— Ну что, давай будем трогать.
Жеребец шевельнул ушами, как бы вслушиваясь в речь человека, втянул ноздрями его запах и мелкая дрожь прокатилась по его телу.
Савелий легко забрался в бричку и тронул жеребца, постепенно заставляя ускорять бег. Примерно через пол часа луг кончился и жеребец вынес бричку на косогор. Савелий привстал и всмотрелся в светлую излучину реки.
Сначала он ничего не увидел, но потом из-за острова выплыла черная точка парохода. Над ним из трубы тянулась струйка дыма. Солнце клонилось к закату и уже задело своим раскаленным диском зубчики темного леса. Но было светло. Солнце намеревалось только на короткое время спрятаться за горизонт. И почти тут же готовилось взойти. Летние северные дни были почти нескончаемыми. Природа наверстывала упущенное зимой.
Савелий прикинул расстояние и понял, что может успеть, но надо спешить. Дорога шла теперь вдоль реки и точка парохода постепенно росла. Жеребец пытался самовольно сбавить бег, но Савелий уже не мог его беречь. «Ну еще дружок. Давай, немного осталось». На какое-то время дорога пошла лесом и реку стало не видно. До пристани Кузнецово оставалось пару километров. Выскочив из леса, бричка оказалась на большой поляне. Впереди виднелся поселок. Пароход глухим гудком давал знать о своем прибытии.
Савелий быстро соскочил с брички и завел жеребца в густой березняк, закинул котомку за плечи и поспешил к пристани. Тело ныло от длительной тряски, голову немного кружило, ноги слушались плохо. Савелий кромкой березняка подошел к краю косогора и увидел пристань. Через несколько минут по трапу с пристани стали спускаться прибывшие пассажиры. Их было всего человека четыре. Обрисованного Анной мужичка среди них не было. Савелия прошиб пот «Неужели не сел в Сольвычегодске и побежал в милицию»-пронеслось в голове. Но вдруг из пристани на трап ступил какой-то человек и Савелий понял, что это он. Мужичек осторожно не спеша и неуверенно спускался по трапу опираясь на клюшку. «Да он пьяный» — понял Савелий. Он крадучись, укрываясь за березняком пошел по мосту через ручей. Туда по его расчетам и должен подойти и мужичек. Пассажиры — трое мужиков и баба уже подходили к мосту. Они шли редкой цепочкой. Шедшая сзади баба с корзиной в руке окликнула мужика впереди себя:
— Гришка! Ты бы помог Клюеву-то дойти.
— А ну его на хрен — зло огрызнулся мужик — Меньше пить надо. Никуда не денется. Не зима. Не дойдет дак на берегу выспится.
Баба оглянулась, махнула рукой и поспешила за мужиками. Вскоре они прошли мост, поднялись на угор и скрылись из виду. Затем показался и Клюев. Он шел спотыкаясь о камни, что-то бормоча себе под нос. Дойдя до моста, он остановился, уселся на валун, полез в карман, достал пачку папирос.
Савелий мгновенно оценил обстановку и принял решение. До этого он рассчитывал незаметно проследить за Клюевым и побеседовать с ним дома, но обстоятельства складывались благоприятно и Савелий поправив котомку отряхнув пыль, обошел березняк и от моста подошел к Клюеву.
— Здорово земляк — бодренько поздоровался Савелий.
— Здорово — поднял мутные глаза на невесть откуда взявшегося незнакомца Клюев -Ты кто?
— Я-то? — переспросил Савелий — Матвей я. Прохоров из Рябово. Сплавщик. На работу хотел устроиться. Мужики посоветовали к Клюеву обратиться, а его дома нет. Кроме его, говорят никто не поможет.
Клюев приосанился и постарался придать телу внушительный вид.
— Это я Клюев буду.
— Да ну — деланно обрадовался Савелий. Ну, но такому случаю можно за знакомство и по стопке.
Он развязал котомку и вытащил из неё бутылку водки. Клюев глянул на нее вожделенными глазами и принял на валуне позу поудобней. Савелий раздавил сургуч на пробке, вытащил её и плеснул изрядную дозу в алюминиевую кружку.
— Угощайтесь — протянул он кружку Клюеву и полез в котомку за пирогами со щукой.
Выпили за знакомство, за встречу и Клюев захмелел еще сильней, Савелий был почти трезв и после очередного тоста как бы невзначай поинтересовался у Клюева:
А что с ногой-то?
Тень обволокла небритое лицо Клюева, глаза сузились, кулачки сжались.
— С ногой теперь все в порядке — прошипел он и потянулся к кружке и залпом осушил её.
С минуту Клюев выпятив глаза и закрыв рот ладонью осваивал принятый внутрь огненный напиток, а потом заплетающимся языком продолжил:
— Все в порядке, а будет еще лучше. Я эту сучку все-таки нашел.
— Кого нашел? Как будто не понял Савелий и опять долил в кружку.
— Ты не знаешь — взглянул Клюев мутными глазами на Савелия и покачнулся на валуне — И знать не должен. Он принял кружку и говорил как бы сам с собой- Она думает я в милицию побегу сразу. Нет не сразу. Я над ней сучкой поизгаляюсь. Она сначала под меня ляжет, а уж потом в милицию со всеми кто ее укрывал.
Клюев почти не морщась опрокинул остатки водки в себя, уставился ничего невидящими глазами, на Савелия и медленно сполз с валуна на гальку.
У Савелия на скулах заходили желваки. В голове все поплыло и он тяжело опустился на землю рядом с Клюевым, брезгливо откинув его согнутую в локте руку.
— Все пропало — пульсировало в голове мысль — Все кончено. Что же делать.
Но он уже знал, что делать. Решение уже созревало где-то в подсознании. Савелий внутренне сопротивлялся, но другого выхода не было. И дело не только в нем. Под угрозой было несколько близких ему людей.
Савелий медленно собрал остатки еды в тряпицу и положил в котомку. Туда же положил кружку. Пустую бутылку протер полой пиджака и засунул ее в карман Клюеву. Затем он внимательно осмотрел место где они с Клюевым сидели. Никаких видимых следов на прибрежной гальке не было видно. Окурки Клюева он не стал трогать. Савелий поднялся, прислушался и огляделся. Кругом было тихо. Пристань скрывалась за поворотом. Домов поселка не было видно из-за крутого косогора. Савелий закинул котомку себе за плечи, приподнял Клюева, подхватил его за пояс и поволок к мосту. Клюев что-то бессвязно бормотал и Савелий уловил только одну фразу:»Я ей суке покажу» «Как же, покажешь гаденыш вонючий»-зло дернулся Савелий — сволочь поганая» — он распалял себя- Парня сгубил и все тебе еще мало? — Савелий представил себе сжавшихся в углу в комнате Никиту, Анну, Клаву в ожидании своей участи и скрипнул зубами. Он подтащил Клюева к воде под мостом и сбросил его на землю. Клюев даже не открыл глаза. Только икнул. Выпустил слюну. Савелий вытащил у него из кармана бутылку еще раз протер ее и осторожно держась только за горлышко, сунул ее в руку Клюева и сжал его пальцы, оставляя отпечатки. Затем Савелий вернулся к валуну, взял клюшку Клюева и поднялся на мост. Здесь он еще раз осмотрелся и прислушался. Все было тихо. Над рекой стелился легкий туман. Кромка леса обозначилась узкой светлой полоской. Вот-вот должно показаться солнце. Хотя ночь была глубокой. Если ночью можно было назвать бледно-серые сумерки. А через час вообще будет светло.
