точка зрения, доктор.
Он повернулся к двери, но Кирк все еще смотрел на пациента на столе. Он внезапно повернулся к врачу в униформе и спросил:
— Как эта установка работает?
— Достаточно просто, прибор не обладает избирательностью, — сказал врач. — Включение, выключение и потенциометр для регулировки интенсивности. Мы пытались рассчитать мощность по остаточным дельта-ритмам пациента, но ничего не вышло. Мозг, видимо, имеет свой собственный механизм контроля, и лишь частично поддается стороннему внушению. Для этого, конечно, вы должны довольно неплохо знать пациента; вы не можете просто положить его на стол и ждать, что машина обработает человека, как будто это память компьютера.
— И мы не должны так много разговаривать в его присутствии, по этой самой причине, — подхватил Адамс, впервые с легкой ноткой раздражения в голосе. — Дальнейшие объяснения лучше отложить до того, как мы снова окажемся в кабинете.
— Я бы лучше задал мои вопросы, пока они у меня на языке, — сказал Кирк.
— Капитан, — объяснила Хелен Адамсу, — порывистый человек.
Адамс улыбнулся.
— Он напоминает мне немного древнего скептика, который требовал, чтобы его обучили всей мировой мудрости, пока он стоит на одной ноге.
— Я просто хочу быть уверенным, — сказал Кирк твердо, — что здесь действительно случилось несчастье с доктором ван Джелдером.
— Да, — подтвердил Адамс, — и это был его собственный промах, если хотите знать. Я не люблю злословить в адрес коллег, но Саймон — на самом деле упрямый человек. Он мог сидеть здесь круглый год под лучом, установленным на нынешнюю интенсивность или даже выше. Да ладно бы еще здесь был кто-нибудь, кто следил бы за приборами и мог бы в случае необходимости отключить питание. Но он испытывал устройство один, притом на полной мощности. Естественно, это повредило ему. Даже вода может отравить человека, если ей злоупотребить.
— Беспечность с его стороны, — сказал Кирк, все еще без выражения. — Ладно, доктор Адамс, давайте посмотрим остальное.
— Очень хорошо. Мне будет приятно познакомить вас также с некоторыми из наших успехов.
— Ведите.
В помещении, которое персонал Адамса отвел ему для ночлега, Кирк вызвал «Дерзость», но там, по существу, все еще не было новостей. Маккой все так же пытался пробиться сквозь рубцы в памяти ван Джелдера, но в том, что он там обнаружил, не оказалось ничего, что могло бы способствовать внесению ясности в это дело. Ван Джелдер в конце концов обессилел и твердил одно: «Он опорожняет нас… и потом наполняет нас собой. Я убежал до того, как он смог наполнить меня. Так одиноко быть пустым…»
Бессмысленно; и все же это каким-то странным образом дополняло некую гипотезу, начинавшую складываться в мозгу Кирка. Через некоторое время он тихо вышел в коридор и надавил мягкую обивку на соседней двери, а которая вела в комнату Хелен Ноэл.
— Эй!? — воскликнула она у двери. — Что такое, капитан? Не думаете ли вы, что снова Рождество?
— Дела службы, — объяснил Кирк. — Дайте мне войти, пока кто-нибудь не увидел. Приказываю.
Она, поколебавшись, отодвинулась, и он закрыл за собой дверь.
— Спасибо. А теперь, доктор — что вы думаете о заключенных, которых мы видели сегодня днем?
— Почему… В общем, на меня произвело впечатление. Они выглядят счастливыми, или, по крайней мере, приведенными к устойчивому согласию с окружающим миром, выздоравливающими…
— …но чуточку пустыми?
— Они и раньше не были нормальны. Я другого и не ожидала.
— Хорошо. Я хочу еще раз осмотреть ту самую лабораторию. Мне понадобитесь вы; вы должны понимать в теории значительно больше меня.
— Почему не спросить у доктора Адамса? — сказала она натянуто. — Он здесь единственный специалист по этой проблеме.
— Поэтому, если он лжет о чем-то, он будет продолжать лгать и я не узнаю ничего. Единственный путь, в котором я могу быть уверен — самому посмотреть, как работает аппарат. Мне нужен оператор; кроме вас, выбора у меня нет.
— Ну… хорошо.
* * *
Они нашли лабораторию без труда. Вокруг никого не было. Кирк быстро указал рукоятки, которые ему продемонстрировал тот врач, а затем принял положение, которое тогда занимал пациент. И уныло посмотрел на устройство на потолке.
— Надеюсь, вы сможете распознать, причиняет ли мне какой-то вред эта штука, — сказал он. — Адамс говорит, что устройство безопасно; это как раз то, что я хочу знать. Попробуйте минимальную мощность; только секунду-другую.
Ничего не произошло.
— Ну? Как только вы будете готовы.
— Я уже дала вам две секунды.
— Хм-м. Ничего вообще не случилось.
— Нет, кое-что случилось. Вы хмурились; затем ваше лицо стало чистым. Когда я отключила питание, «нахмуренность» вернулась.
— Я не заметил этого. Попробуйте снова.
— Как вы себя чувствуете теперь?
— Что-то… м-м, ничего определенного. Просто ожидание. Я думал, что мы еще только собирались попробовать снова.
— Мы уже сделали это, — сказала Хелен. — Выходит так, что ваш разум становится настолько пустым, что вы даже не чувствуете течение времени.
— Ну-ну, — произнес Кирк сухо. — Замечательно эффективно для устройства, от которого, по словам Адамса, он подумывает отказаться. Тот специалист упомянул, что подразумевалось внушение. Попробуйте — что-нибудь безвредное, пожалуйста. Знаете что, когда мы наконец покончим с этим, я надеюсь, мы сможем где-нибудь отыскать кухню.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
