Заметив вопросительный взгляд Анны, Клим будничным тоном обронил:
— Не появился еще Савелий-то. Задержаться поди пришлось.
— А куда он уехал? — спросила Анна.
— Да. недалеко тут — уклончиво ответил Клим, устраивая молодежь в телегу — Скоро должен появиться.
Но Клим и сам беспокоился о товарище. Он понимал, что Савелий решает какую-то проблему связанную с этими ребятами, но любопытствовать не стал. «Савелий мужик ходовой — размышлял Клим — И из любой передряги может найти выход. Однако всякое может быть. Время не спокойное. По всей стороне шухер идет. Кого-то ловят, разоблачают, сажают». Клим вздохнул и забрался в телегу:
— Ну, ребятишки — обернулся он к пассажирам — Поедем рыбку ловить.
Ехали задворками. Иногда потряхивало и Никита обеспокоено посматривал на Анну. Та успокаивающе кивала ему. Мол все в порядке. Клава обнимала ее за плечи и что-то шептала в ухо. За городом дорога пошла получше. Проехав с километра два, Клим притормозил у берега Виляди, заросшего ивняком. Он слез с телеги и обратился к Никите:
— Никита, укрой девок в ивняке и сидите там, пока не кликну. Мужики рыбу погрузят и обратно поедут. Незачем вам от греха подальше на глаза вам попадать. Они хоть и серьезные мужики, но береженого бог бережет.
Клим проследил, как его пассажиры спрятались в ивняке, затем взял лошадь за узду и повел ее пологой ложбиной к самой воде. Спустя пол часа послышался скрип колес. Никита сквозь листву ивняка увидел поднимающуюся из ложбины лошадь, тащившую за собой телегу груженную высокими плетенными корзинами-пестерями. Сбоку шел Клим с вожжами в руках, а сзади двое мужиков. На косогоре у ивняка. Клим передал вожжи одному из них и сказал:
— Рыбу велено в столовую сдать. Потом Никола — повернулся он ко второму — Ко мне домой в часика три заскочишь. Я наказал Павле может придется человека встретить с котласского парохода и сюда привести.
— Изладим Клим — отозвался Николай — Павла Петровна дома будет?
— Дома, дома, ей все сказано. А теперь ступайте с Богом. Василий-то с Митрием когда ушли?
— Утрясь — ответил мужик — Как солнышко взошло. Последнюю тонь кинули, рыбу собрали и переехали. Мы стали тебя ждать, а они пешком. Берегом в город подались. С ними и Гришка ушел.
— Так на тоне ни кого нет?
— Никого. Там в котле уха свежая сварена.
— Ну ладно, поезжайте давай. Отдыхайте. Скажу потом, что да как. У меня тут гости возможно будут, а то так и один тонь покараулю.
— Какой отдых — загудели мужики — Дома дел невпроворот.
Они завалились в телегу и хлестнув вожжами кобылу, поехали в город. Клим проводил их взглядом а потом, когда они скрылись из виду, легонько свистнул:
— Давай гвардия, вылезай.
Никита, Анна и Клава вылезли из кустарника и Клим повел их ложбиной к реке. Там уткнувшись в песок носом стоял шитый из осиновых досок просмоленный баркас. Анна с Клавой сели в корму. Никита с Климом столкнули баркас дальше в воду и уселись за весла. Гребли натужно кряхтя. Течение немного сносило баркас, но противоположный берег постепенно приближался. Никита разогрелся, легкая сатиновая рубашка-косоворотка на спине промокла от пота и прилипла к телу, лицо покрылось капельками соленой влаги. Клим же уперев ноги в вересковые шпангоуты только шумно вдыхал и выдыхал воздух. Мышцы на его руках перекатывались буграми. «Силен же мужик» — уважительно косился Никита на Клима.
Еще немного усилий и лодка мягко уткнулась в прибрежный песок. Никита с облегчением откинул весло и помог Анне выйти из лодки. Метрах в пятидесяти от кромки воды на небольшой возвышенности стояло сооружение сколоченное из грубых досок — укрытие для рыбаков от непогоды. Чуть ближе толстый таган. Костер под ним видимо давно угас, но жар еще оставался и от него тонкой струйкой тянулся дымок. На таганке на толстой проволоке висел артельный закопченный котел.
Никита заглянул в него, в котле была уха. Светло-желтый жирок, толстой пленкой скрывал большие куски рыбы. Запах был потрясающий и Никита непроизвольно сглотнул слюну. У таганка на вкопанных в землю толстых столбиках стоял стол вокруг него устроенные таким же образом стояли скамейки. На столе — горка чисто вымытых алюминиевых блюд, кучка деревянных ложек и пара мясницких ножей. Под столом берестяной короб.
— Сейчас перекусим — заметил Клим изучающий взгляд Никиты — Из баркаса котомки вытащим и за стол.
Поклажи было немного. Две котомки у молодежи. Котомка и берестяной кузов Клима. Все это Никита с Климом перенесли в сарайчик. Там вдоль задней стены были устроены нары, слева в углу металлическая печь, справа длинный стол около него скамья. Никита обежал взглядом нехитрое строение и собрался выйти из него, но Клим попридержал его:
— Никита — начал он — Я не знаю, что у вас случилась и знать мне не положено, но Савелий просил меня спрятать вас и пока его нет я за вас всех в ответе. Так что ежели какая лодка покажется на реке, забирай девок и тикайте сразу в ивняк, что за становищем. И ждите там. В случае чего я картуз с себя сниму и на стол положу, тогда быстро шагайте прямо на солнце и часа через полтора будете на озере. Мимо не пройдете. Оно длинное. По берегу озера идите вправо и там увидите ровно пять штук берез. Растут кучкой и их далеко видно. Метрах в десяти от берез у меня землянка у самой засохшей черемухи. Я туда на уток да гусей хожу. В землянке все ест, я вечор бегал туда.
— А потом? — спросил Никита внимательно слушавший лесника.
— А потом приедет Савелий и уж там дело его. Все понял?
— Понял. Спасибо за заботу, Климентий Константинович.
В дверь заглянула Клава и мужчины прервали разговор.
— Ну девки — скомандовал Клим — Расставляйте блюда, ложки и за стол. Обедать будем.
За стол уселись Клава с Анной по одну сторону, мужики по другую. Уха была наварена душистая и чуть попахивала дымком, что придавало ей особенный вкус. Рыбу выложили из котла в большое блюдо. Это была стерлядь, нарубленная большими кусками. Бульон Анна разливала по блюдам, а Клим попросил налить ему в алюминиевую кружку. Ели с аппетитом, молча. Потом чаевничали и осоловевшие от сытости, свалились прямо на песок, подставив солнцу обмякшие тела.
— Хорошо-то как — вздохнула Анна, лежавшая рядом с Никитой — Так бы здесь и жила всю жизнь.
— А меня взяла бы с собой — повернулся к ней Никита, оперевшись на локоть.
— Взяла бы. Ты хороший — ответило полушутя Анна.
— Тогда и меня берите. Я тоже хорошая — подала голос-Клава.
И все трое рассмеялись. Клим поднял голову от песка и взглянул на солнце.
— Ну отдохнули немного пора и за работу. Никита поможешь мне мотницу у невода заладить, а девки пусть посуду вымоют.
